30 января, 2025г. Дневник.
Сегодня исполняется семьдесят лет со дня рождения. Я, Алексей Иванович Петров, уже давно одинок: жена Мария ушла из жизни тридцать лет назад, а я не смог найти новую спутницу. Слишком много причин можно назвать, но в итоге всё свелось к тому, что времени на поиски просто не хватало.
Два сына Дмитрий и Сергей в молодости постоянно ссорились и устраивали драки. Я менял им школы, пока один из учителей физики, профессор Петров, не заметил в них скрытый талант. С того момента все конфликты исчезли, а ребята стали отличниками.
Дочь, Василиса, была более замкнутой. Ей тяжело было найти общий язык со сверстниками, и школьный психолог уже хотел отправить её к психиатру. Но в наш класс пришёл новый учитель литературы, г-жа Смирнова, и открыл кружок юных писателей. С тех пор Василиса писала без устали, её рассказы сначала публиковали в школьной газете, а потом в местных литературных клубах.
В итоге Дмитрий и Сергей получили стипендии в Московском государственном университете на факультет физикоматематических наук, а Василиса поступила в СанктПетербургскую академию искусств. Оставшись без детей, я ощутил глухую тишину, будто даже волк бы завывал в пустыне.
Я занялся рыбалкой, уходом за огородом и разведением свиней. Наш дом на берегу реки Оки, с обширным участком, позволил мне заработать достойно. Оказалось, что инженер завода в Челябинске получает меньше, чем я, поэтому я смог поддержать детей: купить им недорогие автомобили, подкинуть на карманные нужды и обеспечить приличную одежду. Но время ушло почти полностью на хозяйство и торговлю, и мне стало тесно в собственных стенах.
Прошло ещё десять лет, и приближался мой семидесятой юбилей. Я планировал отметить его в одиночестве. Дети уже давно создали свои семьи и работали над секретным проектом для Министерства обороны, поэтому не могли появиться в выходные. Василиса постоянно путешествовала по литературным фестивалям. Я решил, что не буду их тревожить.
Как-нибудь сам, бормотал я. Нечего праздновать, один я Позвоню себе в сад, достану бутылку коньяка, вспомню Марию и расскажу ей, какими выросли дети.
Утром, когда я уже проверял свиней, вышел на освещённую звёздами поляну перед домом и наткнулся на странный, продолговатый предмет, завернутый в брезент.
Что это такое? удивился я, и тут же вспыхнули мощные прожекторы. На поляну вышли Дмитрий с женами и внуками, а рядом стояла Василиса в компании высокого мужчины в очках с толстыми линзами. Все держали в руках шарики, дудили в трубочки и нажимали на кнопки воздушных пистолетов, громко крича и маша руками:
С днём рождения, папа!
Я почти забыл про покрытый брезентом предмет, ведь ребята не пустили меня обратно в дом, где жёны уже накрывали стол.
Стой, папа, сказала Василиса, протягивая тканевую повязку. Позволь, я завяжу тебе глаза.
Хорошо, кивнул я. Она натянула плотную ткань на мой затылок, крутила меня, пока я не оказался у чегото.
Что вы там задумали? спросил я.
Подарок, ответил Дмитрий, показывая подарочную корзину.
Дешёвый? волновался я. Мне ничего не нужно.
Не переживай, папа, успокоил меня Сергей. Простой знак внимания и благодарности.
Василиса сорвала повязку, и из динамиков заглушила всё музыка, грохот барабанов. Дети толкали брезент, пока он не расстался, обнажая покрытый тканью предмет. В ярком свете прожекторов засветился старый советский «ГАЗ21». Я чуть не упал от изумления, но меня поддержали и посадили на стул.
О, Боже мой! повторял я.
Папа, успокойся, шипела Василиса, обливая меня водой. Ты всю жизнь мечтал об этом автомобиле.
Но ведь он бесценен, простонал я.
Не дороже рубля, сказал Дмитрий.
Садись, добавила Василиса. Мы хотим сделать фотографии.
Я открыл дверь, но внутри стояла картонная коробка.
Что там? спросил я.
Открой, подала мне дочь.
Внутри лежали два глазка, из которых выглянуло маленькое пушистое существо. Я вынул крошечного тайского котёнка и прижал его к груди:
Настоящий тайский котёнок! Как тот, что был у нас с Марией. Помните, Бомка? Вы, будучи совсем детьми, так его любили…
Помним, папа, согласились дети.
Я не сел в «ГАЗ», а поднялся на второй этаж, где в своей комнате показал котёнку старую фотографию Марии. Слёзы текли по щекам.
Видишь, Мария? шептал я ей. Мы всё сделали, они не забыли
Дети не оставили меня в одиночестве. Стол внизу был накрыт, начались тосты. Василиса прошептала мне на ухо, что уже на четвёртом месяце беременности, её жених будет уехать в Новгород, а через пару недель они планируют свадьбу в нашей городской церкви.
Ты не против, папа? спросила она.
Это как будто волшебный сон, ответил я, поцеловав её в лоб.
Вечер прошёл в разговорах, воспоминаниях, лёгком алкоголе. Поздно ночью я отправился к могиле Марии, долго сидел и говорил с ней, как будто она всё ещё рядом.
Жизнь обрела новый смысл: и «ГАЗ», и возможность купить себе новую одежду, и поездка в соседний большой город. На кровати спал маленький тайский котёнок.
Томка, назвал я его, повторяя: Томка.
Томка замурлыкал и растянулся, пока я, поглаживая его тёплое тело, не уснул.
Утром снова пришлось встать рано: кормить свиней, ухаживать за огородом, идти на рыбалку. Внизу спали Василиса с женихом. После того как мальчики с семьями уехали, наступила тишина, а Томка следовал за мной, запутался в кормушке для свиней и в сетях на лодке, пытаясь съесть прикормку для рыбы. Я смеялся и разговаривал с ним:
Как будто вновь юность вернулась, говорил я, гладя его спинку.
Томка мяукнул, ухватившись лапками за мою руку, и впился крошечными зубками.
Ах ты, проказник! рассмеялся я.
Этот рассказ лишь напоминание тем, кто всё ещё может посетить своих родителей:
Не откладывайте радость на завтрашний день. Поезжайте к тем, кого любите, пока есть силы.
Вывод: каждому из нас дан шанс увидеть, как маленькие сюрпризы могут вернуть смысл даже в старую, но всё ещё живую жизнь.
