Тайна
В подмосковном поселке, будто бы затерянном между лесом и рекой, жила странная девочка по имени Василиса Соловьёва. Однажды ее мать, увлекающаяся приметами и заговорами, привела дочь в избушку к слепой бабе-гадалке Авдотье.
Авдотья шептала над картами, перебирала бусы, потом резко сказала:
Счастлива-то твоя Василиса будет. Лад устроит, счастье найдет. Да только мужа рядом нет, не вижу я мужика-то ни с нею, ни возле.
Василисе тогда было десять лет, мысли вили странные круги, а слова старой ведьмы поселились где-то под лопаткой колко, непонятно и чуть страшно.
Потянулись годы. Василиса выросла красивая коса русая до пояса, глаза чистые, словно утренний туман над прудом. Парни с соседних улиц с ума сходили за ней бегали, пироги носили, даже аккордеон раз как-то под её окнами завывал. Но она легко, будто во сне, меняла кавалеров: один месяц Пашка, другой Валерка, третий и вовсе забыла.
После школы осталась при поселке училась хорошо, но ни в какой университет не подалась. Пошла на местный молокозавод, место получила в цеху. Слух гулял: с начальником романы водит. Но улики где? Никто их вместе не встречал.
Смотри, Василиса, советовали ей ткачихи у станка, не завязни здесь, оторвись от земли, в город езжай. Тебя там с руками и ногами возьмут, да и в Москве за красавицу сочтут.
Василиса слушала, улыбалась так, будто ветерок в волосы залетал, молчала.
Вскоре поселок всколыхнул слух: Василиса-то в положении! Кто ж отец? Ну крутили-вертели языками никто не признался, ни одна тень не упала.
Мать покачала головой лунное лицо стало суровым:
Доигралась, позорище мое! Теперь сама отвечай, ни помощи, ни суда от меня не жди. Месяц тебе, чтоб сгинуть с глаз моих!
Хорошо, мамочка, ответила тихо Василиса, уйду. Только потом не зови обратно.
Две недели минуло, и вот чудо Василиса купила себе избушку на краю поселка. Дом как дом, старый, да добрый. Помогли добрые люди: хозяйку дети увезли к себе в Петербург, домик за копеечку отдали говорят, за сто тысяч рублей, не больше. Как Василиса наскребла хоть такие деньги тайна в тучах осталась.
А тут всё стало как-то не по-земному: дом украсился резными наличниками, забор обновился, колодец с журавлем во дворе вырос. Мужики приезжали на гремучей Газели, всё быстро чинно-чинно делали, вечером исчезали во тьме.
Вот уж и бытовая техника в коробках появилась; резные табуреты мебель новая. А Василиса ходила, будто лебедь по водоему красивая, спокойная, улыбается самому ветру.
Осенью, под покрывалом измороси, родился у нее мальчик Андрейка. Вскоре во дворе качалась голубая коляска свежая, москвичевская. Василиса будто расцвела ещё больше, лицо живое, одежда чистая, аккуратная. Ходила по поселку гордо, даже будто выше забора.
Дома хлопот хватало: ребёнка обстирай, печку топи, в магазин тащи мешок хлеба, с огородом разбирайся. Но не плакала Василиса, не роптала рука у ней сильная, сердце бодрое.
Женщины из соседних домов пригляделись поняли: душа у Василисы добрая, руки трудящиеся. Стали помогать, кто картошку посадит, кто сына Андрюшку понянчит, если надо до аптечки бегать. Понемножку, но помогали, а в целом сама Василиса суждено всё вытянуть.
Шло время. Вот Андрейке почти два года, и вдруг бежит Марфа к Лидии:
Ты видала? Василиса-то опять с животом!
Ну ты и придумала!
Да точно тебе, сама пойди глянь!
Всё поселение опять зашумело кто, мол, осчастливил красавицу во второй раз? Никто, опять же, ничего не видел. Василиса как тень по улице одна, тихая.
Но и тут чудеса: банька на участке выстроилась, газ завели, парник засиял поликарбонатом, как стекло. Откуда деньги? Слух прошёл: Барышник у неё, видать начальник из Москвы. Кивает, а нам не светит.
Вскоре снова голубая коляска. Второй сын Петька. А спустя еще два лета третий мальчонка, Мишка.
Три сына и ни намёка, кто же их отец. Кто смеётся над Василисой, кто пальцем тычет: Да она ведьма! А другие восхищаются мол: Сама как мать героиня, руки трудовые, всё на себе тащит, не пьёт, детей холит.
Родная мать всё так же не принимала к внукам не ходила, Василисы стыдилась.
А сама Василиса всё такая же ходит прямая, никого не боится, никому не плетется за спиной.
Минуло ещё несколько лет. Как-то весной к Василисиному дому подъехал черный Волга. Вышел из машины Сергей Петрович уважаемый весь поселок директор молокозавода, в руках охапка багряных гладиолусов. Шёл, будто по зыбкой дорожке сна, прямо в дом.
Весть ползла по улицам Чего это Сергей Петрович к Василисе? перешёптывались. Недавно жена у него скончалась; долго болела, сама не вставала, он её холил, сиделку нанимал, но не оставлял ни на минуточку.
Когда Василиса гостя провожала, перед избушкой собралась целая толпа. Сергей Петрович вдруг прижал её к себе и на глазах у всех поцеловал. Потом громко сказал:
Василиса согласилась стать моей женой! Мы с сыновьями зовём всех на свадьбу!
Поселок словно выдохнул все вдруг разом поняли, на кого похожи мальчишки Василисы… И посыпались поздравления радостные, будто снег в Рождество.
Свадьба вышла шумная, всей деревней гуляли, Василиса с тремя сыновьями переехала в просторный дом Сергея Петровича. Помогали все посуду, вещи, даже кошку Серую на крыше переносили.
А через год родилась у них долгожданная дочка Марфуша.
Вот и верь после этого московским гадалкам…
