Собака при виде хозяев опустила голову, но даже не сдвинулась с места
История эта началась снежным декабрьским вечером, когда свежий укутанный снегом двор микрорайона Лукашевский в Киеве окрасился еще одним событием.
У второго подъезда неожиданно возник Гром крупный немецкий овчар с седой мордой и молчащим взглядом. Казалось, что он вдруг шагнул прямо из морозного воздуха.
Опять этот пёс под окном воет! раздражённо кинул Сергей Иванович, отдёргивая тяжёлую штору. Марина, ты что, не слышишь?
Слышу, Серёжа, уставшим голосом откликнулась она.
Как тут не услышать? Скулёж будто протыкал души жильцов.
Вот родня из двадцать четвёртой квартиры Антон и Людмила поселились осенью, прихватив Грома в новый дом. До недавнего времени пёс провожал хозяев к подъезду каждый вечер, весело бегал, лизал руки, преданный, как маяк.
Но стоило ударить настоящим морозам, всё поменялось.
Приняли решение так больше не можем. В однокомнатной пёс жить беда, шерсть, дух, лай на всю лестничную, соседи ругаются. Если хочешь, забирай, он с родословной, документы есть, шептала Людмила по телефону в коридоре подруге.
Видимо, той собака оказалась не нужна.
Марина Петровна поняла это, заметив, что Гром уже несколько ночей дремал на холодном полу между этажей, притаясь и дрожа.
Что теперь делать? Сергей Иванович не хотел слушать причитаний жены. Своих забот выше крыши!
Сергею было пятьдесят восемь, после инфаркта стал раздражительным и вспыльчивым, даже к Марине стал придираться.
Он не бездомный, тихо сказала Марина. У него хозяева, двадцать четвёртая квартира.
Пусть и забирают! Или звонить в службу отлова!
Легко сказать… Как объяснить собаке, что её просто бросили те, кого она любила?
Утром Марина Петровна опустилась к Грому с кусочком колбасы и тонким ломтиком хлеба. Пёс лишь потянулся, благодарно глядя в глаза, ел осторожно, не спеша.
К вечеру она решилась.
Ты с ума сошла?! Сергей встал в дверях, лицо заливалось гневом. Ты для чего этого пса в квартиру затащила?!
Гром съёжился у стены, уши прижал, хвост поджал будто просит прощения за своё существование.
Серёжа, только на одну ночь, шёпотом выдавила Марина. Сегодня мороз крепкий, замёрзнет.
Одну ночь? А завтра что будет? Последняя ночь? Ты забыла, что мы на лекарства последние гривны тратим, а ты чужую собаку домой приперла!
Марина Петровна лишь гладила тёплую голову возможности себе объяснить не было, сердце сжималось. Пенсии их, конечно, хватало впритык.
Кто псу корм купит? не унимался муж. К врачу за что вести? На себя и то не остаётся!
Серёжа, тихо ответила Марина. Старенький он. На улице погибнет.
Да пусть! Сотни улицей дохнут! Ты всех спасёшь?
Гром вжал голову в колени Марине. Она села рядом, обхватила зверя за шею. Давно молодым его не называли, давно никто и не ухаживал.
Не всех, пробормотала она. Только этого.
Пять суток в семье стояла грозовая туча: Сергей всё стучал дверями, гремел за каждую шерстинку, требовал избавиться от нахлебника.
Гром будто чувствовал вину ел неохотно, сторонился комнат, виновато смотрел.
В воскресенье за дверью вдруг раздался решительный стук.
Чем вы думаете?! Людмила стояла на пороге в меховой куртке, Антон в дорогой пуховой жилетке. Верните нам породистого пса! Это кража!
Какая же кража? растерялась Марина. Он на лестнице мёрз…
Наш пёс! резко перебил Антон. У нас есть документы! Самовольно забрали!
Гром услышал знакомые голоса, вышел из кухни, но не подошёл, только замер рядом с Мариной.
Иди домой, Гром! потребовала Людмила.
Пёс подошёл, понюхал её руку… и остался у Марининых ног.
Что за чёрт? Антон разозлился. Гром, ко мне!
Пёс голову опустил, но остался.
Простите, тихо втесалась Марина. Он всю ночь на холоде, в подъезде спал…
Вас не спрашивали! Не ваша собака не ваши проблемы! фыркнула Людмила.
Ему на бетоне валяться это нормально? не выдержала Марина.
Хоть на балконе! огрызнулась Людмила. Можем хоть где держать!
Что случилось? появился Сергей, только с дачи вернулся, с газетой и багетом в руке.
Ваша жена украла нашего пса! Верните немедленно, иначе в полицию пойдём! накатала Людмила.
Марина сжалась внутри. И так собаке все нервы и деньги съели, а теперь ещё полиция…
Мариш, отдавай собаку, выдохнул муж. Не надо нам проблем.
Но когда увидел взгляд Грома полные мольбы глаза лицо Сергея изменилось.
Предъявите документы, вдруг твёрдо сказал он.
У нас дома остались…
Принесите поговорим, оборвал он.
Да что с ума сошли, это наш Гром! вспылил Антон.
Почему мёрзнет, значит, ваш?
Не ваше это дело!
А моё. Когда на глазах над собакой издеваются, Сергей сделал шаг вперёд, и голос стал твёрдый.
Мы не мучаем! разнервничалась Людмила.
Не мучаете? Старого пса в мороз не мучение? Сергей стал вдруг совсем другим, решительным.
У нас ремонт! Временно! заикнулся Антон.
Какой ремонт? Вы месяц как въехали!
Молодёжь уставилась в пол.
Это нас не касается, пробубнила Людмила.
Ваше дело издеваться? повысил голос Сергей. Забирайте собаку и больше не выставляйте.
Почему должны вас слушать?
Потому что я сейчас в полицию позвоню! достал телефон Сергей. По закону жестокое обращение статья!
Блефуете!
Хотите проверить?
Гром по-прежнему лежал на ковре, дышал часто.
Марина смотрела на мужа с удивлением и не верила, что перед ней тот самый человек, что недавно злился из-за пса.
Мы подумаем, глухо сказал Антон.
До завтра жду ответ. Не будет Гром останется здесь, Сергей повысил голос.
Вы не имеете права!
А вы не имели права на улицу выбрасывать! грохнул Сергей.
В подъезде начали высовываться соседи.
Что случилось? из пятой квартиры выглянула тётя Валя.
Да эти гаврики своего пса в тамбуре держат на морозе, Сергей кивнул на супругов.
Видела его трясущимся сердце кровью обливалось, подтвердила старая Мария Семёновна.
К ней подошли соседи с четвёртого этажа и семья Богдановых из первой квартиры. Люди окружили молодых супругов.
Позор! Взяли отвечайте! качал головой сосед.
У меня даже кошка лучше живёт, добавила Светлана с четвёртого этажа.
Хозяева оказались в кольце порицания, Людмила уже вытирала слёзы.
Всё! грозно заявил Сергей. Или в дом забираете и относитесь по-человечески, или отдайте и больше не появляйтесь!
А если мы в суд? всхлипнула Людмила.
Подавайте! Только объясните, почему два месяца ваш пёс на лестнице промёрз, не смущаясь, сказал Сергей.
Соседи подняли шум одобрения. Марина смотрела на мужа растеряно: откуда в нём такая сила?
Ладно! неожиданно выпалил Антон. Забирайте!
Они ушли прочь, раздражённо хлопнув дверью.
Гром поднял морду, взглянул вслед людям, и тихо заскулил.
Соседи разошлись, оставив Марину, Сергея и пса, который стал их родным.
Гром осторожно подошёл к Сергею и ткнул носом в ладонь.
Что, друг, остаёшься? Сергей присел и потрепал его за ушами.
Хвост зашевелился: да, остаётся.
Серёжа… Ты же против был?
Был. Теперь нет, серьёзно ответил он. Знаешь, я кое-что понял. Когда увидел, как с ним поступили.
Что же?
Иногда мы сами с тобой живём, как соседи, замкнуты, чужие. А ведь в любой миг судьба может выкинуть нас, как ненужных
Марина опустилась рядом.
Что, остаётся?
Остаётся, впервые за долгое время улыбнулся Сергей. Будет настоящая семья. Правда, Гром?
Пёс лизнул руку хозяина и положил голову на колени.
Через неделю весь двор удивлялся Сергей со второго подъезда теперь выгуливает пса каждое утро, улыбается, даже спина выпрямилась.
Молодые хозяева? Переехали куда-то, поговоривают стыдно стало.
Жалко, конечно может, Гром бы и их простил.
Иногда доброе сердце и шанс спасти того, кто слабее, могут изменить к лучшему не только чью-то жизнь, но и собственную душу.
Собака опустила голову при встрече с бывшими хозяевами, но не сделала и шага — трогательная зимняя история о преданности, сострадании и настоящей семье в обычной московской многоэтажке
