Потаскуха! Неблагодарная дрянь! сорвалась на крик Маргарита Павловна, обрушивая злость на свою дочь, Ксению. Девичий округлившийся живот нисколько не утихомирил материнское негодование, а только подогревал его. Убирайся! Чтобы духу твоего здесь больше не было, поняла?!
На этот раз мать действительно вышвырнула Ксению за дверь не в первый раз, но таким образом, чтобы та уже не посмела возвращаться. В прошлые разы Ксения ночевала у одноклассниц или соседок, и всё улаживалось. Но сейчас Маргарита Павловна была непреклонна: прощения не будет, пока «позор семьи» не исчезнет.
В слезах, с потрёпанным чемоданчиком и наболевшим сердцем, Ксения добралась до квартиры своего любимого Артёма. Тот оказался растерянным и ещё даже не сообщил своим родителям о беременности Ксении. Едва переступив порог, Ксения почувствовала, что здесь её ждут не лучше.
Не слишком ли вы поторопились с таким известием? строго спросила мать Артёма, взглянув на округлившийся живот девушки. Помочь мы тебе чем сможем, конечно, но наш сын ещё ребёнок. Ты ему всю жизнь испортишь. Я уже договорилась через приятельницу устроим тебя в центр для таких вот никому не нужных беременных.
Так Ксения оказалась в небольшой комнатке реабилитационного центра на окраине Москвы. Здесь была тишина, редкое тепло и, впервые за долгие месяцы, покой. С ней занимался психолог, готовили молодую женщину к предстоящим родам, учили самостоятельности и поддерживали морально.
А когда случилось главное чудо, и малышку Милану впервые положили Ксении на руки, та испытала небывалое волнение страх и неуверенность стянули горло, началась паника. Но стоило ей осознать, что колыбельное тепло в ладонях её кровиночка, как в душе забрезжила надежда.
Впереди были Святки, радостный и тёплый зимний праздник. Но радости не было. Ксении сообщили: нужно искать новый приют, комнатка скоро понадобится другой. Сидела она у окна, прижимая к себе спящую Милану, и не знала, куда идти, к кому обратиться за помощью. Телефонные звонки к матери заканчивались одним Маргарита Павловна вычеркнула дочь и внучку из своей жизни.
Милана, смотри, какой у нас с тобой печальный Сочельник совсем тихо прошептала Ксения, вспоминая детство, когда носилась по московским дворам с ватагой ребят и пела колядки. Тогда это приносило не только детскую радость, но и добрые деньги можно было собрать несколько тысяч рублей за вечер, ведь дети обходили целый микрорайон.
Захотелось вернуться ненадолго в то беззаботное время: ходить по соседним домам, петь святочные песни, почувствовать энергию жизни и веселья. Почему бы и нет? подумала Ксения с пьянящей тоской. Милана у меня тихая, спокойно уснет в платочке пойду попробую. А кто не откроет Бог с ними.
На следующий день она выбрала для колядования снежный коттеджный поселок. На пороге таких редко ждут женщин с младенцем по традиции ходят мальчишки. Но Ксения исполняла святочные песни искренне, от всей души. Где-то слушали с опаской, где-то с любопытством, но люди щедро благодарили: и купюрами, и домашней выпечкой, и фруктами. Особенно их трогал младенец на руках уж слишком трогательна была эта потерявшая опору молодая мама.
К заборам хороших домов Ксения подходила с волнением. Вот зайду ещё туда последняя попытка. Вид купца, может, что-то путного получится, подумала она, нащупав в кармане аккуратно свернутую пачку рублей целую солидную сумму для такой ситуации.
Позвольте вас поздравить со Святками, разрешите исполнить колядку, чуть дрогнувшим голосом сказала она, когда хозяин дорогого дома открыл дверь. Но едва гостья переступила порог, как мужчина замер, пристально вглядываясь в лицо Ксении. Затем перевёл взгляд на девочку и вдруг осел на диван, побледнев и дрожащими руками прижимая к груди стакан воды.
Алёна?.. прошептал он так, будто увидел призрак.
Я Ксения Простите, вы, наверное, меня с кем-то путаете.
Ксения? Ты кладёшь взгляд, как моя покойная жена И дочка такая же маленькая была Они оба погибли автокатастрофа, несколько лет назад А днями снилось мне: жена вернулась с дочкой на руках. А сегодня ты пришла бывает ли такое?
Ксения растерялась, даже испугалась странного хозяина, но выхода не было ей всё равно негде было ночевать. Она прошла в просторный зал, пахнущий деревом и мандаринами. На стенах висели семейные фотографии; действительно, женщина в застывших кадрах была удивительно похожа на Ксению.
Поначалу она все опасалась, потом что-то оборвалось начала рассказывать свою печальную историю: о матери, о словах предательства, про реабилитационный центр, про доченьку Милану, о святочных песнях детства, о тоске и одиночестве. Никогда ещё за все месяцы тяжёлых испытаний ее не слушали так внимательно. Хозяин ни разу не перебил, только внимательно смотрел, счастливо улыбаясь миру в лицо, когда малышка посапывала и невольно улыбалась во сне. Словно почувствовала они попали туда, где их наконец ждут и примут как родныхВсю ночь Ксения не могла уснуть в тщательно убранной комнате для гостей, слушая размеренное дыхание Миланы и укачиваясь волной новой, незнакомой надежды. Наутро хозяин, представившийся Семёном Викторовичем, накрыл обильный завтрак, а Ксения с неуверенностью принялась за еду, все еще не веря в своё счастье.
Я не могу отпустить вас обратно на мороз, сказал он после, глядя через чашку чая на малышку. Считайте этот дом своим. Ну а если надумаете уйти двери всегда открыты. Между прочим, умею я и с младенцами управляться Да и давно мечтаю опять слышать в доме детский смех.
Милана словно почувствовала перемены: впервые за многие дни она улыбнулась во сне и, казалось, засветилась вся комната. Ксению потянуло обнять Семёна Викторовича, поблагодарить, но что-то застыло в горле только слёзы облегчения катились по щекам.
Верь, доченька, шептала она малышке, когда укладывала её в чистую колыбель у окна. Иногда чудеса случаются тогда, когда уже совсем не ждёшь.
А вечером весь посёлок услышал, как под окнами купеческого дома разлилась новая колядка нежная, радостная, яркая, как луч солнца среди зимы. И если в ту ночь кто-то из прохожих задержал шаг или заглянул в окна, тот видел: за длинным, щедро накрытым столом, под сиянием свечей, сидела молодая мама с дочкой на руках, а рядом человек, вновь обретший семью.
На улице лил тихий свет фонарей, а ангелы, возможно, и впрямь спускались посмотреть как из одной разбитой жизни вырастает новая, наполненная любовью, верой и новым домом.
