ПРИЦЕП
Сегодня, как вспоминаю те времена, всё кажется будто не со мной было.
Я, Коля Петров, наслушался вечных советов о «настоящих» чувствах и однажды поймал себя на том, что мне опостылели ночные посиделки в кабаках Ростова-на-Дону, поползновения на мимолётные встречи и спонтанные свидания.
И тут вдруг, словно грозою среди ясного неба, знакомлюсь с весёлой, прямой, с тонкой иронией Натальей Зориной.
Сначала обычная прогулка по крышам, кофе на Набережной, разговоры о моих итогах в банке и её любви к Ахмадулиной и Вознесенскому.
И когда выяснили, что оба кладём кислое яблоко в салат оливье, решили: надо двигаться дальше.
Местом следующих «боевых действий» стала её квартира в центре города.
Наталья пригласила меня на ужин.
Я, конечно, всё разыграл по высшему разряду выгладил свою белую рубашку, побрился, выучил пару строчек из любимого её поэта, зашёл в цветочный и взял бутылку хорошего грузинского вина за 750 гривен.
Я шёл к ней уверенный, будто к себе домой, и ощущал лёгкость, которой позавидовал бы любой уличный кот, приходящий к миске по пятнадцать раз в день.
Всё было просчитано кроме одного: двери мне открыл хмуро-огромного вида парень с квадратным лицом.
Здравствуйте, меня зовут Сева.
Мама моется, проходите, резко и уверенно сказал он, протягивая мне ладонь, которой можно было накрыть мой череп, как крышкой от кастрюли.
Первой мыслью было, что промахнулся дверью, но когда Сева чихнул громко и с прищёлкиванием именно так, как пару дней назад это делала Наталья, сомнения растаяли.
Моё настроение отправилось к подножию окна, вместе с букетом, что начал вянуть в руках, и вином, которое вдруг стало кислым.
Вошёл, краем глаза глядя на его кроссовки сорок шестого размера.
В них можно было бы две мои ноги воткнуть сразу Наталья по сравнению с сыном выглядела чуть выше локтя.
Жалко, думаю, что женщины так с кольцом не умеют: подарил ей потом обруч, через лет десять вырастает.
Думал об этом, когда зашёл на кухню, где уже был накрыт стол, а Сева без стула менял занавески.
Пять минут, и я выйду!
пробормотала Наталья из ванной.
Ровно двадцать минут спустя, из душа вышла она в платье, с макияжем, сияющая.
Только взгляд на моё посеревшее лицо тут же убил весь флер момента.
Сели за стол.
Наталья, не глядя, разлила вино, не дожидаясь меня, сама стала есть.
Почему не сказала, что у тебя сын есть?
буркнул я, не скрывая обиды.
Напугал прицеп?
без особого веселья переспросила она.
Да какой там прицеп…
тут целый поезд.
Ну, большой, да.
В папу такой.
Его отец с Полтавы родом, тоже был великан.
Медведей голыми руками валил.
А сейчас где он твой медвежатник?
сглотнул я.
По гастролям.
Оставил нас ради большой сцены.
Пишет иногда, только почерк такой, будто сам медведь пишет и даже совести у него побольше.
А сколько Севе?
Четырнадцать.
Паспорт недавно получил.
С боем?
Очень смешно.
Дальше ели молча, я крутил в руках столовые приборы.
Можно ещё мяса?
спросил я.
Понравилось?
Честно?
Это шедевр.
Что это?
Лосятина.
Сева готовил.
Вот это талант.
От отца с Полтавы досталось: старая книга рецептов, ножи, спиннинг, лодка и ещё куча всякой рухляди.
Лодка?!
выдохнул я.
Да, в подвале.
Сева заядлый рыбак.
В этот момент мобильник Натальи завибрировал, она вышла поговорить.
«Пора сваливать», мелькнуло у меня в голове.
Коль, у меня к тебе просьба…
вернулась минут через десять Наталья.
На работе завал, меня срочно вызывают.
Посиди пару часов с Севой?
Заплачу: и за вечер, и за няньку.
Я?
С Севой?
Зачем?
Мало ли кто сейчас по квартирам шастает, сам видишь времена.
Боишься, что его унесут?
Коль, ну договорились: посидишь, и я больше тебя не беспокою.
Что мне с ним делать?
Развлекайтесь по-мужски, мне бежать надо!
И ушла.
Я остался досидел на кухне, доел остатки лосиного мяса, посмотрел на разряженный телефон, уже мысленно попрощался с этим домом, но любопытство толкнуло меня к двери Севиной комнаты, откуда доносилась музыка.
Постучал.
Открыто.
Зашёл.
Первое, что бросилось в глаза деревянная мишень в углу, утыканная ножами, рядом стойка с трофеями, боксёрская груша, новёхонький xBox.
А на проигрывателе крутится альбом «Арии», и я понял парень не так прост.
Ничего себе комнатка, присвистнул я.
Я летом работаю, спокойно ответил Сева, увидев мою реакцию.
Зарядки не найдётся?
спросил я.
Вон, под железной дорогой, махнул он рукой.
Повернул голову и чуть не упал.
На полу всей длиной настоящая железная дорога, с поездами и мостами.
Сам сделал?
Ага, детали собираю, второй ярус вот хочу добавить.
Мне вдруг стало тепло и легко.
Я попросился запустить локомотив и мы заигрались так, что не заметили, как час пролетел.
Наталья, когда вернулась, увидела нас, сидящих в обнимку взрослого мужика и лопоухого подростка будто мы с детства знакомы.
Коля, домой пора, сказала она устало.
Ой, сколько времени?
Пол-одиннадцатого.
Завтра с утра мне рано.
Проводила меня до двери.
Протянула деньги.
Я рукой отмахнулся.
Не беру у девушек деньги.
Спасибо, что за моим прицепом приглядел.
Я улыбнулся и ушёл.
***
Спустя пару дней звоню не выдержал:
Наташ, можно ещё раз в гости?
К Севе.
Я ему игру новую для xBox купил, вместе будем пробовать.
Севе?
Ну, спроси у него.
Уже спросил.
Сказал: «Жду».
У тебя работа, а мы тихо посидим.
Приходи.
Ни цветка, ни дорогой рубашки.
Лишь футболка с группой «Ария», рюкзак с чипсами и на лице глупейшая улыбка.
Только тише, у меня совещание, встретила Наталья в халате и с явно луковым запахом.
Всё, будто мы с Севой были друзьями всю жизнь: спорили, какой фильм у Балабанова лучше, спорили о музыке, устраивали киновечер.
Наталья на нас смотрит оба дурака.
В субботу не забудь прикормку!
крикнул Сева, когда я собирался.
Какую прикормку?
спросила Наталья с прищуром.
Мы на щуку идём.
А ты можешь нам бутербродов нарезать.
Делайте что хотите, лишь бы было кому дома пожурить.
***
Прошёл месяц.
Наталья работала день и ночь, а мы с Севой достроили железную дорогу, ездили на Оку за раками, квас по старинному рецепту ставили.
Я научил мальчишку разговаривать с девчонками, а он меня готовить рыбацкие снасти.
Всё было спокойно, пока однажды не раздался такой стук в дверь, что у меня чуть душа в пятки не ушла.
Наталья открывает, и на пороге появляется её бывший огромный, с мешком рыбы и запахом тушёного медведя.
Всё понял, бубнит, становясь на колено.
Забираю вас в деревню, коплю гривны, буду рыбачить с сыном.
Наташа, давай по новой!
Десять лет прошло, а ты всё туда же.
Медведь твой тоже с вами поедет?
Он по контракту на студии остался.
В этот момент из кухни выскакиваю я в Наташиной футболке.
Руки испачканы краской только что с Севой паровоз перекрашивал.
Это кто?
бывший уставился на меня.
Это…
начала Наталья, но тут из комнаты вылетает Сева и за минуту выкручивает отцу руку.
Это прицеп!
злобно шепчет он.
Сын!
Я же твой отец.
Прицеп Коля.
Он помогает нам всё вывозить, что ты оставил.
Но я ничего не оставлял
И до него дошло, а мы с Наташей наблюдаем эту схватку титанов.
Всё, хватит, выдохнул бывший, Сева отпускает.
Хороший ты сын, жмёт он рукой свою руку.
Может, на охоту хоть завтра?
Побеседуем по-мужски
Наталья метается взглядом между нами двумя.
Всё понимаю, кивнул я.
Пора мне.
Прости…
***
С утра мужики ушли.
Вечером Сева пришёл один.
А где отец?
бросилась Наталья.
Ушёл С кабаном В прицеп загрузил и уехал дрессировать.
Господи Наталья хлопнула себя по лбу.
Позвонить Коле надо.
Не надо, он меня до дома довёз, с работы подкараулил.
Так ты телефон дома забыл!
Откуда он знал, где ты?
Сказал, что просто не может больше отцепиться.
***
Удивительно, но в итоге, то, что казалось «прицепом» и лишней заботой, стало лучшей частью жизни.
Умение держаться друг за друга, мудрое терпение, доброта к чужому оказалось, что главное не ехать первым, а вовремя подцепиться к настоящему поезду.
