А где мой сыр? Тот самый, твёрдый, который я специально купил для салата? спросила она, растерянно переставляя на полке почти пустую банку с солёными огурцами и одинокий пакет кефирa.
Муж, сидящий за кухонным столом и пытающийся втянуть голову в плечи, виновато отвёл взгляд в сторону окна, где серый осенний дождь стучал по стеклу.
Ну, Вера детям бутерброды делала Они проголодались после прогулки, пробормотал он, стараясь говорить как можно тише, словно боится, что громкий звук разрушит хрупкое спокойствие. Екатерина, ну что ты завелась из-за куска сыра? Купим ещё.
Екатерина медленно закрыла дверцу холодильника. Холод перестал щипать ноги, но внутри всё кипело. Она глубоко вздохнула, считая до десяти привычка последних трёх недель, но с каждым днём она помогала всё хуже.
Сергей, этот кусок стоил полторы тысячи гривен, совершенно спокойным голосом сказала она, поворачиваясь к мужу. Я планировала сделать праздничный ужин после сдачи проекта. А теперь там пусто, опять. Вчера исчезла ветчина, позавчера упаковка семги. Мы вкалываем, а едим только хлеб, ты понимаешь?
Сергей поморщился, как будто у него заболел зуб. Ему было неудобно, стыдно, но чувство семейного долга, воспитанное с детства, перевешивало разум.
Они же гости, Катя. У них ремонт, сама знаешь: пыль, грязь, не дышать. Ну куда им было идти? Потерпи, ещё чуть-чуть, скоро всё закончится.
Это «скоро» звучало в нашем доме уже двадцать второй день. Началось всё просто: звонок Веры, сестры Сергея, с жалобой на то, что рабочие вскрыли полы в их квартире в центре Харькова и повредили трубу, жить стало невозможно. Вера попросила приютить их «буквально на пару дней», пока всё высохнет и зальют стяжку. Екатерина, добрая душа, согласилась в семье надо помогать.
Но пару дней перетекли в неделю, неделя в две, а теперь был конец октября и конца этой эпопеи не было видно. В нашей трёхкомнатной квартире, где было уютно и спокойно, теперь царил хаос. Вера с мужем Ильёй захватили гостиную, их сыновья, Лёша и Данил, десяти и одиннадцати лет, спали на надувном матрасе, но по факту жили во всех комнатах.
Вечера превратились в испытание. Возвращаясь с работы, Екатерина мечтала о тишине и горячем душе, попадала в филиал вокзала. Телевизор гремел Илья любил смотреть политические новости «с эффектом присутствия». В ванной постоянно очередь племянники чуть не по часу плескались, вливая на себя литры дорогого геля для душа и оставляя лужи на полу, в которые Екатерина постоянно наступала в носках.
Но самым больным вопросом оказалась еда. Екатерина зарабатывала неплохо, и Сергей тоже, они привыкли питаться качественно: хорошее мясо, свежие овощи, фрукты, молочка. Бюджет был расписан, они откладывали на отпуск и ипотеку, которую почти выплатили. С появлением родственников бюджет трещал по швам.
Вера, женщина в теле, любящая вкусно поесть, к плите не подходила.
Катюш, я так устала с этими ремонтами, волнуюсь весь день, говорила она, лёжа на диване с тарелкой винограда. Ты же всё равно готовишь, на пару тарелок больше супа налить не проблема?
Вот только «пару тарелок» превращались в пятилитровую кастрюлю борща, исчезавшую вечером. Илья работал водителем на маршрутке сутки через трое, и в свои выходные обладал аппетитом, которому могла бы завидовать целая армия. Племянники ели всё подряд, даже не спрашивая, для чего это куплено.
Екатерина сняла пиджак, повесила на стул и устало потерла виски.
Сергей, я сегодня смотрела счёт в приложении банка, сказала она, глядя мужу прямо в глаза. За эти три недели мы потратили столько, сколько обычно за два месяца. Я серьёзно. Они не покупают ничего. Даже хлеб.
Ну, у них ремонт, расходы попытался оправдаться Сергей, но без уверенности. Илья говорил, что цены на материалы выросли.
У нас тоже расходы, жёстко отрезала Екатерина. Я не нанималась кормить четверых взрослых и двух детей одна. Ты видел, чтобы Вера хоть раз принесла пакет с продуктами? Или печенье к чаю?
В кухню вошла Вера, шаркая тапками. Она была в халате Екатерины свой ей был жарко, этот шёлковый, лёгкий. Екатерина скрипнула зубами, заметив пятно от малинового варенья на лацкане, но промолчала.
О, Катюшка пришла! весело сказала золовка, направляясь к чайнику. А мы тебя ждали, кушать хочется ужасно. Илья спрашивает, что на ужин? А то, говорит, фарш размораживался.
Екатерина взглянула на неё долгим холодным взглядом. Внутри что-то щёлкнуло тот самый предохранитель, который держит воспитанность и терпение.
Котлет не будет, спокойно сказала она.
Как же так? удивилась Вера, застывая с кружкой Как можно? Детям режим нужен!
Фарш я убрала обратно в морозилку. Сегодня у нас гречка. Просто гречка.
Без мяса? Без подливки? Илья такое не станет есть, ему мужику и мясо надо.
Пусть тогда Илья сходит в магазин, купит мясо, приготовит и поест, Екатерина мило улыбнулась, но эта улыбка не отражалась в глазах. Магазин рядом, «АТБ» на углу.
Вера фыркнула, поставила кружку на стол.
Ты чего, Катя, с цепи слетела? Понимаю, устала на работе, но зачем так с родней? Сергей, скажи ей!
Сергей выглядел так, будто хочет провалиться сквозь линолеум к соседям снизу.
Катя, ну может пельмени сварим Там была пачка
Была вчера. Пока ваши дети не устроили соревнование: кто съест больше.
Вечер прошёл в напряжённом молчании. Екатерина сварила гречку, поставила масло и соль. Илья, увидев ужин, поковырялся в тарелке, пробубнил про «тюремную пайку» и ушёл досматривать сериал. Вера скормила кашу детям, посыпав сахаром (из запасов хозяйки), и ушла, бросив с порога: «Надеюсь, завтра приготовишь нормально!»
Екатерина до ночи не спала. Лежала в темноте, слушая храп Ильи из соседней комнаты и дыхание мужа. Думала доброта наказуема, границы надо защищать. Если не сделать это сейчас, они останутся жить вечно. Ремонт лишь предлог. За три недели Илья ни разу не ездил в квартиру «проверить стяжку». Им просто удобно: бесплатное жильё, еда, сервис.
Утром Екатерина встала раньше всех, не готовила завтрак. Сварила себе кофе, выпила в тишине и ушла на работу, холодильник оставив пустым ночью она забрала остатки еды и отвезла к маме, живущей в соседнем доме.
День прошёл в суете, но в голове созрел план. Вечером вернулась домой не с продуктами, а с папкой.
Вера встретила её в прихожей, руки в боки:
Мы проснулись холодильник пустой! Яиц нет! Детям пришлось хлопья сухие есть! Как так вообще?
Из гостиной выглянул Илья, почесывая живот.
Да, хозяйка, что-то расслабилась. Мы весь день голодали. В магазин заходила?
Екатерина спокойно разулась, прошла в кухню, положила папку на стол и громко сказала:
Все на кухню. Разговор есть.
Вот, наконец-то, обрадовался Илья, потирая руки. Сейчас обсудим ужин! Я бы стейк съел, или курицу гриль.
Все расселись у стола (детям дали планшеты), Екатерина открыла папку:
Так. Вы живёте у нас двадцать три дня. За это время не купили продукты, не оплатили коммуналку и ни разу не помогли с уборкой.
Ой, началось опять! закатила глаза Вера. Ты куски считать начала? Мы же семья!
Именно потому, что семья, я терпела три недели, Екатерина достала таблицу расходов. Тут наши обычные траты на еду в месяц. А вот за последние три недели. В четыре с половиной раза больше!
Илья склонился к бумажкам, усмехнулся:
Ты чеки собирала? Ну и мелочная ты, Катя. Я в шоке. Серёжа, как терпишь?!
Сергей покраснел, но промолчал. Екатерина не дала ему заговорить:
Это не мелочность, а бухгалтерия. Тут всё: мясо, рыба, сыры, йогурты, фрукты, бытовая химия, электроэнергия и вода счётчики не обманешь.
К чему это всё? голос Веры стал визгливым.
К тому, Екатерина положила реквизиты своей карты что бесплатный пансионат закрывается. Я выставила вам счёт за три недели проживания и питания. Итог внизу.
Вера схватила листок, пробежалась глазами и ахнула. Он выпал из её рук.
Пятьдесят тысяч гривен?! За еду?! Мы что, в ресторане ели?!
Почти, кивнула Екатерина. Вы ели вырезку, дорогую колбасу и красную рыбу, готовить приходилось мне это ещё гуманно. Я не включила стоимость своих услуг повара и уборщицы, считайте это семейной скидкой.
Платить не буду! вскочил Илья. Это наглость! Сергей, ты что молчишь?! Твоя жена обчищает свою семью!
Сергей поднял глаза, посмотрел на злое лицо зятя, встревоженную сестру и на спокойную, хоть уставшую жену. Вспомнил, как Екатерина накануне плакала в ванной, включив воду, чтобы никто не слышал. Вспомнил пустой кошелёк и отсутствие зарплаты.
А что я должен сказать? тихо произнёс Сергей.
Сама обнаглела, визжала Вера. Мы же в гости приехали! Где это видно, чтобы с гостей деньги брали?!
Гости приезжают с тортом, пьют чай и вечером уезжают, вдруг твердо сказал Сергей. Или приезжают на пару дней. А вы живёте здесь месяц, за наш счёт и ещё недовольны гречкой.
В кухне повисла звенящая тишина. Вера смотрела на брата, словно у него выросла вторая голова.
Ты нас выгоняешь? выдохнула она.
Я не выгоняю, вмешалась Екатерина. Но условия меняются. Если хотите остаться платите пополам продукты, коммуналку. Готовим по очереди. Это справедливо. Этот счет оплатить до конца недели.
Да пошли вы! Илья пнул стул. Вера, собирайся! Нам такие родственнички не нужны!
Куда идти? В квартире ремонт! закричала Вера.
К маме поедем! рявкнул Илья. В тесноте, да без обид. А ноги не будет здесь больше!
Сборы заняли час. Шкафами хлопали, дети ныли, Илья матерился, Вера демонстративно жаловалась. Екатерина тихо сидела на кухне за чаем. Сергей носил сумки, молча.
Когда входная дверь наконец захлопнулась, в квартире наступила благословенная тишина.
Сергей вернулся, сел напротив Екатерины и закрыл лицо руками.
Как неловко глухо сказал он. Мама теперь звонить будет, ругаться
Пусть звонит, Екатерина накрыла ладонь Сергея своей. Мы ничего плохого не сделали. Просто защитили свой дом. Ты видел они сели нам на шею.
Видел, вздохнул он. Просто родня же.
Родня уважать должна. А это было паразитирование. Знаешь, я сегодня маме твоей звонила.
Сергей удивился.
Зачем?
О здоровье спросила. И случайно узнала: никакого ремонта у Веры нет.
Как нет? опешил он.
Они свою квартиру сдали строителям на два месяца за деньги! Решили, что поживут у «доброго брата», пока подзаработают. Мама проболталась думала, мы в курсе.
Лицо Сергея меняло цвет: от бледного к красному. Глаза расширились.
Сдали? Получали деньги, жили у нас, ели за наш счёт
И были недовольны гречкой, закончила Екатерина. Всё ещё стыдно?
Сергей помолчал минуту. Потом встал, открыл холодильник, посмотрел на пустые полки, рассмеялся.
Нет, не стыдно. Катя, прости. Ну я был идиотом.
Был, согласилась она, вставая. Но исправился, это главное. Пойдём в магазин купим сыр и вина.
И мясо, добавил Сергей. Только нам двоим.
Неделю спустя Вера позвонила. Не Екатерине, а Сергею. Жена слышала разговор, муж включил громкую связь.
…Серёжа, мы погорячились У мамы тесно, детям уроки неудобно делать, Илье не спать Может, мы вернёмся? Мы даже картошку и макароны купим
Сергей выключил воду, вытер руки, взглянул на жену, которая качала головой, и твёрдо сказал:
Нет, Вера. К маме так к маме. А у нас ремонт… моральный. Нет места.
Он нажал «отбой» и впервые за месяц почувствовал себя настоящим хозяином дома. Счёт Екатерины оплачивать они не стали, но спокойствие и тишина стоили куда дороже пятидесяти тысяч гривен. Этот жизненный урок усвоили оба: иногда, чтобы сохранить семью, нужно вовремя закрыть дверь перед родственниками.
Понравилась история ставьте лайк, подписывайтесь на канал и пишите комментарии!
