Синдром вечной отложенной жизни… Откровение 60-летней женщины из российской глубинки Елена: В этом году мне исполнилось 60 лет, и никто из родственников даже по телефону не поздравил меня с юбилеем. У меня есть дочь и сын, внук и внучка, бывший муж тоже остался где-то на горизонте. Дочери 40, сыну 35. Оба живут в Москве, окончили престижные столичные вузы, оба умные, успешные. Дочь замужем за чиновником высокого ранга, сын женат на дочери крупного московского бизнесмена. У обоих стабильная карьера, своя недвижимость, а кроме госслужбы – каждый ведёт свой бизнес. Всё у них — как в лучших домах. Бывший муж ушёл, когда сын закончил институт, сказал, что устал жить в таком ритме. Хотя сам трудился тихо на одной работе, по выходным отдыхал с друзьями или на диване, в отпуске месяцами гостил у родни на юге. Я же отпусков не знала, работала сразу на трёх работах – инженер на заводе, уборщица в управлении, по воскресеньям – фасовщица в местном супермаркете с восьми до восьми, плюс уборка служебных помещений. Все заработанные деньги уходили детям – Москва город дорогой, а вуз – дело не только престижное, но и затратное: одежда, еда, развлечения. Я научилась носить старое – перешивала что-то, обувь чинила сама. Ходила чистой, аккуратной. Мне этого было достаточно. Развлечения у меня были только во сне – иногда во сне я видела себя счастливой, молодой, смеющейся. Муж, уйдя, сразу сменил машину, купил себе престижную и дорогую. Видимо, накоплений хватало. Совместная жизнь была странной – все расходы, кроме квартплаты, были на мне. Квартплату платил муж, на этом его вклад в семейный бюджет заканчивался. Детей выучила я… Квартира мне досталась от бабушки – добротная сталинка с высокими потолками, двухкомнатная, перестроенная в трёшку. Там была кладовка 8,5 квадратов с окном — я отремонтировала, поставила кровать, стол, шкаф и полки. Там жила дочь. С сыном мы были в одной комнате – я только ночевала. Муж спал в зале. Потом, когда дочь уехала в Москву, я заняла кладовку, сын остался в комнате. С мужем расстались тихо – без скандалов, делёжки, обид. Он хотел “ЖИТЬ”, а я была настолько измотана, что облегченно вздохнула. Мне не надо было больше готовить первое-второе-десерт и компот, стирать бельё, гладить одежду – можно использовать это время на отдых. К тому времени мы накопили кучу болячек – позвоночник, суставы, диабет, щитовидка, нервное истощение. Впервые в жизни взяла отпуск и занялась лечением, подработки не бросала. Наняла одного хорошего мастера, и он вместе с напарником сделал мне шикарный ремонт санузла за две недели. Для меня это было счастье! Личное счастье! Все эти годы я отправляла своим успешным детям деньги вместо подарков на дни рождения, Новый год, на 8 Марта, 23 февраля, потом появились внуки — так что бросить подработки не могла, на себя не оставалось. Меня поздравляли редко, чаще в ответ на моё поздравление. Подарков не дарили. Самое больное – на свадьбы ни сын, ни дочь меня не приглашали. Дочь открыто сказала: «Мам, ты там не впишешься — там люди из аппарата президента будут». О свадьбе сына узнала от дочери уже после того, как всё прошло… Спасибо, хоть денег на свадьбу не просили… Никто из детей не приезжает, хотя я всегда зову. Дочь заявила: “Мне в нашем провинциальном ‘колхозе’ делать нечего”. Сын говорит – времени нет. Самолёт до Москвы летает семь раз в сутки, лететь всего два часа… Как назвать тот период моей жизни? Наверное, жизнь подавленных эмоций… Я жила как Скарлетт О’Хара — «подумаю об этом завтра»… Задымляла слёзы и боль внутри, чувства от недоумения до отчаяния загоняла глубоко. Работала как робот – только на автомате. Потом наш завод купили москвичи, начались сокращения – меня, предпенсионницу, убрали сразу с двух должностей. Зато позволили уйти досрочно на пенсию — её дали двадцать тысяч… На эти деньги попробуй проживи. В итоге повезло – в нашей пятиэтажке освободилось место уборщицы. Пошла мыть подъезды – плюс ещё двадцать тысяч. Фасовку и уборку по выходным не бросила, четыре смены — двенадцать тысяч. Тяжело — весь день на ногах. Потихоньку начала делать ремонт на кухне. Всё делала сама, кухню заказала у соседа – сделал хорошо, быстро и по деньгам недорого. Снова начала копить – мечтала обновить комнаты, купить новую мебель. Только вот в этих планах меня самой почему-то не было… На себя тратила только на еду, лекарства. Квартплата росла каждый год. Бывший муж советовал продать «трешку» — взять однушку, но жалко: память о бабушке, ведь только она меня и растила. С мужем остались приятелями, общаемся иногда, как старые знакомые. У него всё хорошо. Личная жизнь — тема табу. Раз в месяц приезжает — привозит продукты: картошку, овощи, крупы, воду… Тяжёлое. Деньги брать отказывается. Говорит, доставку заказывать не советует — всё плохое привезут. Я соглашаюсь. А во мне внутри — всё в комке. Живу и живу. Много работаю. Ни о чём не мечтаю. Ничего для себя не хочется. Дочь и внуков вижу только по фотографиям в её Инстаграме. Сына – мельком в Инстаграме невестки. Радуюсь хоть тому, что всё у них хорошо — живы-здоровы, отдыхают, ходят по дорогим ресторанам. Наверное, я дала им мало любви, потому и ко мне её у них нет. Дочь иногда спрашивает, как дела — всегда отвечаю, что всё хорошо, не жалуюсь. Сын иногда шлёт голосовые: «Мам, надеюсь, у тебя всё нормально». Однажды сын сказал, что ему не хочется слушать о проблемах — негатив действует плохо. Я перестала что-либо рассказывать, просто отвечаю: «Да, сынок, всё хорошо». Очень хочу обнять внуков, но боюсь, что они даже не знают о существовании живой бабушки — скорее всего думают, что она давно ушла… Не помню, чтобы хоть раз что-то купила себе просто так — разве что бельё да носки, самое дешёвое. Маникюр, педикюр — не хожу, волосы крашу сама, только на стрижку в соседнюю парикмахерскую раз в месяц. Радует, что размер одежды всю жизнь один — гардероб обновлять не надо. Очень боюсь, что однажды просто не встану утром — боли в спине замучили. Боюсь остаться одна, обездвиженной. Может, и не стоило так жить — без отдыха, без маленьких радостей, всё на «потом», вечно работая?.. А где оно, это «потом»? Его уже нет… В душе пусто, в сердце — равнодушие… И вокруг — пустота… Я никого ни в чём не виню, но и себя оправдывать не буду. Всю жизнь работала и работаю до сих пор. Коплю на всякий случай — пусть небольшую «подушку безопасности». Хотя знаю: если совсем разболеюсь, то жить не буду, чтобы не быть для кого-то обузой… И знаете, что самое обидное? За всю жизнь мне никто ни разу не подарил цветы… НИКОГДА… Вот смешно будет, если принесут живые цветы только на могилу… действительно, хоть смейся, хоть плачь…

Синдром “вечной отложенной жизни”
Исповедь шестидесятилетней женщины

Валентина:
В этом году мне исполнилось шестьдесят. И никто из близких даже не позвонил поздравить с юбилеем.
У меня есть дочь и сын, внук и внучка, бывший муж, который ещё иногда появляется в моей жизни.
Дочери сорок лет, сыну тридцать пять.
Оба живут в Москве, оба окончили престижные столичные вузы. Оба умные и преуспевающие люди. Дочь замужем за чиновником из министерства, сын женат на дочери крупного московского предпринимателя. У обеих семей устойчивое положение, свои квартиры, свой бизнес и постоянная госслужба. Всё устоялось.

Бывший муж ушёл, когда сын получил диплом. Сказал, что устал жить в моём темпе. Хотя сам он всю жизнь работал спокойно на одной должности, отдыхал по выходным с друзьями или на даче, на отпуск уезжал к родственникам на Чёрное море. Я отпуск ни разу не брала, работала сразу на трёх работах инженером на заводе, уборщицей в заводском управлении, а по выходным фасовщицей в местном супермаркете с восьми утра до восьми вечера, и параллельно убирала служебные помещения.

Всё, что зарабатывала отдавала детям. Москва город недешёвый, обучение требует достойной одежды. К ним прибавлялись расходы на еду и развлечения.
Я привыкла ходить в старой, много раз перешитой одежде, обувь сама чинила. Всегда была аккуратной, чистой мне этого хватало. Моим развлечением были сны: иногда во сне я была молодой, счастливой, смеющейся.

Как только муж ушёл, быстро купил себе новую машину, дорогую, престижную. Видимо, экономил на семейной жизни не зря. У нас расходы всегда висели на мне, кроме оплаты коммуналки этим занимался он и считал, что этого достаточно. Детей выводила в свет я
Квартира наша досталась мне от бабушки крепкая, уютная сталинка с высокими потолками. Было две комнаты, переделанные в три: кладовка с окном там прекрасно помещалась кровать, стол, шкаф и полки. Там жила дочь. Я с сыном делила одну комнату благо приходила домой только ночевать. Муж жил в гостиной. Когда дочь переехала в Москву, я заняла кладовку. Сын остался в комнате.

Растались мы с мужем тихо, без ссор и дележа. Он хотел жить по-своему, а я была настолько вымотана, что почувствовала лишь облегчение Пропали вечные хлопоты о первом-втором-десерте не надо было стирать для него, гладить, всё раскладывать по полочкам. Время можно было наконец посвятить себе.

К тому моменту накопились болезни спина, суставы, диабет, проблемы с щитовидкой, нервы совсем сдали. Впервые взяла отпуск на основной работе и занялась лечением. Подработки не бросила. Полегчало.
Потом, наконец, сделала себе шикарный ремонт в санузле наняла золотые руки, мастера с напарником справились за две недели. Это было лично моё счастье! Радость для себя!

Все эти годы вместо подарков детям на дни рождения, Новый год, 8 Марта и 23 февраля отправляла деньги. Позже появились внуки, и расходы только росли. На себя ничего не оставалось. Поздравления от детей были редкостью, подарков не было.
Больнее всего было то, что меня даже не пригласили на их свадьбы. Дочь честно сказала: «Мам, ты в компанию не впишешься там будут люди из Администрации Президента». О свадьбе сына узнала от дочери уже после того, как всё прошло.
Спасибо, что хотя бы денег на свадьбу не просили

Никто из детей не приезжает, хотя я всегда приглашаю. У дочери свои дела говорит, что ей в моей «деревне» делать нечего (город-миллионник, к слову). У сына всегда найдётся причина: «Мама, некогда!»
Авиарейсы до Москвы семь раз в день, два часа лету

Что это был за период? Наверное, жизнь подавленных эмоций
Я жила как героиня советской эпохи «подумаю об этом завтра».
Давила слёзы, боль, недоумение, жила как автомат, запрограммированный только на работу.
Однажды наш завод купили москвичи и началась реорганизация. Всех предпенсионного возраста сократили, я лишилась двух работ, но зато получила возможность выйти по сокращению на пенсию. Пенсия 20 тысяч рублей, попробуй проживи!
Повезло: в нашей пятиэтажке освободилась вакансия уборщицы в подъезде устроилась, плюс ещё 20 тысяч рублей. Подработку в супермаркете сохранила платят хорошо, три тысячи за смену. Только тяжело целый день на ногах.

Потихоньку начала ремонтировать кухню. Всё делала сама, мебель заказала соседу сделал хорошо, по-божески.
Снова начала откладывать деньги хотелось обновить комнаты, мебель. Но себя в этих планах не было вообще! На себя только еда, самая простая, и лекарства, на которые уходило немало. Квартплата всё росла. Бывший муж советовал продать квартиру: район хороший, дадут нормальную цену купишь себе однокомнатную.
А мне жалко память о бабушке. Родителей не помню, вырастила меня она. Квартира дорога, в ней прошла вся моя жизнь.

С бывшим сумели сохранить приятельские отношения, иногда созваниваемся. У него всё стабильно, о личном он не говорит. Раз в месяц приезжает, привозит продукты картошку, овощи, крупу, питьевую воду. Тяжёлое несу сама. Денег не берёт, говорит: «Не пользуйся доставкой привезут всё залежалое». Я соглашаюсь.

Во мне будто всё застыло живу да и живу. Работаю много, ни о чём не мечтаю, ничего не хочу лично для себя. Внучку и внука вижу только по фото у дочери в ВКонтакте, про жизнь сына узнаю через соцсети жены. Радуюсь, что у детей всё хорошо, все живы-здоровы, отдыхают, бывают в дорогих ресторанах.
Наверное, я мало давала им нежности, поэтому они ко мне не тянутся. Дочь время от времени спрашивает, как я; всегда отвечаю: всё хорошо, ни на что не жалуюсь. Сын иногда присылает голосовые: «Привет, мам, надеюсь, у тебя всё хорошо».
Когда-то он прямо сказал: «Не хочу слушать про ваши проблемы с папой, мне тяжело от негатива». И я перестала рассказывать, отвечаю: да, сынок, всё отлично.

Очень хочется обнять внуков, но подозреваю, что они даже не знают, что у них есть бабушка пенсионерка и уборщица. Наверняка им говорят, что бабушка уже умерла

Я уже не помню, чтобы когда-то покупала себе что-то “для себя”, разве что бельё да носочки, самые простые. Салон красоты ни разу не посещала. Раз в месяц парикмахерская в соседнем доме, волосы крашу сама. Радует только то, что с молодости и сейчас ношу один размер 46/48, гардероб обновлять не надо.

Сильно боюсь, что однажды не смогу встать с постели спина болит мучительно, боюсь остаться беспомощной.
Может, не стоило так жить без отдыха, без маленьких радостей, всё откладывая на «потом»? Но где это «потом»? Его уже нет В душе пустота, в сердце равнодушие И вокруг так же пусто

Я никого ни в чём не обвиняю. Но и себя ни в чём не могу винить. Всю жизнь работала, и работаю сейчас. Откладываю хоть немного, вдруг совсем перестану трудиться подушку безопасности создаю Пусть небольшую, но всё же Хотя, честно говоря, знаю, что если совсем сломаюсь жить не буду. Не хочу, чтобы кто-то из детей имел со мной хлопоты.

Самое грустное? За всю жизнь мне никто ни разу не подарил цветы Никогда. Вот смешно будет, если когда-нибудь кто-то принесёт на могилу живые цветы действительно, ирония судьбы.

Наверное, самый важный вывод всей моей жизни нельзя всю себя отдавать другим, забывая о себе, откладывать своё счастье на потом. Потом может и не наступить, а жизнь одна. Нужно уметь находить радость и для себя, учиться баловать себя и быть к себе добрее. Любовь к себе не эгоизм, а необходимая часть счастья.