Ну что, Рыжий, пойдем, буркнул я, поправляя поводок, скрученный из старой бельевой веревки.
Я застегнул ватник до самого подбородка и поежился. Февраль в этом году выдался особо лютым снег с дождем, а ветер так и лез под одежду.
Рыжий обычная дворовая псина с поредевшей рыжей шерстью и бельмом на глазу появился у меня около года назад. Как-то возвращался я рано утром с ночной смены завода и увидел его возле контейнеров у подъезда. Пса кто-то изрядно поколотил, он был голодный, а на левом глазу бельмо.
Голос за спиной звякнул в ушах, как ложкой по чашке. Узнал я Серегу Кособокого, местного «главного», ему лет двадцать пять, не больше. Вечно при нем трое подростков, все из той же гоп-компании.
Гуляешь? бросил он, даже не удосужившись поздороваться.
Гуляю, коротко ответил я и опустил взгляд.
А ты, дядя, налоги на собаку-то заплатил? засмеялся один из малолеток. Ты глянь, что за урод: у пса же один глаз!
Кто-то из подростков кинул камень, попал Рыжему в бок. Тот взвизгнул и прижался ко мне плотнее.
Отстаньте, сказал я, в голосе прозвучала сталь.
Смотри-ка! Дядька вдруг заговорил! Серега подошел ближе. Не забыл, где находишься? Здесь только с моего разрешения гуляют, ясно?
Я напрягся, стиснул зубы. В армии учили быстро разбираться с такими ситуациями. Только теперь мне шестой десяток, а не двадцать лет я обычный уставший слесарь на заслуженном отдыхе, проблем мне не надо.
Пошли, Рыжий, я повернулся к дому.
Ну, правильно! крикнул Серега мне вслед. А в следующий раз своего урода не найдешь вообще!
Всю ночь спать не мог, опять и опять перебирая в голове, что случилось.
На следующий день морось и снег стали еще гуще. Я долго собирался с силами, но Рыжий уже сидел у двери и смотрел в упор пришлось уступить.
Ладно, быстренько и домой.
Мы обходили стороной дворы, где обычно ошивалась Сережкина компания. Но сегодня их нигде не было видно наверное, спрятались по подъездам от слякоти.
Я уже успокоился, но тут Рыжий замер возле заброшенной котельной и насторожился.
Ты чего, старина?
Пес заскулил и потянул к развалинам. Оттуда доносились странные звуки то ли стон, то ли чье-то всхлипывание.
Кто там? крикнул я.
В ответ тишина. Только ветер, завывал меж кирпичей.
Рыжий тянул так, что веревка резала ладонь. В его единственном глазу тревога.
Ну-ка, что там у тебя
Я присел, пригляделся и четко услышал детский голосок:
Помогите!
Сердце екнуло. Я отстегнул поводок и пошел за Рыжим.
За грудой битого кирпича, в сырой разрухе, лежит мальчишка лет двенадцати. Лицо разбито, губа рассечена, одежда вся тряпками.
Господи прошептал я и опустился рядом. Ты откуда здесь, парнишка?
Дядя Валера?.. Это вы? голос хриплый, слабый.
Я присмотрелся Андрей Шнейдер из пятого дома, сын соседки, Светланы Петровны. Паренек тихий, стеснительный.
Андрюха! Кто тебя так?
Серега с этими мальчик всхлипнул. Деньги с мамки вымогали, а я сказал, что в милицию пойду. Поймали меня и поколотили
Сколько ты здесь лежишь?
С утра холодно
Я снял ватник, накрыл пацана. Рыжий к нему прижался, стал греть своим телом.
Встать сможешь?
Не могу, кажется нога
Я осторожно потрогал ногу точно, перелом. Да и внутри неизвестно что.
Телефон у тебя есть?
Забрали.
Я достал свою старую «Моторолу» и вызвал скорую. Обещали приехать через полчаса.
Потерпи, парень. Врачи едут.
Если Серега узнает, что я выжил… в голосе у Андрея страх. Он же грозился добить…
Никто больше тебя не тронет, сказал я твердо.
Пацан удивленно посмотрел:
Дядь Валер, а ведь вы вчера сами от них ушли
Тогда дело было во мне и Рыжем, а сейчас
Я не стал договаривать, а что тут скажешь? Что когда-то давал присягу, обещал Родине слабых не бросать? Что бездомному псину спас не могу пацана на улице оставить?
Скорая приехала быстро. Андрея забрали в больницу, а я остался рядом с Рыжим у развалин, думал.
Уже вечером на пороге появилась Светлана Петровна слезы на глазах, руки дрожат, благодарит, чуть не упала на колени.
Валерий Иванович, говорит сквозь слезы, врачи сказали: если б еще час пролежал, не дай бог Вы сына мне спасли!
Это не я, я погладил Рыжего, это он нашел вашего Андрюшу.
Что делать? Светлана Петровна смотрит испуганно. Серега так просто не отступит. Участковый приходит доказательств нет, один ребенок показания дает не слушают
Все будет нормально, пообещал я, сам не зная как.
Всю ночь крутилось в голове как теперь Андрея защитить, как остальных детей уберечь?
С утра само собой решение пришло.
Я вытащил из шкафа старую армейскую форму, парадную, с орденами. Пристроил медали на лацканы. Глянул в зеркало солдат, пусть даже не молодой уже.
Рыжий, пойдем. Нам пора.
У магазина, как всегда, Серегина банда. Завидев меня, заржали.
О, дедушка на парад собрался! кричит щеголявый подросток. Смотрите, герой!
Серега ухмыльнулся, поднялся:
Ишь ты, генерал! Катись отсюда, твой век прошел.
Нет, только начинается, я подошел ближе.
Что надо, старый?
Родину служить, детей защищать.
Серега фыркнул.
Ты что, дед, совсем двинулся? Какая еще Родина?
Андрей Шнейдер. Знаешь?
Улыбка пропала с лица.
Че мне помнить всяких лохов?
Запомни, с этого дня это был последний ребенок, которого ты тронул.
Угрожаешь?
Нет. Предупреждаю.
Серега шагнул, в руке что-то блеснуло.
Сейчас ты поймешь, кто тут главный!
Я стоял ровно, ни на шаг не отступил.
Тут теперь закон главный.
Кто тебя назначил?
Совесть.
В этот момент Рыжий, тихий вроде бы, вдруг поднялся, ершом шерсть стал, заурчал.
А шавка твоя начал Серега.
Это не просто пес, перебил я. В Ахалте была на минно-розыскной службе. Она подонков чует с первого взгляда.
На самом деле был обычной дворовой, да говорил я убедительно. Даже Рыжий, кажется, поверил в это и встал, скалясь.
Двадцать бандюков вывела на чистую воду, в Афгане. А уж с одним наркоманом и подавно справится.
Серега попятился. Молчали и его «соратники».
Так что слушайте внимательно: теперь я каждый день прохожу все дворы, а Рыжий будет искать хулиганов. И тогда
Я не стал заканчивать. И так все поняли.
Думаешь, напугал? Серега взялся за старое. Я одним звонком…
Звони. Только помни: у меня связи покруче. Скольких я в СИЗО знал, скольким помог, скольких должников по жизни!
Тоже врал, но сказал так, что поверили.
Валера Афганец меня кличут, сказал я на прощанье. Запомни. Детей больше не трогай.
Повернулся и пошел прочь. Рыжий шагал рядом, хвост трубой.
Тишина повисла за спиной.
Прошло три дня Серега пропал с компанией. На районе спокойней стало.
Я и вправду начал обходить дворы каждый день. Рыжий деловой, серьезный, рядом.
Андрей через неделю выписался. Хромал, но держался молодцом. Сразу ко мне:
Дядя Валера, а можно я с вами по району буду ходить? спрашивает.
Можно. Но с мамой посоветуйся.
Светлана Петровна только обрадовалась сын пример нашел.
Теперь каждый вечер по району я, в военной форме, Андрей и Рыжий.
Дворовые ребята Рыжего полюбили. Даже мамы гладить разрешали. Говорят особенный какой-то, умный да гордый.
Я пацанам рассказывал про армию, про дружбу, про то, что трусить стыдно. Слушали, рты раскрыли.
Однажды Андрей спросил:
Дядя Валер, а вы когда-нибудь боялись?
Конечно, честно сказал я. Сейчас бывает.
Чего?
Что не успею кому-то помочь.
Андрей погладил Рыжего:
Я вырасту, буду вам помогать. И у меня будет пес тоже защитник.
Будет, обязательно.
Рыжий хвостом вильнул.
А на районе про нас уже все знали «это Рыжий из компании Валеры Афганца отличает своих от чужих».
И Рыжий служил честно и гордо не простой больше пес, а настоящий защитник.
Рыжик – сторож двора: как ветеран Афгана и его верный пес сразились с уличной бандой, спасли мальчик…
