Сокрушительная новость: я беременна, а он сбежал, как последний трус!

Изумление было оглушающим: он узнал, что я в положении, и бросил меня, как малодушный трус!

Меня зовут Ольга Иванова, мне 20 лет, и я живу в Завидово, где Тверская область скрывает свои серые будни в тени лесов и водоёмов. Долго я колебалась, стоит ли делиться своей историей, но, прочитав признания других девушек, решилась излить душу. Моя история — незаживающая рана, тень, преследующая и отравляющая каждый мой молодёжный день.

Всё началось в 15 лет. Я влюбилась в парня, Артёма, — он был настолько очаровательным, что казался героем из грёз. Его глаза и улыбка заставляли всех девчонок в школе тайно вздыхать. Я не могла поверить в своё счастье, когда подруга шепнула, что он хочет встретиться со мной. «Ты серьёзно?» — спросила я, а сердце замирало, как птица в клетке. Я согласилась без раздумий. На первой встрече он подарил мне красную розу — я до сих пор храню её, засушенную, между страницами старой книги. Тот вечер был словно сказка: его голос, его тепло — я тонула в этом, не замечая, как падаю в пропасть.

Я отдалась ему — и это стало моим роком. Вскоре я узнала о своей беременности. Мир рухнул. Родители, узнав, смотрели на меня как на чужую: отец молча сжимал кулаки, а мама плакала, словно меня не стало. Я была в ужасе, не находила выхода. А он, Артём, мой прекрасный принц, бросил меня, как трус. Услышав о ребёнке, побледнел, что-то пробормотал невнятное и исчез — будто его и не существовало. Я осталась одна, с этим ужасом, стыдом, с этой тяжестью, разрушившей мою юность.

Дома воцарилась тишина — страшнее криков. Родители отвернулись, обида душила их, а я не знала, куда податься. В итоге, с согласия мамы, я сделала аборт. Это был ад: боль, слёзы, пустота. После этого я замкнулась в себе, как в гробу. Шок был таким сильным, что я не могла поднять глаза на парней годами. С тех пор у меня никого не было — ни встреч, ни чувств. Любовь стала для меня ядом, секс — кошмаром, от которого я просыпаюсь в холодном поту. Я боюсь снова забеременеть, боюсь, что, если это случится, придётся рожать, и этот страх сковал меня льдом.

Я потеряла себя. Моя душа — словно разбитая скрипка, что играет лишь грустные мелодии, в унисон моей меланхолии. Я живу в одиночестве, в вечной печали, где нет места радости. Солнце для меня погасло, улыбки стали чужими, а тень моя — как привидение, что следит за каждым шагом. Я забыла, как говорить с парнями, как смотреть им в глаза без дрожи. Мой голос дрожит, когда кто-то обращается ко мне, а сердце сжимается от ужаса. Я стала ледяной статуей — холодной, хрупкой, неспособной чувствовать тепло.

Иногда я смотрю в зеркало и не узнаю себя. Где та девочка, что смеялась, мечтала, верила в любовь? Артём украл её, растоптал, оставив мне только боль и страх. Я хожу по улицам Завидово, вижу влюблённые пары, и внутри всё кричит: почему не я? Почему моя жизнь — это тьма? Я хочу любить, хочу жить, но каждый раз, когда думаю об этом, перед глазами встаёт его лицо — красивое, лживое, трусливое. Он бросил меня в самый тяжёлый момент, и этот шок до сих пор эхом отдаётся в моей груди.

Я не знаю, как выбраться из этого ада. Страх сковал меня цепями: боюсь довериться, боюсь снова открыться, боюсь повторить тот кошмар. Моя юность должна быть полна света, а я тону в тоске. Друзья зовут гулять, но я прячусь дома, в своей комнате, где только стены знают мою боль. Родители давно простили, но я не могу простить себя — за наивность, за слабость, за то, что поверила ему. Моя роза в книге — как напоминание о том дне, когда я потеряла всё.

Прошу вас, подскажите, как мне жить дальше? Как растопить этот лёд, что сковал моё сердце? Я хочу освободиться от прошлого, но оно держит меня мёртвой хваткой. Мне всего 20, а я чувствую себя старухой, чья жизнь кончилась, едва начавшись. Артём ушёл, но оставил мне этот крест — страх, одиночество, пустоту. Как мне найти силы, чтобы снова поверить в любовь, в людей, в себя? Я устала плакать в подушку, устала бояться. Хочу солнца в своей душе, но не знаю, где его взять. Помогите мне, пожалуйста, я тону в этой тьме и не вижу света.

Rate article
Сокрушительная новость: я беременна, а он сбежал, как последний трус!