Зачем тебе, Оля, Максим? Она же уже в возрасте: морщинки, седина А я молода, ярка, жизнь передо мной. Я могу дать то, чего ей уже не хватит. Так зачем тебе она?
***
Петербург встретил Аглаю прохладой и сыростью: осень уже настала, дожди идут почти ежедневно. Солнце, которое она успела полюбоваться, пробившись сквозь иллюминатор самолёта, оказалось лишь мимолётным блеском, быстро скрывшимся за облаками. Аглая вышла в дождь.
Восемнадцатилетняя первокурсница, с двумя чемоданами и почти без представления о студенческой жизни, стояла в аэропорту Пулково, вдыхая влажный аромат Невы и дождя.
Оля! воскликнула она, увидев знакомое лицо среди встречающих. Оля, её сводная старшая сестра, с которой их связывал общий отец и редкие, но тёплые встречи, улыбнулась и протянула руку.
Аглая! Наконец! Твой рейс задержали, а я уже выехала, подождипожалуйста два часа Ты теперь выше, Оля смущённо улыбалась, будто видела ребёнка, а теперь почти подростка.
Ты всё такая же красиивая, даже стала красивее, ответила Аглая, чувствуя, как спадает напряжение.
Дорога к квартире Оли была полна разговоров. Аглая делилась впечатлениями от университета, известного ей лишь по проходным баллам и фотографиям на сайте, уже нашла будущих одногруппников, рассказывала о волнении перед первым курсом, о том, как ей не удалось поселиться в общежитии.
Не заселили.
Поэтому Аглая сразу бросилась к Оле. Если бы ей сразу предоставили общежитие, Оля бы встретила, довезла, помогла освоиться. Но так Аглая будет жить у неё.
Это ничего? спросила она, Что в общаге меня не приняли
Суть была не в этом.
Не переживай изза общежития, сказала Оля, у нас достаточно места. Максим только что закончил генеральную уборку, уже без меня. Всё сверкает, чтобы ты пришла в чистый дом, подмигнула она, Комната твоя. Не будет помех, только на год.
На год, кивнула Аглая.
Иногда она боялась, что и на второй год ей не дадут место, но старшекурсники в чатах успокаивали её: у всех после первых проблем всё наладилось.
Аглая улыбнулась. Оля была замечательная! А у Максима, мужа Оли, тоже было чтото особенное. Он был не просто муж сестры, а олицетворение «удачной» жизни, о которой Аглая могла лишь мечтать. На фотографиях, которые Оля иногда присылала, его аура выглядела уверенношикарно.
Дверь квартиры открыл именно он Максим.
И мир будто замер. Он действительно выглядел, как на снимках, только живее, красивее, очаровательнее.
Аглая снова улыбнулась, а когда Максим ответил тем же, земля будто отшагнула.
Добро пожаловать, Аглая! голос его был низким и бархатистым. Он протянул руку, и она, слегка помедлит, пожал её. В тот миг в просторной, светлой квартире чтото внутри неё перевернулось Новое, трепетное, неконтролируемое влюблённость. Мгновенная, всепоглощающая, как петербургский ливень.
***
Первый курс оказался совсем не тем, что представляла Аглая. Лекции скучны, преподаватели предсказуемы, одногруппники недоразумение. Зубрилы в книгах, их наивные разговоры о будущем казались чужими. «Весёлые» ребята, собиравшиеся в уголке, уже планировали походы и клубы, но к ним Аглая не тянулась. Ей хотелось другого конкретного «другого».
Каждый день в квартире Оли и Максима был не просто прожитым, а тщательно срежиссированным спектаклем.
Она просыпалась рано, чтобы приготовить Максиму кофе.
Она выбирала наряд, пытаясь уловить малейший намёк, который мог бы привлечь его внимание. Если Максим работал за компьютером, она могла пройти мимо в «интересной» юбке, облегающем свитере, подчёркивающем молодость, контрастирующую с возрастом Оли.
Максим, нужна помощь? спрашивала, когда он был увлечён экраном.
Нет, Аглая, спасибо, сам справлюсь, отвечал, не отрывая взгляда. Это раздражало её.
Я настаиваю. Уже какойто день ты этим занимаешься, упорно предлагала она, глядя на непонятные значки.
Максим, слегка улыбнувшись, ответил:
Ценю стремление, но чем ты можешь помочь?
Нет, но всегда найдётся работа для тех, кто «на подхвате». Чёто лёгкое: таблица, информация, мелочь.
Не надо ничего читать, оттолкнул он её руку от клавиатуры, Я сам.
Таня, погружённая в домашние дела, почти не замечала, что Аглая пытается занять место в доме. Она считала её лишь милой помощницей, а не соперницей.
Однажды, когда Оля уехала к маме на выходные, наступил тот долгожданный момент.
Максим выглядел расстроенным.
Что случилось? осторожно спросила Аглая.
Начальник достал. Бессмысленные отчёты, задания, которые он формулировать не умеет Иногда хочется послать всех к Две недели делал не свою работу, а теперь выясняется, что делал по своей инициативе, о чём он не говорил, вздохнул он, провел рукой по лицу.
Аглая почувствовала пот на ладонях. Если не сейчас, то когда?
Может, расслабишься? Я знаю, где хорошее вино, предложила она, чуть слишком нежно, сразу поправившись, будто просто хочет отдохнуть.
Вино? Почему бы и нет, согласился он, и это «почему бы и нет» стало для Аглаи входом в новый мир.
Вино оказалось отличным, вечер затянулся. Они говорили обо всём и ни о чём. Аглая делилась планами на будущее, как ей нравится город. Максим слушал, и впервые его взгляд был полностью сосредоточен на ней. Под воздействием вина и атмосферы они сблизились в квартире Оли, тайком от неё.
***
Их тайные встречи стали регулярными. Это была игра в кошкимышки, полная адреналина: Оля могла застать их в любой момент, но Аглае нравилось ощущать себя королевой, завоевать внимание мужчины, которого она считала недостижимым.
Но ей было мало. Второй курс принес место в общежитии, и ей пришлось съехать. Теперь она делила комнату с девушками из разных групп, а Максима видела лишь по выходным.
Аглая хотела не редких встреч, а жить с ним. Чтобы это случилось, пришлось бы отодвинуть Олю.
Когда Максим снял для них новую квартиру, Аглая спросила:
Зачем тебе Оля, Максим? Она уже старше, морщинки А я молода, интереснее, жизнь впереди. Я могу дать то, чего она не сможет. Зачем она?
Она моя жена, ответил он.
Но это легко исправить, настаивала она.
И твою сестру, добавил он.
Я переживу, сказала Аглая.
Что тебя не устраивает? спросил он.
Всё, ответила она прямо.
В каком смысле? уточнил он.
Меня всё не устраивает, Макс, сказала она. Разве это отношения? Прятаться в разных квартирах, когда ты раз в неделю можешь выбраться на полдня? Я в общаге с теми, кого даже назвать друзьями нельзя. Зачем эти сложности, если мы можем жить вместе и радоваться? Ты же меня любишь.
Максим обнял её, но в его глазах оставалась тень.
Я люблю вас обеих, Аглашка, сказал он, и она ждала чегото более. Вместо этого последовало:
Но её больше.
Больше? почти выкрикнула она. А как же я? Я ничего не стою?
Ты многое значишь для меня, солнышко, успокаивал он, но сейчас не время.
«Не время» стало для Аглаи истинным издевательством. Жить в общаге, где соседки молчаливые призраки с книгами было невыносимо. Их разговоры о зачётах и сессиях надоели до предела. Она мечтала о жизни рядом с Максом, о свадьбе, о счастье, но реальность была жёсткой: она была лишь увлечением, тайной, которую Максим скрывал от жены.
С каждым месяцем Аглая всё лучше понимала, что Максим никогда не уйдёт от Оли. Он любит её повзрослому, посемейному. А она лишь интересное приключение, которое вскоре закончится, и она останется ни с чем.
Но пока Максиму ещё нужна была она, могла попытаться подтолкнуть его к выбору.
А что, если пробормотала она, если убрать препятствие?
Препятствие Оля. Женщина, которой она была благодарна за приём, теперь стала лишь преградой на пути к счастью.
***
Май. Петербург, как всегда, пытался выдавать себя за солнечный город. Сумерки медленно опускались на улицы. Оля, как обычно, припарковала машину подальше от подъезда, ведь к моменту её возвращения мест у входа уже нет.
Она шла домой через старую арку, ведущую во двор.
Стой! прозвучало из темноты.
Оля обернулась от неожиданности. Чтото холодное и жгучее ударило её в лицо. Боль была невыносимой, словно огонь обжёг кожу, хотя она успела инстинктивно поднять руку, защищая глаза. Нападавший, тенью мелькнувший за аркой, тут же исчез.
В больнице ей сказали, что это кислота. Левая рука, которой она закрывала лицо, тяжело пострадала, но, по словам врачей, заживет. Правый глаз почти не видит. Операции обещали улучшить состояние.
Максим не отходил от её постели.
Оля поправляйся, а я всё возьму на себя
Тебе не страшно смотреть на меня?
Что ты
Макс, я не понимаю, кто и за что мне так отомстил
Всё заживет, успокоил он, держась за её руку, но лицо его было серым. Он знал, кто мог стоять за нападением.
Полиция быстро нашла Аглаю. Она не могла лгать, страх сковал её, и почти сразу призналась во всём.
Прилетели родители Оли: отец, который редко вмешивался, и мачеха, боявшаяся скандала. Они умоляли Олю не судить дочь.
Оля, прости её, просила мачеха, ей ещё нет двадцати, она влюбилась, сошла с ума
Оля плакала.
Максим ушёл из её палаты и больше не возвращался.
Не он это сделал ответила Оля, а она
Это же твоя сестра, как ты можешь? возразил отец, её посадят, тяжёлый срок
Это её жизнь под откос? возмутилось Олей.
Ты выглядишь нормально, небольшой шрам деньги мы поможем, если нужно
Слова их не успокоили.
Уходите, сказала Оля, пусть Диана (Аглая) отвечает за свои поступки.
Вскоре её выписали, мать забрала её, а подруги уже не были рядом.
В квартире остался комплект ключей, которые оставил Максим, когда ушёл.
Когда настало время развода, он без лишних слов полностью отдал квартиру Оле.
Оля начала долгий путь к выздоровлению: операции, реабилитация, борьба с последствиями. Ироня судьбы не обошла её стороной.
Аглая сидела в камере, глядя на серые стены, и написала Оле письмо с извинениями, но облегчения не нашло.
