После того как наш рождественский ужин закончился, я тайком скользнула под кровать, надеясь удивить своего жениха.
Гостевая комната в доме семьи Гавриловых пахла лавандой и старыми книгами. За окном шёл густой снежок тот самый, крупный, кинематографический, как в хороших советских фильмах про зиму. Внутри было тепло, пахло запечённой уткой и слышался далёкий смех гостей.
Варя Полякова, единственная наследница судоходной империи Поляковых, лежала на животе под тяжёлой, резной кроватью.
Это было нелепо. Двадцать четыре года, дорогой красный шёлковый наряд за такую сумму, что весь этот дом дешевле. Щека на жёстких половых досках. Но от любви не сбежать она толкает тебя на совершенно безумные поступки.
В руке Варя сжимала бархатную коробочку. Внутри старинные часы «Полет» 1952 года. Она три месяца искала их по всей стране подарок на Рождество для её жениха, Артёма. Артём обожал ретро: «Вещи с историей имеют душу. Не то, что нынешний гламур», говорил он.
Он будет в восторге, подумала Варя и, чтобы не хихикнуть, прикусила губу.
Она сказала Артёму, что пойдёт попудриться, а сама шмыг в гостевую. Ведь план был прост: дождаться, пока Артём зайдёт переодеться к ужину, прыгнуть из-под кровати, крикнуть «Сюрприз!» и увидеть, как его лицо озарится радостью.
Из коридора послышались шаги тяжёлые, напористые. Не легкий Артёмов бег.
Ручка двери повернулась. Щелчок.
Варя затаила дыхание, готовая выскочить.
Но вместо Артёмовых ботинок она увидела вытертые бежевые туфли. За ними прошаркали мужские ботинки.
Дверь захлопнулась с глухим замком.
Наконец-то! прошипела Маргарита Николаевна, мать Артёма. Её голос, доселе вкрадчиво-сладкий, стал хриплым, полным отравы. Я думала, эта малолетка никогда не уйдёт из гостиной. У меня челюсть уже болит от улыбок.
Варя замерла. Бархатная коробочка впилась в ладонь.
Мам, ну ты успокойся, откликнулся Артём. Но голос его был чужим, холодным, почти деловым. У нас минут десять, потом она начнёт меня искать. Доктора Горелова набрала?
Да, отозвалась Маргарита Николаевна, нервно шагая буквально в сантиметрах от головы Вари. Он на нашей стороне. Но ты уверен, что всё получится? Она такая липкая. Смотрит на меня так, будто я святая. Тошнить хочется.
Потерпи, спокойно парировал Артём. Два месяца до свадьбы.
Под кроватью сердце Вари било такую дробь, что у неё перехватило горло. О чем они?!
Терпеть её не могу, бросила Маргарита Николаевна. Смотрит на мою скатерть, будто это тряпка для пола. Испорченная барышня. Хотела бы стереть с её наглого лица эту улыбку «Полет».
Мам, тяжело вздохнул Артём, затягивая молнию на рубашке, не воспринимай близко. Она не человек. Она банкомат. Очень, очень богатый банкомат.
Варя прикусила запястье, чтобы не закричать. Во рту вкус крови.
Итак, всё по плану на медовый месяц? тихо спросила Маргарита Николаевна.
Да, коротко подтвердил Артём. Мальдивы. Частный остров. Устраиваем нервный срыв. Галлюцинации, паранойя. Я уже намекнул её друзьям, что она переутомилась, забывает всё подряд. Доктор Горелов подпишет бумаги о недееспособности. Отправляем её в психушку под Киевом. Я становлюсь опекуном. Всё имущество наше. А она до конца жизни будет в мягкой палате.
И даже не выйдет оттуда? подала голос мать.
Под теми препаратами, что даст Горелов? усмехнулся Артём. Едва ли когда-нибудь увидит небо.
Над Варей пружины заскрипели Артём сел на край кровати завязывать шнурки. Матрас жал её волосы к полу. Варя не могла ни дышать, ни шевельнуться. Слёзы струились по щекам, растворяясь в пыли среди чужих вещей у тех, кто собирался похоронить её заживо.
Пошли, распорядился Артём, вставая. Надо поцеловать свой банкомат на ночь. Говорят, она мне часы купила. Надеюсь, не дешёвка сдам, внесу за «Ауди».
Дверь захлопнулась.
Варя осталась в темноте; пыль забивала горло, а коробочка в руке казалась камнем.
Часть 2: Заговор
Варя не выбежала. Не кинулась выяснять. Ещё полчаса она в полном оцепенении тупо лежала под кроватью, дрожа так, что сбивались зубы.
Она была наивна, да. Отец хранил её от реального мира миллиардами, прививал веру в людей. Но глупой Варя не была.
Пойти на их разбор в чужом доме, вдали от города Чем это могло закончиться? Артём крепкий, Маргарита Николаевна хищная. Если узнают, что она знает никто не отпустит её просто так. Никакая Киевская психушка простая «авария» на лестнице.
Варя быстро вытерла слёзы, осторожно выбралась из-под кровати, встала перед зеркалом. Красные глаза, пыльный подол. Жалкий вид.
Нет, подумала она. Не жертва.
Вынула из сумочки телефон. Открыла диктофон.
Меня зовут Варвара Полякова, прошептала она в микрофон. Если со мной что-то случится, знайте: Артём Гаврилов и его мама ответственны. Вот, что я услышала
Записала каждое слово. Отправила запись на скрытый облачный сервер и выставила отложенную пересылку начальнику охраны отца.
Почистила платье, наложила пудру на следы слёз. Натянула на лицо тяжёлую, как хрусталь, улыбку.
Спустилась вниз.
Вот ты где! оживился Артём у камина с бокалом глинтвейна. А мы уж подумали, что вы заблудились.
Он подхватил её в объятия. Его руки руки человека, замыслившего отправить её в психушку вызывали дрожь. Варя едва не задохнулась от отвращения.
Она улыбнулась.
Я просто косметику поправляла, весело проговорила Варя. Хотела быть идеальной специально для тебя.
Ты всегда прекрасна, прошептал Артём и поцеловал лоб.
Ах, чуть не забыла, улыбнулась она, протягивая бархатную коробку.
Артём открыл её. Глаза распахнулись.
«Полет»? Варя это
Понравились? спросила она, следя за тем, как в его зрачках дрожит жадность.
Восхитительно. Ты чудо.
Я очень рада, мягко сказала Варя. Для тебя всё что угодно.
Даже уничтожить, мысленно добавила она.
Два месяца Варя играла роль жизни нежной, наивной невесты, а в тайне наняла частного детектива. Нашла доктора Горелова опозоренного психиатра с долгами, оплаченных Артёмом. Нашла письма Артёма с киевской клиникой. Собрала папку доказательств хватило бы судить их на десятилетия.
Но тюрьмы было мало. Они хотели её деньги, позор? Пусть получат.
Неделя до свадьбы. Кабинет самой дорогой свадебной распорядительницы в Киеве. Смета тринадцать миллионов гривен.
Многовато, изобразил беспокойство Артём. Может, упростим?
Ну что ты! звонко рассмеялась Варя. Папа настаивает на лучшем. Вот только
Она надула губы:
Проблемка одна. Папа говорит нехорошо, если семья жениха совсем ничего не даёт. Мол, потом все будут шептаться, будто Артём альфонс.
Артём напрягся:
Пусть говорят что хотят.
О, я знаю, любимый. Просто для вида можно ли тебя вписать хозяином? Ну, хоть для протокола! А оплачу всё я утром в день свадьбы на ваш счет. Даже премия семьсот тысяч гривен вам, Маргарита Николаевна. Вы платите подрядчикам, Артём становится «щедрым», а папа доволен. Всем выгодно!
Взгляды жадные, самоуверенные она узнала их.
Ты точно отправишь деньги к восьми утра? уточнил Артём.
Обещаю, мило сказала Варя.
Артём взял ручку. Подписал контракты: кейтеринг, зал, цветы, музыка стал отвечать по всем расходам.
Готово, улыбнулся он.
Замечательно, сказала Варя.
Часть 3: Троянская невеста
День свадьбы. Весеннее светлое утро в отеле «Премьер Палас».
Варя сидела в комнате для невест платье, будто облако, макияж безупречен.
Телефон завибрировал.
Артём: Жду перевод, зайка. Директор переживает.
Варя: Банк говорит, что международные переводы медленные по выходным! Не волнуйся, всё идёт, любимый!
Она улыбнулась. Денег не будет. Всё переведено в фонд под контролем отца.
Столик флешка. Обычная, чёрная.
Варя позвала диджея.
Вот, сказала она, протягивая купюру в тысячу гривен. Сюрприз для Артёма. Голосовое послание «от бабушки». Можно сыграть его, когда священник спросит, есть ли возражения на церемонии?
Диджей поморщился.
В этот момент? Странно
Личное Пожалуйста, только по моему знаку когда я потрогаю колье.
Как скажете, пожал плечами диджей.
Пошла по проходу. В зале киевские сливки, родственники Гавриловых, бизнесмены.
Артём стоял у алтаря выглядел шикарно, но белый, как снег, контролёр трясёт счетами.
Варя приблизилась. Он сжал её ладони.
Ты как ангел, прошептал. Деньги дошли?
Ш-шш, улыбнулась она. Сейчас главное мы.
Началась церемония. О доверии, верности и любви.
А теперь, обратился священник к залу, если кто-то знает препятствия для этого брака, пусть скажет сейчас.
Тишина.
Варя оглядела всех. Маргарита Николаевна на первом ряду, театрально вытирает глаза. Артём нервно моргает.
Варя коснулась колье.
Где-то в колонках зашипела статика. Раздался голос.
Часть 4: Клятва правды
Маргарита Николаевна: Терпеть не могу. Видела её взгляд на мою скатерть? Как на тряпку! Испорченная девица
По залу прошёл вздох ужаса. Мать Артёма застыла.
Голос Артёма: Мам, не принимай близко. Она не человек. Она банкомат. Очень жирный банкомат.
Гости загудели. Отец Вари вскочил, побагровел.
Артём рванул к микрофону священника:
Вырубите! Остановите!
Но диджей растерян, запись идёт дальше:
Голос Артёма: Устраиваем психоз… Психиатрия под Киевом… Она никогда не выйдет
Страх сковал зал. Это не слухи, а признание.
Варя застыла у алтаря спокойная, почти ледяная.
Артём! заорала Маргарита Николаевна. Останови!
Запись выключилась. Повисла невыносимая тишина.
Артём кинулся к Варе:
Варя, родная, это подделка! Хакеры!
Варя взяла микрофон. Голос как у председателя.
Это не фейк, Артём. Помнишь Рождество? Я тогда хотела сделать тебе сюрприз…
Она шагнула ближе.
Хотели признать меня ненормальной? Запереть?
Обвела взглядом гостей.
Я могу и правда быть принцессой. Но в тюрьму не я иду.
Лицо Артёма исказилось, он стиснул её руку:
Ты подстроила!
Руки убери! рявкнул отец Вари. Три охранника её, а не отеля свалили Артёма на пол.
Артём выл, Маргарита Николаевна метнулась к выходу, но подружки невесты встали стеной.
Варя глянула на жениха, прижатого к мрамору с цветами.
Я не сказала «Да», холодно сказала она. Я сказала «Я знаю».
Микрофон упал с гулом.
Она вскинула шлейф и пошла прочь.
Но это ещё не конец.
Часть 5: Счёт
У двойных дверей Варю окликнул менеджер зала, за ним шеф-кейтеринга и главный флорист.
Госпожа Полякова! Вы куда?! Мы не получили тринадцать миллионов гривен!
Варя мило улыбнулась:
Я здесь не хозяйка. Сравните подписи официально за всё платит Артём Гаврилов, а гарант его мама. Они отвечают по всем счетам.
Менеджер проверил бумаги всё верно.
Но… он обещал перевод!
Увы, Варя пожала плечами. Впредь проверяйте карманы. Говорят, собирался брать «Ауди».
За её спиной начался настоящий бедлам:
Гаврилов! Платите немедленно!
Вы мне должны за цветы сорок тысяч!
Я вызываю приставов!
У нас нет этих денег! рыдала Маргарита Николаевна, Она обещала! Снимите со счёта!
Варя остановилась у двери и набрала СМС Артёму. Он не увидит её, но копию прочитает следователь.
Варя: Я не украла твои деньги. Просто перекинула. Все 13 миллионов я пожертвовала в фонд «Помощь детям с психическими расстройствами». На ваше имя. Теперь вы филантроп. Поздравляю.
Во двор въехала полиция.
Отец Вари ждал у лимузина. Глядел на дочь и на разгром в зале.
Ты знала всё это два месяца?
Нужно было собрать компромат, папа. Заговор не просто так судить. И контрактами на свадьбу я их разорила.
Отец покачал головой и страх, и гордость.
На себя бы не хотел тебя настроить.
Это разумно, улыбнулась Варя.
Полицейские бросились в отель.
Варя распахнула дверцу лимузина.
В аэропорт.
Часть 6: Последний смех
Три часа спустя.
Частный самолёт вернулся на высоту. Внутри запах коньяка и кожи.
Варя сидела у иллюминатора в кашемировом спортивном костюме. Одна. Без жениха, без свекрови. Тишина.
Она летела на Мальдивы туда, где по плану Артёма должна была сойти с ума. Но она не собиралась терять себя только загорать.
Варя достала бархатную коробку часы «Полет». Открыла их, куда ловило солнце.
Вы были правы, Маргарита Николаевна, обратилась она к пустому креслу. Я избалованная девочка.
Она надела часы. Великоваты и мужские, зато мощные.
И у избалованных есть лучшие юристы. Вас ждёт не палата с видом на Швейцарию, а камера в Лукьяновском изоляторе с соседками.
Варя пригубила бокал.
Взяла телефон. Открыла контакты: Артём Гаврилов. Маргарита Гаврилова. Отметила все и удалить.
Промотала фотогалерею где они вдвоём, помолвка, фикция счастья.
Удалить.
Экран погас.
Варя выглянула в окно облака, как огромный плед. Два месяца под кроватью роль, страх, зажаты дыхание.
Теперь она жила.
Слушая шум турбин, Варя улыбнулась. Это было не просто гудение её собственная новая жизнь.
Она больше не жертва и не наивная принцесса. Она царица, и этот мат был сладок как только бывает у победителя.
