Сегодня мне тридцать три, но до сих пор с отчаянием и стыдом вспоминаю то, что сделала в восемнадцать, почти в девятнадцать лет.
Я тогда училась в университете, и моя жизнь казалась устроенной.
Мы не были богатыми, но и лишений не знали.
Мама преподавала математику в школе, папа был стоматологом.
Дома всегда царили порядок и спокойствие, в холодильнике было что поесть, всё шло своим чередом.
У нас была женщина, которая помогала с уборкой, так что от меня требовалось лишь учиться и держать свою комнату в порядке.
С детства мне повторяли: моя задача иметь хорошие оценки и не доставлять хлопот.
В университете у меня был молодой человек уже больше года.
Его звали Владислав, он был спокойным, воспитанным, из похожей на нашу семьи.
Учился прилежно, родителям он нравился.
Мы ходили в кино, гуляли на Андреевском спуске, ели мороженое в парках Киева.
Всё было размеренно, ожидаемо, без бурь и скандалов.
Я тогда не понимала, что это удача, что жизнь моя привилегия.
На дне рождения однокурсницы всё изменилось.
Там я впервые увидела другого Артёма.
Громкий смех, куртка из кожзаменителя, он приехал на мотоцикле, не учился, а работал механиком на станции.
С первой минуты тот вечер он стал искать со мной встреч, ждал меня у университета, писал сообщения: «Ты слишком интересная, чтобы встречаться с таким тихоней».
Я стала тайно встречаться с ним.
Лгала Владу, родителям, друзьям.
С Артёмом было совсем иначе: шумные поездки по ночному городу, пиво на скамеечках, громкая музыка и чувство бунта.
Всё казалось не реальностью, а фильмом.
Через несколько месяцев он предложил мне жить вместе.
Я не смогла решиться расстаться с Владом, потому что не умела так резко менять жизнь, но всё же согласилась уйти из дома.
Вечером я собрала вещи, пока никто не видел, оставила маме записку и ушла.
Переехала в дом Артёма маленький частный домик на окраине.
Тут началась настоящая жизнь.
Дом тесный, вечно не убранный, сырой.
Вставала не чтобы к занятиям собираться, а чтобы успеть приготовить завтрак, навести порядок, вымыть полы, часто на руках стирать одежду и убирать ванную.
Я ничего не умела готовить, кроме гречки и жареных котлет.
Мать Артёма смотрела на меня косо: еда то пресная, то каша подгорела.
Отец его ворчал по мелочам.
Я пряталась в санузле, рыдала, чувствовала себя ничтожной.
На транспорт и учёбу денег не осталось пришлось бросить университет.
Артём стал другим.
В мастерской пил пиво каждый рабочий день «жара, чего ты хочешь», на выходных пропадал с друзьями.
Возвращался подвыпив, кричал, возмущался, почему ужин не готов или пол не блестит.
Ругал меня, называл избалованной, говорил, что мои родители сделали из меня бестолковую беспомощную девушку.
Я чувствовала себя загнанной в угол.
Денег нет, образования нет, даже друзей рядом не осталось.
Шли дни.
Я мечтала о прошлой жизни: чистая комната, своё мягкое постельное бельё, лекции, забота мамы: «Ты поела?» Как отец забирал меня на машине после занятий.
Думала даже о Владе насколько он был тихий, насколько берёг меня.
Как я могла всё это променять?
Однажды решилась.
Ничего никому не сказала.
Артём и его мать попросили сходить в недорогой магазин за продуктами дорога полчаса пешком.
Я вышла с пустой авоськой, прошла мимо нужных улиц, затем села на автобус в сторону родительского дома.
Дорога тянулась вечностью всё тело дрожало от страха и неизвестности.
Мама открыла дверь и застыла, не в силах произнести ни слова.
Потом разрыдалась.
Я тоже плакала.
Почти десять месяцев не было от меня ни одной весточки.
Папа вышел, молча обнял.
Ночью я спала в своей комнате чистой, спокойной, без крика и угроз, без страха.
Я не смогла вернуть Влада он уже жил своей жизнью.
Но родители были рядом.
Я восстановилась в университете, снова начала учиться.
И мне пришлось признать горько, с болью до всех этих событий я была вполне счастлива.
Мой дом не был скучным, он был просто безопасным и стабильным.
Я сама не сумела разглядеть своё счастье, пока не оказалась по другую сторону.
