Семья важнее всего
Я не шучу, Оксана, я действительно собираюсь отдать Алене половину всего, что мы вместе заработали, Андрей стоял у огромного окна киевской квартиры, вглядываясь в раскидистые каштаны на Печерске, чьи листья заколыхались под утренним ветром. Так будет правильно.
Ты совсем что ли спятил?! резко выкрикнула Вика, так грозно хлопнув по стеклянному столу, что фарфоровая чашка с кофе чуть не опрокинулась. Как ты можешь? Я для тебя старалась, терпела все эти вечера, финансистов твоих слушала, а ты… Она же тебя просто обирает! Ты не видишь, как ей хочется урвать побольше? В глазах у нее одна гривна мерещится ничего святого!
Андрей скривился, стиснув зубы. Давление новой подруги стало для него тяжелым испытанием. Он сам себе казался чужим неужели ошибся с выбором? Прошёлся рукой по коротко стриженным волосам, словно получая еще одну волну усталости.
Вика… Послушай, он подошёл ближе, опустился на диван напротив и поймал ее взгляд пытался разглядеть хоть крупицу понимания. Алена мать моих детей. Я не могу просто вычеркнуть ее из нашей жизни. Мы расстались без скандалов. Она не требует лишнего, ей нужна уверенность для детей чтобы у Саши и Насти было всё необходимое, чтобы они не чувствовали себя выброшенными из семьи…
Уверенность? презрительно фыркнула Вика, откинулась назад и нервно забарабанила своими багряными ногтями по стеклу стола. Она что, квартиру на Крещатике и новенький внедорожник считает уверенностью? Она тебя использует, Андрей! Для нее ты просто толстый счет в «ПриватБанке», неужели не ясно?
Андрей сжал виски, почувствовав, как они ноют под натиском очередного скандала. Внутри бушевал шторм. Он тысячу раз обдумывал каждую деталь: развод с Аленой дался дорого почти физическая боль. Да, на словах причина была непреодолимые разногласия, но сердце точно знало: всему виной Вика. Она ворвалась, будто киевский ураган молодая, уверенная, красивая, перевернула его устоявшийся мир.
Сначала Андрей даже не глядел на нее был образцовый муж, работал не покладая рук, по выходным водил детей в Ботанический сад. Алена не работала так Андрей хотел. Будь счастлива, занимайся только Сашей и Настей. Хочу, чтобы у тебя было самое лучшее, он помнил, как она тогда смотрела на него с любовью. Сейчас только тень той нежности, усталое лицо, погасший взгляд.
Вика же смотрела на него как на билет в красивую жизнь ресторан на Подоле, новый Мерседес, счета с внушительными суммами в гривне. Она действовала уверенно ключ к его сердцу подбирала долго, терпеливо, как опытный охотник. А когда в отношениях с Аленой пошли трещины накопленные ссоры, усталость Вика оказалась рядом. Слова поддержки, горячий латте, вечное внимание.
Может, я и правда много жду от Алены? Может, нам двоим нужна перезагрузка? думал Андрей. Но судьба распорядилась иначе вот он, на вершине отчаяния.
Слушай, а может, нам детей к себе забрать? вдруг предложила Вика, наклоняясь вперед, в глазах азарт, голос победный. Представь: мы большая семья. Я буду им настоящей мамой, будем гулять в парке Шевченко, кататься на велосипедах, пикники на Трухановом
Он смотрел пристально, слишком хорошо зная эту фальшивую нотку за симпатичным голосом. Представил, как Вика раздражается, если Настя попросит поиграть, как она морщит нос, слыша их смех.
Ты готова к этому? каждое слово было как плита. К взлетам среди ночи за жаропонижающим, к помощи с английским, к часам в музыкальной школе? Или тебе просто статус жена бизнесмена и мама подавай для красивых сторис в Инстаграме?
Вика сникла, машинально поправила прядь волос, в её глазах на секунду что-то испуганно сверкнуло.
Ну… может, и не сразу, натужно выдавила она, явно не веря в своё готова.
Им нужно не время, а стабильность. Здесь. Сейчас. Я отец, и у меня перед ними долг, Андрей проговорил тихо, горько. Я обещал их защищать и не отступлю.
В этот момент звонок Викиного телефона вывел их из мутного диалога на экране высветилось незнакомое имя. Вика побледнела, нервно приняла вызов.
***
На следующее утро Алена, как обычно, сидела в кофейне на Лукьяновке. Она почти допила свой капучино, листала Река памяти Костенко, погружаясь в воспоминания, когда на стол легла тень.
Ты собираешься долго держаться за моего мужчину? с вызовом бросила девушка, заставив Алену вздрогнуть.
Молча подняла брови: перед ней молодая, эффектная, яркий макияж, ультрамодный наряд, туфли на шпильке щёлкают по полу. Дизайнерская сумка. Лицо недоброе, почти злое.
Вашего? Простите, но не понимаю о чем речь, спокойно ответила Алена, хотя прекрасно догадалась, кто перед ней.
Не прикидывайся! Я про Андрея! Он мой. Ты и так забираешь слишком много тебе мало квартиры, машины, алиментов? Хочешь оставить его с нищим кошельком?!
Алена смотрела прямо холодно, сухо. Вика нервно сжимала сумку, пальцы ее подрагивали.
Во-первых, чётко произнесла Алена, Андрей не вещь, чтобы принадлежать кому-то. Его решения только его. Во-вторых, я прошу лишь то, что положено по закону Украины для детей. Не для себя. В-третьих пауза, и в глазах читается сила, а вы уверены, что он выберет вас, когда правда встанет между вами?
Вика растерялась:
Ты что этим хочешь сказать?
Всё просто, чуть улыбнулась Алена, с легким сочувствием. Андрей человек принципа. Он может ошибиться, но, когда речь о семье… Он всегда выберет своих детей и тех, кто был рядом по-настоящему.
В лице Вики вспыхнула злость, на секунду показалось, что вот-вот набросится. Но, сжав губы, она резко развернулась и выскользнула прочь каблуки отстукивали по асфальту напористо, нервно.
Алена смотрела ей вслед, махнула рукой: Сколько еще ловушек мне жизнь подбросит? Неужели Андрей настолько ослеп, что ведется на эту пустоту? С надеждой посмотрела на небо может, еще можно все вернуть?
***
Через неделю в двери Алениной квартиры раздался уверенный звонок. Открыла, привычно держа эмоции в узде.
На пороге женщина с папкой, аккуратная, деловая.
Я по поводу проверки, холодно представилась. Поступила жалоба: вы оставляете детей одних надолго.
Алена внутренне напряглась. Вика, конечно! Но голос стальной:
Будьте добры, предъявите удостоверение полностью. Я не обязана пускать кого угодно в дом к своим детям и полиции не постесняюсь вызвать.
Женщина вздрогнула, замялась. Показала документы нехотя, но на миг её взгляд потух рассчитывала на робость.
Когда проверяющая ушла, Алена тяжело опустилась на стул. Теперь сомнений не было: Вика перешла черту. Но при взгляде в окно, где во дворе резвились Саша и Настя, её решимость только крепла: Я не дам развалить свою семью. Ни ей, ни кому другому. Буду бороться крозь любые грозы.
***
Тем временем Андрей, измученный рабочим днем, подъехал к Вике на Осокорках нужны были ответы, поставить точки. Но, не дойдя до двери, услышал спор внутри дверь была приоткрыта, и в прохладе коридора эхом разносились голоса.
Я больше не могу! Меня чуть не уволили! Ты обещала, что всё будет по-тихому, а теперь угрожают разбирательством! орала женщина.
Я только хотела припугнуть Алену, чтоб отказалась… Я не думала, что так обернется! защищалась Вика, голос её осекался от испуга.
Ты втянула меня в грязь, я не для шантажа сюда пришла работать! Завтра об этом узнают мне конец!
Андрей отступил. Всё стало ясно. Интриги, запугивания, грязные игры и он сам, дурак, кому поверил. В его голове промелькнули глаза Саши в день ухода, объятия Насти по утрам. Ему нужно исправить всё, что натворил.
Он решительно вошёл в квартиру в гостиной сидела та самая инспекторша, судорожно сжимая папку, вид уставший, почти отчаянный. Вика вскочила, глаза синие круги от страха, губы подрагивают.
Я хочу знать всё без утайки, тихонько, но твёрдо произнес Андрей. Что вы устроили?
Женщина растерянно оглянулась на Вику и выложила правду инспектор опеки по просьбе подруги должна была припугнуть Алену. Вика только и нашла, как надеяться на шантаж.
Достаточно! рявкнул Андрей. Ты думала, я поощрю подлость? Семья не строится на гадости, на кривде! и его голос был ледяным, как утренний туман над Днепром.
Вика побледнела, чуть не рухнула на колени.
Андрей, я… Просто хотела быть с тобой, чтобы у нас все получилось
Получилось? Настоящая семья это не ролик для сторис, не счета, не ремонт. Это доверие, жертва ради близких, честность. Ты это предала! Андрей с отвращением окинул взглядом квартиру. Модные обложки, яркие шторы, блестящие статуэтки всё это теперь выглядело пустым, чужим, каким-то ядовитым.
Ты разрушила мой дом звонкими словами, подменив их фальшью. Мы закончили. Если попробуешь еще навредить моей семье будет полиция, не сомневайся.
Он закрыл за собой дверь так, что эхо долго ходило по лестнице. Вдруг в душе стало легче, как будто открыл окно и ушла вся душная злость, вся тьма.
***
Вечером Андрей, с огромными белыми лилиями в руках, стоял на пороге Алены. Саша и Настя смотрели с удивлением, затаившись у дверей. В глазах Андрея была вся боль и вся надежда мира.
Прости, сказал он тихо, я всё исправлю. Нет ничего важнее семьи. Я хочу вернуться, если есть хоть шанс…
Алена встречала его взглядом столько лет, столько прощаний, столько пережитого. Но в глазах у Андрея она снова увидела свет тот, за который когда-то и полюбила.
Заходи, сказала она, открывая дверь шире. Мы разберёмся.
В гостиной Андрей опустился на колени и крепко обнял детей:
Как же я по вам скучал, шептал он, переставая сдерживаться. Я всегда буду рядом. Обещаю.
Алена, видя их объятия, вдруг впервые за месяц почувствовала, что всё ещё можно спасти. Подошла, коснулась его плеча:
Мы тебя ждали, Андрей, тихо добавила она, и в этот момент дом наполнился настоящим теплом.
***
А где-то совсем недалеко Вика сидела одна в пустой квартире пустой так же, как её теперь никому не нужная погоня за чужим счастьем. Телефон молчал, друзья исчезли, как дым ранним утром. Она уткнулась в колени на холодном паркете:
Ради чего? вслух спросила она отражение. Зачем мне была эта война?
В зеркале заплаканная девушка, вся её уверенность растворилась в чужих чужих стенах. О том, что такое настоящая семья, она поняла слишком поздно.
