Пап, ты не против, если мы пару месяцев поживём у тебя? спросил Андрей, слегка запинаясь.
Против, коротко ответил Сергей Петрович.
Развод родителей Андрея случился примерно десять лет назад. Мать через два года вступила в новый брак, а отец остался один в трёхкомнатной квартире на Тимирязевской. Характер у него был жёсткий, почти невыносимый, поэтому женщины, приходившие в его жизнь, быстро исчезали. Но сына он не бросал: выплачивал алименты, покупал всё необходимое и участвовал в воспитании, но делал это строго, без ласки, лишь отцовской заботой.
Андрей с ранних лет стал самостоятельным. После окончания 11го класса пошёл работать, съехал от матери, сняв комнату в общежитии. Через пару лет он женился на Злате, с которой дружил со школьных лет. Пара планировала купить квартиру в ипотеку, собирая на первый взнос, но хозяин их комнатки объявил о продаже, и им пришлось ждать завершения сделки. Андрей решил попросить у отца жильё, ведь тот жил один.
Но можешь пожить, только тихо, продолжил отец, когда молодой человек уже хотел закончить разговор.
Спасибо, облегчённо выдохнул Андрей.
Он знал, что Сергей Петрович человек немногословный, любит тишину и вряд ли будет рад громким разговорам. Злата, будучи на пятом месяце беременности, тоже ценила спокойствие. Она лишь не понимала, что «тихо» в понимании отца означало тишину только в его собственном доме.
Сергей Петрович просыпался в пять утра, громко скользя по полу в тапочках, и начинал свой утренний ритуал: поход в туалет, ванную, кухню и обратно. В тишине звучал лишь шорох шагов, падения предметов, громкие крики: «Чёрт возьми!» и всё продолжалось, пока в квартире спали другие. Его не волновало, что рядом ктото отдыхает. Он считал, что если ктото не любит его правила, то может уехать.
Кроме утренних шумов, отец контролировал каждое действие сына и невестки: телевизор выключали после девяти, потому что шум раздражал, не жарили еду изза запахов, экономили свет и воду, ведь денег у него не было в избытке.
Так продолжалась неделя, пока Злата не попала в больницу. Через два дня к ней пришёл свёкор, принёс пакет фруктов.
Ребёнку нужны витамины, сказал он сурово, протягивая пакет.
Спасибо, Сергей Петрович, ответила Злата.
Хорошо, кивнул он и ушёл, напоминая слушаться врачей.
После выписки Сергей Петрович вновь вставал в пять утра, но стал чуть тише: старался не тревожить, иногда молча принёс завтрак или сам вымыл пол, понимая, что Злата нуждается в отдыхе.
Квартиру они купили только спустя три месяца. Отец настоял на ремонте в новой квартире перед вселением. Когда Злата родила, ремонт был в полном разгаре, и ей с младенцем пришлось вновь вернуться к свёкору. Свёкор и его родители навещали их несколько раз, но сам Сергей Петрович всегда делал вид, что не рад гостям, лишь улыбался, глядя на внучку.
Каждое утро он забирал маленькую Аленку, давая возможность Злате поспать после бессонных ночей. Он даже научился менять подгузники. Когда пришло время переехать в собственную квартиру, Сергей Петрович, протирая сухой мужской слезой, сказал с тяжёлым видом:
Молодые вы ещё, так что живите у меня пока не пройдёт время. Пока Аленка не женится.
Андрей с Златой переглянулись, а отец, отвернувшись, добавил:
Это лишь старческая сентиментальность. Давайте сюда Аленку, а вы собирайте вещи. Успеете ещё переехать, пока не стало слишком поздно.
Паре казалось, что отец ждёт, когда они съедут, но вот так всё обернулось. Оставалось лишь удивляться переменам в этом строгом и замкнутом отце. Они решили остаться ведь было приятно иметь рядом дедушку.
Сергей Петрович, нежно обнимая внучку, был счастлив, что в его жизни появился самый дорогой человек.
