Обмен детьми: как сёстры совершили роковую ошибку, за которую заплатили годами
Иногда одно неверное решение, принятое в смятении и на волне эмоций, может сломать сразу несколько судеб. Особенно если оно касается самого дорогого — детей. Так произошло с двумя сёстрами — Светланой и Людмилой, неразлучными с самого детства. Они делили всё: игрушки, родительскую любовь, первые сердечные тайны. Вместе прошли школу, первые свидания, замужество. Их жизни казались отражением друг друга — будто один сценарий, сыгранный в разных домах.
И мужья у них оказались на удивление похожи — Люда вышла за Дмитрия, Света — за Игоря. Друзья с детства, коллеги-дальнобойщики, вечно в разъездах. Сёстрёнкам это даже нравилось — мужья зарабатывают, а они всегда вместе, поддерживают друг друга. Когда одна забеременела, вторая следом. Вместе ходили в консультацию, вместе выбирали роддом. Обе — счастливые и чуть испуганные. Пол ребёнка решили не узнавать — пусть будет сюрприз.
Света мечтала о дочке, Люда — о сыне. Но судьба рассудила иначе: у Светы родился мальчик, у Люды — девочка. И тогда Людмила, будто шутя, бросила:
— Давай поменяемся? Ну серьёзно, ну вот же насмешка какая — всё не так, как хотелось…
Света нервно засмеялась, но внутри ёкнуло. Шутка не казалась смешной. Но Люда повторяла это снова и снова — сначала с улыбкой, потом всё серьёзнее. Говорила, что всегда хотела сына, что ей тяжело, что так будет справедливее. И в какой-то момент Света сдалась. Вспомнилось, как Игорь умилялся чужим дочкам во дворе, бормоча: «Вот бы свою принцессу…»
Мужья ликовали. Цветы, шампанское, гости. Но каждый раз, глядя, как Игорь нянчит не своего ребёнка, Свету сжимало ледяное чувство вины. Сперва она глушила его. Потом убеждала себя, что поступила правильно. Всё же дети — двоюродные, родная кровь. Но совесть не унималась.
Всё рухнуло, когда через три года Люда умерла. Болела долго, мучительно, оставив своего «сына» — на самом деле, кровного сына Светы — с отцом. Света с Игорем помогали Максиму, как могли. Потом у него появилась женщина — Елена. Тихая, добрая, казалась надёжной. Даже мальчика, Артёма, приняла. Поначалу.
Но как только Елена родила своего ребёнка, всё изменилось. Артём стал для неё чужим. Унижала, орала, могла шлёпнуть без причины. Максим ничего не замечал, но Света видела всё. Сердце разрывалось — она знала, что её сын живёт в аду, который сама же и устроила.
Однажды, услышав, как Елена снова кричит на мальчика, Света не выдержала. Собрала Игоря, Максима и выложила правду. Каждое слово резало, как нож. Игорь сначала не поверил, потом молча вышел. Света рыдала — от ужаса, от стыда, от осознания, что разрушила жизни. Но через два дня Игорь вернулся. Сказал, что хочет сделать тест ДНК. После результатов — долгое молчание. Потом обнял её.
— Мы всё исправим, — прошептал он.
Оформление документов шло медленно, но верно. Елена от Артёма отказалась — чужой ребёнок ей был не нужен. Девочка — дочь Люды, которую Света растила как свою, — осталась с ней. Правду ей не говорили — зачем? Главное — любовь, которую Света отдавала без остатка.
Прошли годы. Света до сих пор корит себя, но знает: признаться было правильно. Она спасла сына. Пусть поздно, пусть через боль, но успела. В жизни важно не то, где оступился, а то, хватило ли сил исправить содеянное.
