Ушел и ладно
Как это «абонент недоступен»? Только что же разговаривал с кем-то! Светлана стояла посреди прихожей, крепко прижимая телефон к уху.
Она мельком глянула на старый сервант.
Шкатулка с ее драгоценностями стояла на месте, но крышка была неплотно прикрыта, будто торопились или забыли.
Ромка! выкрикнула она в глубь квартиры. Ты в ванной?
Светлана подошла к комоду, приложила ладонь к лакированной крышке, и по спине пробежал ледяной мураш. Внутри пусто. Совсем.
Даже старого чека, который она оставляла закладкой, не было.
Вместе с золотом исчезли и деньги. Хотя деньги она сама ему отдала…
Господи… тихо выдохнула она, опускаясь прямо на ковер. За что же мне все это? Только вчера о поклейке обоев спорили А ты обещал, что в августе съездим на Черное море
А все началось до безобразия просто. В июне прошлого года у Светланы на ее старенькой «десятке» заклинило поршень.
В сервисе запросили такую сумму, что глаза на лоб полезли, и, рассердившись, она написала в групповом чате «Автоледи Волги».
«Девочки, кто встречался, как своими силами расклинить тормозной поршень, когда закис? сделала пост с фотографией грязного диска».
Ответы посыпались одни советовали не «лезть в железо», другие просто купить новый суппорт.
И вдруг сообщение от пользователя с ником RomanVolga85:
«Светлана, не паникуйте. Купите WD-40 и ремкомплект, рублей за триста.
Снимите колесо, аккуратно выдавите поршень педалью, не до конца.
Промойте весь механизм тормозухой, смазывайте.
Если поверхность цилиндра чистая все будет в порядке».
Совет был написан без высокомерия, толково.
«А если зеркало с раковинами?» ответила она.
«Тогда только менять. Но по фото видно машина у вас ухожена, вряд ли там все плохо. Если будут вопросы напишите в личку».
Так и закрутилось.
Роман оказался мастером, техника у него в крови.
За неделю он научил Светлану выбирать масло, менять свечи, рассказал, какой тосол покупать.
Светлана ловила себя на мысли, сколько ждет его сообщений.
«Рома, ты мой настоящий спасатель, написала она как-то вечером. Может, встретимся? Я угощаю кофе. Или чем покрепче, хоть бюджет экономила благодаря тебе».
Ответ пришел спустя три часа:
«Свет, я бы с удовольствием, честно. Но сейчас в командировке. И надолго. Фактически за границей».
«Правда? Куда тебя закинуло?»
«Дальше некуда. Только не обижайся, врать не могу ты мне очень нравишься, как человек. На самом деле я не в командировке. Я отбываю срок. ИК-12, если что-то говорит».
У Светланы телефон выпал из рук прямо на диван. Внутри все оборвалось.
Зэка? Она, бухгалтер в крупной компании, почти месяц переписывалась с уголовником?!
«За что?» выдавила она, пальцы дрожали.
«159-я. Мошенничество. Дурью маялся, жизнь закружила. Еще меньше года осталось. Если хочешь, просто удали меня, я пойму».
Светлана не стала отвечать. Заблокировала его, а три дня ходила, будто в тумане. Коллеги на работе спрашивали, не случилось ли чего.
А у нее не выходило из головы:
«Как так? Мужик с руками, с головой и сидит»
Неделю спустя на электронной почте появилось новое сообщение: он когда-то выпросил адрес, она просто не удаляла его из контактов.
«Светлана, писал он. Я не обижаюсь. Знал, что все так будет. Ты хорошая, светлая. Таких, как я, тебе в жизни не надо.
Спасибо, что общалась. Это были мои лучшие недели за три года. Удачи тебе. Прощай».
Светлана перечитала ночью на кухне и слезы полились сами собой. Стало жалко и себя, и его, и несправедливость мира.
Почему все в жизни достается другим, а мне то женатики, то маменькины детки, а вот нормальный мужик и за решеткой? спрашивала себя.
Но и в этот раз не ответила
***
Светлана пару раз попробовала сходить на свидание, но всё было не так.
Один кавалер полвечера показывал свой альбом марок, другой явился с грязными ногтями и усердно делил счет пополам.
В свой тридцать пятый день рождения Светлана особенно остро почувствовала одиночество.
С утра на электронку пришло письмо.
«Поздравляю, Светочка! писал Роман. Знаю, не хочу тревожить, но очень хотелось поздравить. Пусть жизнь радует.
Ты достойна всего хорошего.
Я тут из хлеба и проволоки смастерил штучку Если бы мог подарил бы.
Просто помни: где-то на Урале кто-то поднял кружку киселя за твое здоровье».
«Спасибо, Рома, мне очень приятно» отозвалась она, не сдержалась.
«Ты ответила! даже запятая у него вышла радостной. Как ты? Как твоя ласточка, не подвела зимой?»
И всё снова завертелось.
Теперь они ежедневно писали друг другу, а иногда Рома звонил, если удавалось.
У него был приятный низкий голос, даже хрипловатый.
Он рассказывал о жизни: как рос с младшим братом, как тот теперь с детьми нянчится, как мечтает выбраться из прошлых ошибок.
В свой город не хочу возвращаться, Свет, говорил он, пока она резала огурцы в салат. Там старая компания, опять потянут
Хочу туда, где никого не знаю. Руки у меня золотые, на стройке или в автосервисе всегда возьмут.
А если бы некуда было? спрашивала она, стараясь не выдать волнение.
Приехал бы к тебе, комнату или маленькую однушку снял бы. Просто, чтобы только рядом быть, чтобы знать, что ты по тому же городу ходишь
А остальное как пойдет. Я себя навязывать не буду.
К маю Светлана окончательно утонула в этом чувстве.
Она знала, когда у него баня, когда проверка, когда цех.
Она высылает посылки: чай, конфеты, носки, запчасти для подделок.
Ромка, только досиди спокойно, прошу, шептала в трубку. Не влезай ни в какие глупости.
Ради тебя, родная, тише воды, смеялся Рома. В апреле уже свобода.
Я тебя жду.
***
В середине апреля Светлана приехала к воротам колонии. Купила ему куртку, джинсы, кроссовки всю зарплату разом спустила.
Сердце колотилось, будто не выдержит.
Он вышел крепкий, невысокий, с короткой стрижкой, седина пробивается.
На фото он показался другим. Но когда увидела его улыбку, и он сказал:
Привет, хозяйка.
Она кинулась к нему на шею.
Господи, живой ты, прошептала, уткнувшись в его колючую щеку.
Куда ж я денусь, засмеялся он, и прижал крепко к себе. Пахнешь здорово… чем-то цветочным.
Поехали домой.
Неделя прошла как во сне. Рома сразу полез в ремонт: починил кран, прибрал замок в двери, которой полгода заедал.
Вечерами сидели на кухне, пили полусладкое, слушали его забавные истории о прошлой жизни он осторожно обходил самые острые углы.
Слушай, Рома, сказала она через десять дней, зачем тебе квартиру снимать? Места у меня полно, вдвоём веселее. А деньги сэкономишь купишь себе инструменты, обживёшься.
Свет, это неправильно нахмурился он. Я мужчина, должен сам жильё обеспечивать. И так на твоей шее…
Ну перестань! накрыла его руку своей. Мы уже не чужие люди. Ты работу найдёшь, всё будет хорошо.
Вчера брат писал, вдруг выдавил, отвернувшись. Племянник сильно заболел, нужна срочная операция, только платная. Просит в долг, а у меня в кармане пусто. Стыдно перед семьёй
Сколько надо? спросила она глухо.
Много… Пятьсот тысяч. Правда, часть уже собрали. Я вот думаю не махнуть ли мне в Москву на вахту? Там платят по-быстрому, помогу.
Светлана замолчала. Эти пятьсот тысяч она три года копила каждый рубль откладывала, чтобы сделать ремонт, ванную поставить.
У меня есть эти деньги, тихо вымолвила она.
Роман поднял взгляд резко:
Даже не думай! Это твои деньги.
Ром, это ведь семья, племянник. Ты сам говорил, что это главное. Бери и передай, когда получится отдашь Мы теперь вместе.
Он два дня мучился, ходил мрачнее туч, даже снова курить начал на балконе. В конце концов она сама достала из шкатулки купюры, положила на кухонный стол.
Вот, бери. Вези брату, передай.
Я лучше сам отвезу, сказал он, обняв ее за плечи. Заодно узнаю про работу в тех краях, может, получится зацепиться.
На два дня уеду. Не переживай.
***
Час Светлана сидела на полу в прихожей, заклякла от безысходности.
Вчера они смотрели дурацкую комедию, он шутил, прижимал ее к себе, и она была, казалось, самой счастливой женщиной в мире.
Наверное, через день смотаюсь пораньше сказал он перед сном.
А сбежал ночью, пока она спала. Только дверь хлопнула во сне решила, что соседи.
Ближе к обеду Светлана все-таки позвонила брату Ромы номер остался от прошлых разговоров.
Алло? суровый мужской голос. Кто это?
Здравствуйте, я, Светлана подруга Романа. Он к вам сегодня выехал?
В трубке наступила пауза. Потом тяжелый вздох.
Какая еще Светлана? Какой Роман? Моего брата зовут по-другому, и сидит он еще до октября в ИК-8.
Светлана давно так не терялась.
Как до октября? Мы же встречались только что, в апреле. Я его забирала
Вы ошиблись. Роман бывший мой сокамерник. Вышел два месяца назад, телефон у меня утянул, все контакты списал. Вы не первая женщина, кого он разводит язык подвешен, техника на ура, закончил технический.
Светлана медленно положила трубку, вспомнила его уроки по свечам и масло.
Не перетягивай, иначе резьбу срежешь так говорил он.
Вот и перетянула, вслух сказала она. Сама себе проблем наворотила.
Вдруг осознала, что толком ничего про него не знала паспорта не видела даже, справки об освобождении тоже.
Может, он вообще не Роман
***
Светлана, конечно, пошла и написала заявление в полицию. Показала фотографию, многое узнала о бывшем гражданском муже.
Имя у него и вправду Роман. Это всё, что было правдой.
Он сидел за тяжкое преступление, на зоне почти полжизни провёл познакомились они, когда он третий срок мотал.
Светлана перекрестилась, поменяла замки и решила: легко отделалась, если сравнить с судьбой некоторых его бывших женщинНесколько месяцев прошли в мутном ожидании. Светлана жила как во сне: автоматом ходила на работу, молча наливала себе чай, глядела вечерами в окно на машины под фонарём и каждый раз, среди бликов фар, искала знакомые походку, силуэт, поднятую в приветствии руку. Но никто не возвращался.
Её заявление растворилось где-то в коридорах районного отделения; полицейские снисходительно кивали: «Столько таких историй сейчас, не вы первая». Даже коллеги на работе обсуждали новости о подобных случаях один за другим у женщин вымогали деньги, доверие, иногда будущее.
Светлана постепенно смирялась. Иногда пыталась винить себя, иногда его. Потом просто устала. От сердечной усталости осталась только прозрачная тоска: клонящая голову к подушке, сжимавшая горло по утрам, но уже не такая страшная.
Он ей больше не писал. Ни с нового номера, ни с чужого e-mail. Не появлялся даже в снах, будто и не было всего этого. Остались только следы ремонта, аккуратная надпись на старой баночке: «Тосол не трогать!» да дурацкая фотография, где она улыбается в объятиях человека, которого не существует.
Наступил сентябрь. В очередную субботу Светлана вымыла полы, надела яркую кофту и отправилась на рынок. Холодный ветер развевал волосы; в руке пахло мёдом яблоко.
Молодой человек, помогите донести? крикнула она мальчишке возле ларька, и улыбнулась просто так, не ожидая ничего взамен.
Жизнь медленно наладилась. Вскоре она записалась на курсы английского и дважды сходила на каток: впервые за много лет поскользнулась, но никто не засмеялся только молодой тренер предложил руку, и объяснил, как держать равновесие.
Однажды вечером она достала новую копилку маленькую железную коробку и аккуратно бросила туда первую купюру.
«На Черное море», подумала. «Ровно через год».
Где-то далеко, в незнакомых городах, маются чужие Романы, рассказывают про суппорты, врут и снова исчезают. Но в этот раз её история закончилась иначе. Светлана снова улыбнулась себе в зеркале: целая, стоящая на двух ногах, с миром впереди, который ещё ничего у неё не украл.
И, может быть, в этот раз всё получится.
