Девочка, которую никто не мог заставить говорить пока не появилась она
Мать Ани давно болела. Каждый день был для неё испытанием, но даже в самые тяжёлые минуты она находила силы поддержать дочь. Утром, лёжа на подушках, она дрожащей рукой дотронулась до лица дочери и прошептала:
Доченька, я мечтала, чтобы ты нашла работу. Ты справишься, я верю.
Аня вздохнула, глядя в окно.
Мама, я видела объявление нужна уборщица в большом особняке. Может, попробовать?
Женщина кивнула, в её глазах блеснула надежда:
Попробуй, родная. Может, это изменит нашу жизнь.
И эти слова стали для Ани знаком. Собравшись, она отправилась к особняку старинному, с белоснежными колоннами и высокими окнами. Сердце её бешено стучало, когда она переступила порог. Хозяин молодой мужчина по имени Иван внимательно посмотрел на неё, задал несколько простых вопросов и неожиданно взял на работу.
Аня не верила своим ушам. «Мама была права, подумала она, это знак».
В первый рабочий день, убирая второй этаж, Аня услышала тихий шорох в комнате. Открыла дверь и замерла.
В шкафу стоял мальчик. Маленький, лет семи-восьми. Его большие глаза смотрели настороженно, а губы оставались сжатыми.
Привет, малыш, как тебя зовут? ласково спросила она.
Никакого ответа. Только лёгкий вздох и дрожащий взгляд.
Аня не знала, что подумать. Спустившись вниз, она застала Ивана за кухонным столом.
Простите, робко начала она, но почему ваш сын стоит в шкафу?
Иван поднял глаза. Его голос стал тихим и отстранённым:
Не обращайте внимания. Он всегда такой. Уже три года ни слова. Только стоит там. Выходит разве что в туалет.
У неё сжалось сердце.
Три года? Но почему?
После аварии, тихо ответил он. Мы потеряли его маму. С тех пор он замкнулся. Врачи, психологи, психиатры никто не помог.
Аня опустила взгляд. В душе что-то дрогнуло. «Я должна ему помочь», подумала она.
С тех пор каждый день, заходя в детскую, Аня разговаривала. Не ждала ответа просто говорила:
Привет, солнышко! Сегодня чудесный день.
Ты знаешь, жизнь прекрасна, даже когда трудно.
У тебя самые добрые глаза, которые я когда-либо видела.
Она рассказывала ему о цветах, о маме, о детстве. А мальчик просто стоял и слушал. Но однажды, когда она снова поздоровалась, он вышел из шкафа. Медленно. Неуверенно. И протянул ей расчёску.
Хочешь, чтобы я тебя причесала? спросила Аня, и, когда он едва заметно кивнул, улыбнулась сквозь слёзы.
С этого дня это стало их маленьким ритуалом. Каждое утро мальчик садился на стул, а Аня расчёсывала его волосы, тихо напевая песенку, которую когда-то пела её мама.
Однажды Иван, проходя по коридору, остановился у двери. Изнутри доносились тихие голоса. Он заглянул и остолбенел: его сын сидел перед зеркалом, позволяя Ане прикасаться к своим волосам, а на его лице появилась лёгкая улыбка.
Как?.. прошептал он. Она сделала то, что не смог ни один врач.
На следующее утро за завтраком Иван увидел чудо.
Его сын, в пижаме, босиком, зашёл на кухню. Остановился, глядя на отца.
Привет, папа, сказал он.
Тишина. Потом крик радости, прорвавший все стены. Иван бросился к нему, упал на колени и обнял.
Господи ты заговорил! шептал он, не сдерживая слёз.
Аня стояла у двери, и на её лице светилась тихая, искренняя улыбка.
Иван поднялся, подошёл к ней и сказал:
Аня, спасибо. Вы совершили невозможное. С того дня, как погибла моя жена, он жил в тишине во тьме. А вы вернули ему голос. Вернули мне сына.
Он замолчал на мгновение, потом добавил:
Я хочу отблагодарить вас. Просите всё, что пожелаете.
Девушка опустила глаза.
У меня лишь одна просьба. Моя мама она очень больна. Ей нужно лечение, которое мы не можем себе позволить.
Считайте, что это уже сделано, твёрдо сказал Иван.
В тот же день мать Ани оказалась в лучшей клинике страны. Врачи сделали всё возможное. Через месяц она уже стояла у окна, улыбаясь дочери, которая держала её за руку.
Ты изменила не только свою жизнь, дочка, сказала она. Ты изменила чужую судьбу.
Аня улыбнулась.
Нет, мама. Я просто сказала тому мальчику то, что ты когда-то говорила мне: не сдавайся, даже когда трудно.
Прошло несколько недель. Маленький мальчик теперь каждый день бегал по саду, играл, смеялся. А Иван иногда просто стоял, глядя на них на сына и Аню. Впервые за долгие годы он чувствовал, что дом снова жив.
Потому что иногда, чтобы растопить молчание, не нужны лекарства. Нужно лишь сердце, умеющее слушать.
