Это не твой ребёнок!
Арина и Дмитрий выходили из роддома, сияя от счастья. В руках Дмитрия бережно лежал крошечный голубой конверт — его новорождённый сын, долгожданный и любимый, тихо сопел, укутанный в тёплый плед. Родственники, друзья, акушерка — все поздравляли, кричали «Горько!», дарили цветы. Всё было именно так, как мечтала Арина.
— Спасибо, родная, — прошептал Дмитрий, — за сына.
Но внезапно лицо Арины побледнело.
— Смотри, твоя мать идёт…
К ним быстрым шагом приближалась Валентина Ивановна — мать Дмитрия. Суровая, прямая, словно выточенная из гранита. Выходной на работе? Неспроста.
— Дима! Не бери его! — резко бросила она вместо приветствия.
— Что? — он онемел от неожиданности.
— Не забирай этого ребёнка. Он не твой!
Тишина повисла, как нож на волоске. Арина сжалась, будто её ударили.
— Мама, ты в себе? — Дмитрий смотрел на неё, будто впервые видел.
Всё началось три месяца назад, когда Дмитрий признался: он влюблён. В женщину старше его, с ребёнком. И… беременную от другого.
Валентина была в шоке. Пыталась не вмешиваться, надеялась, что «одумается». Но потом он заявил: женится. Более того — усыновит её старшего сына и ребёнка, которого она вот-вот родит.
— Ты рехнулся? — не выдержала тогда Валентина.
— Мам, это мой выбор. Я люблю её. И этих детей. Я стану им отцом.
— Да ты моложе её! Можешь найти девушку без багажа! Родить своих!
— Они и будут моими, — твёрдо сказал Дмитрий.
Она попыталась поговорить с Ариной. Пригласила в «Прагу». Без криков, по-взрослому.
— Ты же мать, я тоже мать. Я не против тебя. Но подумай — это честно? Родишь от одного, а растить будет мой сын?
Арина лишь усмехнулась.
— Хотите, чтобы я исчезла? Зря. Я люблю Димку. А он — меня. Мы вместе. Хотите вы этого или нет.
С того дня Арина перестала здороваться. Дмитрий — избегал разговоров. Телефоны молчали.
Валентина металась. Плакала в подушку. Звонила бывшему мужу — тот отмахивался. Даже сестра, которой она жаловалась, сказала: «Главное, чтобы он был счастлив».
Но Валентина знала: он не понимает, во что ввязывается. Он ослеплён. И только она, мать, видит, как им манипулируют.
Через племянницу она узнала дату выписки. И решила — придёт. Попробует в последний раз остановить сына. Вернуть.
— Сынок, умоляю… — голос её дрожал на глазах у всех гостей. — Этот ребёнок — не твой. Не совершай ошибку. Пока не поздно.
Арина прижала младенца к груди, словно защищая от врага.
— Мама, уходи, — тихо, но железно сказал Дмитрий. — Это мой сын. Я забираю его домой. И твои слова ничего не изменят.
— Арина, — обратилась к ней Валентина, — ты взрослая, у тебя двое детей. Неужели тебе не жалко меня? Видеть, как моего сына делают дойной коровой?
— Хватит, — резко оборвала её Арина. — Я родила от мужчины, который меня бросил. Дмитрий сам захотел быть рядом — это его выбор. Вам нечего тут делать.
— Я имею право быть матерью! — крикнула Валентина. — А ты… ты просто села ему на шею!
— А вы — одинокая бабка, которой никто не нужен. Не зря муж от вас сбежал.
Эти слова прозвучали как пощёчина.
Гости молчали. Кто-то смотрел в сторону, кто-то делал вид, что не слышит. Дмитрий взял ребёнка и увёл Арину к машине. Двери захлопнулись. Двигатель взревел.
Валентина осталась стоять посреди двора — одна. Среди чужих улыбок, чужих детей, чужого счастья.
Её сын больше не её. И она поняла это. Слишком поздно.
