Ссора
Светлана, я прощаю тебя! Вся наша ссора была пустой Перестань дуться уже! Мы ведь не девчонки, пора головой думать! с низкой настойчивостью произнесла Елизавета Семёновна, набирая номер сестры впервые за долгие годы. Время взрослеть, Света! Сколько можно
Вы, наверное, ошиблись номером Я не Светлана, простите.
Голос был явно чужой молодой, но приятный, с лёгким волнением в интонации.
Елизавета Семёновна растерялась с ней подобное бывало крайне редко.
Девушка, вы кто? Откуда у вас номер моей сестры?!
Это мой номер, уже больше года. Простите, но я не знаю ни вас, ни вашу Светлану. Всего доброго!
Елизавета Семёновна долго не могла собраться с мыслями. Когда пришла в себя, услышала в трубке короткие гудки и вдруг стало страшно
Она поспешила надеть очки, раскрыла старую потёртую синюю телефонную книжку, где аккуратно почерком сестры был записан нужный номер. Эту книжку Светлана когда-то подарила, зная, что Елизавета любит такие вещи, но сама посчитала бы трату бесполезной. Иногда сестра радовала её подобными штучками: то шарфик новый, то красивую заколку, принесёт ручку необычную Мелочь, а приятно. Сама Елизавета, наоборот, если уж дарила так нечто солидное, чтобы все поняли, как она любит сестру.
Теперь она снова набрала номер, на этот раз вручную. Ответ был прежний, голос молодой женщины звучал всё так же мелодично и отстранённо.
Простите, но я уже сказала: это мой номер, в голосе послышалось явное раздражение. Пожалуйста, не звоните мне я сейчас на работе, веду урок.
Подождите! испугалась Елизавета, что её снова сбросят. Скажите, когда вам перезвонить? Это очень важно!
Через полчаса. Будет перемена.
Откладывая телефон, Елизавета Семёновна не находила себе места. Почему же Светлана поменяла номер? Почему не сказала ей?! Да, была между ними ссора, но не до такой же степени
Как была непутёвой, так и осталась, Светка бормотала она, в сотый раз вытирая кухонный стол и посматривая на ходики.
Она и минуты не могла быть без дела всегда в движении, с детства. Близкие нередко обижались на её прямо́ту и категоричность, но по-другому Елизавета не умела. Она-то считала: если права значит, права!
А Светлана была иной: мягкой, задумчивой, немного медлительной. Пока каша остывала, пока умоется перед школой, вечно опаздывала Елизавета формы сестре гладит, банты завязывает, а Света всё в облаках витает, стоит с зубной щёткой перед зеркалом, по стеклу пальцем водит.
Света, ты что там делаешь?
Думаю
Ой, брось дурить! Опоздаем! раздражалась Елизавета. Хватит думать, торопись!
И всегда так: пока Светлана добирается Елизавета уже везде успела, побывала, обратно вернулась и сестру «строит»:
Что за черепаха ты, Света? Словно жизни в тебе нет, еле шевелишься! Разве так можно?
Светлану эти укоры скорее забавляли, чем ранили. Она терпеливо смотрела на сестру и даже улыбалась:
Лизонька, так ведь всем разными быть дано ты у нас быстрая, гордая. А я так Я по-своему, не спешу. Зато замечаю то, что у тебя мимо пролетает.
Вот пока не поторопишь вся жизнь пройдёт, а ты «не спеша»! вздыхала Елизавета.
Светлана не держала обид. Она принимала сестру такой, какая есть, надеялась, что когда-нибудь Елизавета поймёт главное.
«Как унять вулкан?» рассуждала Светлана, только морем. Так и в человеке: есть внутренний огонь, а когда любовь придёт стихия успокоится
Но у Елизаветы и любовь вихрь огненный. Что ни коснётся всё сгорает: ни терпения, ни покоя. Четырежды выходила замуж, трижды расставалась.
Не сошлись характерами, каждый раз строга формулировала она.
Четвёртый муж задержался подольше, три года но и с ним не удержалась, ушла с маленькой дочкой на руках, не видя впереди ничего, кроме усталости и разочарования.
Ну что за мужики пошли, Света! бушевала у сестры на кухне. Семья не нужна, дети обуза. Вот ты с Вовой живёшь, и не тоскуешь?
Муж Светланы, Владимир, только чай гостье поставил, племяшку на руки взял:
Поболтайте, я Вареньку уложу.
Сонная Варя уже под столом клевала носом, а её маме всё было не до неё.
Сколько можно всё сначала начинать? хлопнула себя по лбу Елизавета.
Лиза, может, пора стать мягче? Чего ты всё споришь, борешься? Жизнь пролетает Варя вырастет, уедет, замуж выйдет ты останешься одна, ты себя пожалей
Ох уж ты, Светка, махала рукой Елизавета, ну целая ты клуша! Неужели дело только в мягкости?
А в чём тогда?
Верить нельзя никому! Все предают
Даже я?
Даже ты! Говоришь, что Вову любишь, а детей не заводишь! Где твоя любовь?!
Светлана не сразу ответила. Встала, поправила чайник, смахнула тихо слёзы и едва слышно сказала:
Не в желании дело, Лиза. Я хочу детей Да не могу.
Елизавета обняла сестру, пообещала лучшую клинику, лучших врачей. Но не всегда возможно, даже если очень хочется, даже если настойчив: судьба распоряжается по-своему
Своих детей Светлана не родила, но сына и дочку всё же обрела детей двоюродного брата мужа, которых взяли в семью после беды. С каждым, кто вякнул бы «чужие», Светлана рассорилась навсегда даже с любимой сестрой.
Не нужны тебе чужие, Светка! Будут свои!
Лиза, мне сорок будет или не будет, а детей жалко. Куда им?
Пусть берут, кому хочется!
Мне хочется! выплеснула Светлана.
Вот упрямица несносная, махнула рукой Елизавета, ну и живи! Помощи не проси, ко мне не приходи!
Светлана обиделась, но, как всегда, не ругалась словно прощала ещё до слов.
Они разошлись. Елизавета не звонила больше, дочери строго запретила встречаться с тётей. Но Варя не слушалась: иногда убегала к Светлане, благо жили неподалёку.
Потом Владимиру предложили работу на Севере Украины, семья переехала в Харьков. Светлана оставила Варе адрес, просила всегда обращаться, если будет нужно. На вокзале обняла племянницу:
Варечка, родня это главное. Мы всегда с тобой, если беда. Мамку свою береги характер у неё непростой, кроме нас ей опереться не на кого
Варя держалась как могла, но сильно скучала по тёте. Когда отправилась замуж, Елизавета не приняла её избранника:
Кто этот доходяга?! И зачем тебе такой?! Не нашёлся получше? накинулась она, увидев жениха в очках.
Варя не спорила, ушла, не слушая; слёзы катились по щекам, но решение было твёрдым: переехать к тёте в Харьков, где мужа ждали хорошие перспективы.
Света всё поймёт утирала слёзы Варя.
Дима, образованный парень, поддержал любимую. Родителей у него не было, вся жизнь сосредоточилась вокруг Вари. Он готов был работать в любом месте, но главное, чтобы она не плакала
Так Варя и Дима начали новую жизнь. Светлана, узнав о ссоре, пыталась объясниться с сестрой, но Елизавета только кричала:
К тебе сбежали?! Не звони! Не хочу знать вас! не сдерживала эмоций Елизавета.
Лиза, хватит ломать! Подумай, что делаешь! Родная дочь от тебя ушла хорошо, что есть к кому пойти А если бы меня не было? Материнское сердце не для осуждения, а для поддержки! строго сказала Светлана.
Елизавета не ответила и замкнулась в себе. Даже приглашение на свадьбу порвала, с сестрой и дочерью контактов не поддерживала, фотографии не смотрела, говорила себе: «переживут».
Шло время, пока Варя ждала второго сына, молодая семья справляла новоселье. Дима много работал вместе с Владимиром, стал уверенным, крепким не узнать прежнего застенчивого юношу. Светлана души не чаяла в «приёмных» внуках, помогала как могла.
Ай, Дима, молодец! хвалил его дядя Вова. Всё-то у тебя получается!
Было бы желание, дядя Вова. Книги да интернет всему научат, улыбался Дима.
Светлана как могла утешала Варю, ведь та всё пыталась помириться с матерью, но Елизавета трубку брать не хотела.
Не плачь, Варенька, прижимала тётя племянницу. Мама поймёт, всему своё время.
Елизавета же не желала уступать, построила в своей душе глухую стену: «Вот придут, попросят тогда и посмотрю, простить или нет»
Но рок оказался неумолим. Однажды, встречая Новый год снова одна, Елизавета решилась позвонить и услышала чужой голос.
Позже, в назначенное время, она снова набрала номер.
Слушаю вас.
Как у вас оказался этот номер? перешла Елизавета к строгости.
Купила новую сим-карту год назад, спокойно ответила девушка.
А моя сестра где? Вы можете что-то узнать? Я всё оплачу
После долгой паузы девушка согласилась бесплатно. Получив адрес, пообещала разузнать.
Ответ пришёл тяжёлый: вашей сестры больше нет. Ушла полтора года назад, долго болела Муж ждёт встречи, если хотите приехать. И ваша дочь ждёт вас, и внуки. Это Светлана передала «не дури, Лиза, всё твоё здесь, пора взрослеть, тебя здесь любят»
Всё? выдохнула Елизавета глухо.
Да.
Спасибо
Не за что. Приезжайте, у вас прекрасная семья и очень хорошие внуки.
Гудки, слёзы, боль и невозможность что-то вернуть. Елизавета долго не могла себя простить, что поставила свою правоту выше любви, которая у неё была, но которой не умела дорожить.
Она почти всю ночь плакала, потом решилась и набрала тот самый номер.
Варюша
Мама! Приезжай Мы ждём!
Дочка, я
Не надо слов, просто приезжай! Мы обязательно тебя встретим!
В голосе дочери слышалась решительность, мягкость тётки и ещё что-то новое и чистое, чего так недоставало Елизавете все эти годы.
Это была настоящая любовь. Без условий, упрёков или обид. Та самая, которую так хорошо понимала Светлана и которую, возможно, только теперь Елизавета сумеет по-настоящему понять и принять.
И если в этой жизни есть что-то важнее гордости, правоты и привычки быть сильной это умение любить и отпускать обиды вовремя. А семья вот что остаётся главным.
Потому что в конце пути важны не победы, а те, кто остаётся рядом, несмотря ни на что.
