Дневник Наташи
Сижу вечером на кухне, за окном стынет московский апрель, а я снова думаю: не жизнь у меня, а целая драма, да все больше из-за бездомного рыжего кота, которого когда-то десять лет назад Кира утащила домой. Балуем мы его, значит, а он сегодня весь день мается. Только попыталась пристроить его в переноску, чтобы везти к ветеринару, а он, как уж, вывернулся, бегом в коридор и в угол и давай выть, будто в последний раз. Смотрю на него и думаю: не понимает, что никто причинять зла не собирается. Для меня и Киры он почти член семьи.
Еще недавно мы с папой Киры Олегом это все обсуждали. Мол, работаю только на Кириного кота, шучу, конечно. А что делать? Привыкли к этому хвостику: мы все взрослые, а он все равно маленького требует внимания как ребенок.
Я часто вспоминаю тот первый день, когда он у нас появился. Кирка утащила его с улицы где-то в районе Ясенево. Был уже взрослым, но глаза такие доверчивые, словно никогда в жизни ничего плохого не видел. Мне самой не терпелось тогда его проверить, побежали с мамой моей Любовь Сергеевной в ближайшую ветклинику. Мама кота в одеяльце держит, сама чуть не плачет:
Помогите, спасите нашего бедолагу!
А ветеринарша посмотрела на нас с удивлением, даже фыркнула:
Много на себя берете, дескать, дворняжка обычная.
А мама мне после этого строго говорит: мало ли кто тебе что говорит, если сердце велит, надо до конца идти. Может, поэтому я такая выросла: могу чужого понять, а своих, родных не всегда. Мама человек суровый, одна меня растила, без мужа, бабушку и дедушку на себе тащила, на зарплату воспитателя в московском садике жила. Характер крепкий, но добрая она, даже с кошками и собаками всегда церемонилась, хотя собачек с детства остерегалась.
Помню, как всем во дворе давала отпор: никого не боялась ни соседей, ни родителей других детей, ни, тем более, чужих мужиков, которые сочли бы одинокую женщину легкой мишенью. Но умела и спокойно все решить, людей слышать всегда могла найти подходящий, какой-то особенный аргумент, и вот уже сам ее обидчик рассказывает ей душевное, делится бедами и сам за это спасибо говорит.
Вот только с близкими у нее получалось иное не складывалось, не умела с родней как с чужими. Так что, когда папа после свадьбы ушел, мама отшутилась мол, еще долго продержался. Отчасти обидно, но я уже тогда поняла: не все от меня зависит, а рожать Кирочку я решила, несмотря ни на какое давление. Внутри у меня тогда все ополчилось против маминой логики. А уж когда бабушка Валентина из Твери вдруг заявилась, строго пригладила платок и, едва переступила порог, говорит:
Рожай, доченька. Не бойся! Я помогу!
Дед у нас еще крепкий оставался, хозяйство с батей моим тянул, но бабушка тогда всех перехитрила: купила четырехкомнатную квартиру в старом фонде на Новослободской, на вырученные за участок под Тверью деньги. Там потом, когда затеяли ремонт, бабушка сама вела переговоры с подрядчиками и сбила цену так, что все рабочие диву давались.
В новом доме Кира появилась чуть раньше срока весной, прямо под Пасху, и с той поры у нас жизнь перевернулась. Мама моя всю душу в Кирочку вложила, даже собаку в доме завела спустя пару лет с тех пор перестала их бояться.
Ужиться всем вместе было трудно: каждый со своим мнением, мама всё норовила поучать порой до слез доходило, но я твердо решила: «Я буду другой мамой». Кира росла упрямой, но ласковой, хитрила, но без крика договаривалась, бабушку свою обожала. С коронной фразой: «Ты же самая красивая! Не ругайся, морщинки будут», оттаивала даже суровая моя мама.
Когда заболела бабушка Валентина, все держалось только на нашей сплоченности. Дед уехал к нам из деревни, Кира пошла во второй класс В тот самый сложный год она и притащила домой того самого лохматого Базиля.
Я помню тот вечер как сейчас: пропала Кира на обратном пути от школы, подняли на ноги весь дом. Слезы, страх, жду в прихожей а она врывается взъерошенная, в руках несчастный рыжий кот, весь дрожит.
Мама, он болеет! Помоги ему!
И мы побежали в круглосуточную клинику на Беляево. Там прием, уколы, длинный счет на кассе и я сама себе под нос: «Да за эти деньги можно породистого кота купить!» Но не отказаться же от своего.
Базиль оправился быстро: подлечили, сделали прививки, выписали лекарства. Дома мы мужски сели с калькулятором на кухню: все деньги ушли «на кота». До конца месяца не хватало на продукты, нужны были еще лекарства для бабушки и подарок Кире на день рождения.
А Кира вечером подходит, обнимает меня и так по-взрослому просит:
Мам, давай никакого подарка только пусть он останется с нами!
И остался Базиль, несмотря на скепсис и неудовольствие мужа. Кот быстро стал душой нашего дома, отлично поладил с бабушкой и дедом, даже умудрялся усаживаться мне на колени, когда я была совсем без сил после работы.
С той поры многое изменилось. После смерти бабушки, а потом деда, я решилась уйти из садика, пошла няней в семью на Патриарших, и впервые почувствовала: умею, нужна, востребована. С каждой семьей зарплата росла, доверяли меня из рук в руки. Наверное, если бы не этот неприметный котик, долго бы так не решилась кардинально менять жизнь.
Кира быстро повзрослела: колледж, первая любовь Дима; в дом его привела, а Базиль не полюбил. Кот наш дремучий, независимый гостей не жалует. Сначала даже смешно было наблюдать, как Дима сторонится лохматого чудика, а тот нарочно устраивает показательные атаки на его сумку или ботинки.
Свадьба скромная, по-студенчески, но радостная. Я-то думала, что у Киры с мужем все будет иначе, чем у меня. Но прошло время и к нам вернулись слова из моего прошлого. Дима все ворчал:
Что ты за хозяйка! Это не борщ, а какая-то жижа. И кот твой мне на голову не нужен!
А потом платье Кире купит, а за услуги ветеринара скандал устроит:
Ты с ума сошла?! За такого облезлого кота такие деньги платить? Лучше бы на отдых накопили!
Терпела Кира долго. Но однажды утром все изменилось. Встала, собрала документы, кота в переноску и только сказала:
Я жду ребенка. Но если для тебя кот чужой, то мне с тобой не по пути.
Дима только плечами пожал, хлопнул дверью и ушел. Молча, по-мужски.
Кира осталась в нашей квартире на Ясенево, а кот разобрался, что его не выгонят. И появился в доме еще один человек малышка Аленка, копия мамы в детстве. Самой Кире я сказала:
Обсуди имя с отцом девочки, это важно, пусть не лишается права быть папой.
Дима удивился Кириной зрелости, согласился помогать, и теперь у Аленки два дома, две кроватки и два зайца один на Ясенево, другой у папы на Мичуринском проспекте. Но главное, что любовь ей дается щедро и без остатка: Наталья, Валентина, Кира и даже Дима нашли способ остаться семьей ради этой улыбчивой девочки.
Порой думаю: вот ведь старая истина если в доме есть заботливая мать, котята у нее будут счастливы. Жизнь, конечно, тасует карты, но повод для счастья можно найти даже в рыжем комке, занявшем когда-то пустое место в доме.
А может, и мы каждое свое рыжее счастье находим со временем. Вот я теперь обнимаю внучку Аленку, шепчу ей: «Здравствуй, сокровище, я так тебя ждала» и думаю: за все испытания Бог дает то тепло, что в семье сберечь можем только мы сами.
