Самое трудное в жизни с щенком – совсем не то, что обычно думают люди. Это не прогулки под проливным дождём или в лютый мороз, не то, что выходишь на улицу, когда не выспался или на душе тревожно. Это не то, что приходится отказываться от поездок и вечеринок, потому что “приходи, но без него”. Это не шерсть на простынях, одежде и даже в тарелке. Это не мытьё полов снова и снова, зная, что через полчаса всё повторится. Это не счета у ветеринара и не страх что-то упустить. Это не потеря доли свободы, потому что свобода теперь “мы”. Это не то, что твоё сердце теперь не только твоё… Всё это — любовь. Всё это — жизнь. Всё это — твой выбор. Самое трудное приходит медленно — как ломота в костях, когда меняется погода. Как городской холод, который сначала не ощущается, а потом проникает до самой сути. Однажды ты просто понимаешь: Он уже не может, как раньше. Пытается… но не может. Он бежит тебе навстречу, как всегда… но уже не так. Его глаза по-прежнему смотрят на тебя, но в них появляется усталая грустинка: “Я здесь, но с каждым днём мне всё тяжелее”. И ты помнишь, каким он был. И видишь, каким он стал — полностью своим, доверившимся тебе до конца. Он всегда верил: что ты будешь рядом, поможешь, спасёшь. И ты спасал. Но теперь ты не можешь спасти его от старости. Самое болезненное — знать, что для тебя он был утешением… А ты для него был ВСЕМ: всем его миром, всем его небом, всей его надеждой. А ты не готов. Ты не готов отпустить. Не готов видеть, как гаснет тот, кто научил тебя любить без меры. А потом приходит тишина. Глухая тишина. Пустое место на подушке. Миска, которую уже никто не оближет. Сердце в осколках. И снова выходишь на улицу. Но уже без него. И ловишь себя на том, что говоришь в пустоту: “Пошли, дружочек…” Но если бы можно было повернуть время вспять… Я бы выбрал его снова. Я бы выбрал всё: усталость, печаль, отдачу. Потому что эта любовь — настоящая. Завести собаку — значит впустить в жизнь огонь. Огонь, который будет греть всегда, даже когда его уже не станет. Потому что у собаки есть только одна миссия в этом мире

Самое трудное в жизни с щенком вовсе не то, о чём обычно думают люди.
Это не прогулки в ливень, не в мороз, не тогда, когда спал только час, или когда на душе кошки скребут.
Это не отменённые поездки и не отказы друзьям, которые строго: «Приходи, но без него!»
Это не шерсть на простынях, в супе и на самом неожиданном месте в твоих любимых джинсах.
Это даже не мытье полов по десять раз на дню зная, что через минут двадцать всё будет как прежде.
Это не счет в ветеринарной клинике, который будто ипотека,
и не тревога: а вдруг что-то пропустил?
И не то, что свобода теперь на двоих, и «я» давно стало «мы».
Нет, и не в том, что сердце уже не только твоё

Всё это любовь.
Всё это сама жизнь.
Всё это ты выбрал сам.

А самое трудное подкрадывается незаметно как ломота в костях на перемену погоды, или как питерский дождь: вроде бы вышел на улицу, а уже мокрый до нитки.
Однажды вдруг понимаешь:
он уже не может, как раньше.
Старается но не может.

Мчит к тебе, как обычно но уже не так быстро.
Смотрит, как всегда только в глазах у него появляется усталый свет:
«Я здесь, но мне с каждым днём чуть тяжелее».

Помнишь, каким он был задорным крошкой.
Смотришь а вот он теперь, твой до последней капли доверия.

Он всегда верил тебе:
что ты рядом,
что поможешь,
что никогда не предашь.

И ты оправдал его веру.

Но от времени ты его не убережёшь.

Самое больное осознать: для тебя он был утешением
а ты для него ВСЕМ:
целой жизнью,
всем небом,
всей надеждой.

А ты ты ведь не готов.
Не готов отпускать.
Не готов смотреть, как гаснет тот, кто научил любить без остатка.

Потом наступает тишина.
Такая глухая тишина.
Пустое место на подушке.
Миска, которую больше никто не вылижет до блеска.
И сердце крошкой на крошке.

И ты снова выходишь на улицу.
Но уже без него.

И ловишь себя на том, что в воздух бросаешь:
«Ну что, моя девочка»

Но если бы можно было повернуть время назад
Я бы выбрал всё то же.
И усталость, и заботы, и слёзы.

Потому что эта любовь настоящая.

Жить с собакой значит пустить в дом тепло.
Огонёк, который будет греть даже тогда, когда его больше нет рядом.

Потому что у собаки на этой земле ровно одно предназначение
отдать тебе своё сердце.