Обмен детьми: как сёстры натворили дел, за которые потом долго расплачивались
Бывает, одно нелепое решение, принятое впопыхах и на эмоциях, может перевернуть жизни сразу нескольких людей. Особенно если это касается детей — самого дорогого, что у нас есть. Так и вышло у двух сестёр — Ольги и Татьяны, которые с детства были не разлей вода. Они делили всё: игрушки, родительскую любовь, даже первую симпатию к мальчишкам. Всё шло как по маслу: школа, первые свидания, замужество. Казалось, их жизни — словно две копии одного сценария, только в разных квартирах.
Да и мужья у них оказались на одно лицо — Таня вышла за Алексея, Оля — за Дмитрия. Старые друзья, коллеги-дальнобойщики, вечно в рейсах, дома — редко. Но сестёр это устраивало — мужья зарабатывают, а они всегда рядом, поддерживают друг друга. Когда одна забеременела, вторая тут же «за компанию». Вместе ходили в женскую консультацию, вместе выбирали роддом. Обе — счастливые и немного взволнованные. Пол ребёнка решили не узнавать — пусть будет сюрприз.
Оля мечтала о дочке, Таня — о сыне. Но судьба подбросила сюрприз: у Оли родился мальчик, у Тани — девочка. И тогда Таня, будто шутя, бросила:
— Давай поменяемся? Ну серьёзно, ну вот ведь незадача — всё не так, как хотелось…
Оля фальшиво усмехнулась, но внутри ёкнуло. Шутка не показалась смешной. Однако Таня твердила об этом снова и снова — сначала в шутку, потом всё настойчивее. Говорила, что мечтала о сыне, что ей тяжело, что так будет лучше. И в один момент Оля сдалась. Ей вспомнилось, как Дима умилялся чужим дочкам на улице и вздыхал: «Хочу свою принцессу…»
Мужья ликовали. Цветы, шампанское, гости. Но Оля каждый раз чувствовала, как сердце сжимается, когда видела, как Дима нянчится не с её ребёнком. Сначала она заглушала чувство вины. Потом пыталась убедить себя, что всё правильно. В конце концов, дети — родные, кузены, ничего страшного. Но совесть не унималась.
Всё окончательно перевернулось, когда через три года Таня умерла. Болела долго, мучительно, и в итоге оставила своего «сына» — а на самом деле родного сына Оли — с отцом. Оля и Дима помогали Сашке, как могли. Потом у него появилась женщина — Елена. Тихая, приятная, казалось, надёжная. Даже мальчика, Артёма, приняла. Поначалу.
Но как только Елена родила своего ребёнка, всё изменилось. Артём стал для неё костью в горле. Унижала его, орала без причины, могла и подзатыльник дать. От Саши скрывала, но Оля всё видела. Её сердце разрывалось. Она больше не могла молчать, зная, что её сын живёт в аду, который она сама и устроила.
В один из вечеров, когда Елена опять орала на мальчишку, Оля не выдержала. Собрала Диму, Сашку и выложила всю правду. Каждое слово давалось с трудом, каждое — как нож в сердце. Дмитрий был в бешенстве. Сначала не верил, потом молча вышел. Оля рыдала — от страха, от вины, от осознания, что разрушила всё. Но через два дня Дима вернулся. Сказал, что хочет сделать ДНК. После теста — тишина. Потом — крепкие объятия.
— Всё исправим, — прошептал он.
Процесс усыновления шёл небыстро, но уверенно. Елена отказалась от Артёма — чужой ребёнок ей был не нужен. Девочка — дочь Тани, которую Оля растила как свою, — осталась с ней. Правду ей не говорили — зачем? Главное — любовь и забота, которые Оля дарила от всей души.
Прошло время. Оля до сих пор корила себя, но знала: признаться было правильно. Она спасла сына. Пусть поздно, пусть через боль, но успела. Ведь в жизни важно не то, где ты ошибся, а то, нашёл ли в себе силы всё исправить.
