«Судьба на больничной койке»: История любви медсестры Виолетты и пациента Дмитрия, которого бросила жена Алла — о предательстве, вере в исцеление и рождении новой семьи на фоне борьбы с туберкулёзом в российской глубинке

СУДЬБА НА БОЛЬНИЧНОЙ КОЙКЕ

Женщина, давайте, выхаживайте его сами! Я возле него даже стоять боюсь, не то что с ложки кормить, резко бросила пакетом с продуктами на кровать мужа Мария, жена тяжелобольного.

Не волнуйтесь так, Мария. Ваш муж обязательно пойдет на поправку, главное хороший уход сейчас. Я помогу Сергею снова встать на ноги, мне, медсестре, не впервые пришлось успокаивать родственников больных, особенно если речь идет о туберкулёзе.

Сергея привезли прямо из родного городка Владимирово, состояние было тяжелое, но, слава Богу, надежды на выздоровление хватало. Важно, что сам пациент хотел жить а это уже половина успеха. Жалко, правда, что Мария совсем не верила в медицину. Порой мне казалось, что она будто заранее смирилась с судьбой мужа и уже внутренне простилась с ним.

Со временем, скажу сразу, и их сын Савелий спустя много лет попадет в такую же беду: туберкулёз в открытой форме. Мария и здесь сразу отмахнется от сына, поставит на Савелии крест. Но вопреки всему Савелий победит болезнь.

Несмотря на диагноз, Сергей шутил, смеялся и всеми силами старался поскорее вырваться из стен тубдиспансера. Их поселок маленький, до Иваново далеко добираться до больницы, Мария наездами редко навещала мужа. Жалко было Сергея: совсем заброшенный, небритый, в старенькой майке и штанах.

Серёжа, ничего если я принесу вам тапочки да чистую рубашку? Гляжу, у вас и обуви сменной нет, всё в ботинках ходите. Разрешите передать кое-что? пыталась подбодрить я.

А от вас, Наталья, что угодно приму, хоть лекарство, хоть да и не надо, вылечусь сам всё себе куплю, рассмеялся он, легко сжав мою руку.

Я робко высвободилась и вышла в коридор, а сердце отчего-то стучало так, словно я школьница. Влюбилась?.. Да что за глупости! Ведь нельзя вмешиваться в чужую семью, грех это ломать чью-то жизнь. Но чувства, ох, этим сердцу не прикажешь, сколько себя ни убеждай…

Я всё чаще заходила к Сергею: во время ночных дежурств разговаривали подолгу обо всём на свете. Как-то незаметно перешли на «ты».

У Сергея пятилетний мальчик.

Савелий на маму, конечно, похож: и внешностью, и характером. Я Марию любил, как никто, всё для неё делал. А вот любит она только себя, признался он однажды. Эгоизм дело страшное, разъедает изнутри. Даже сейчас ты за мной ухаживаешь, чужой человек, а жена…

Может, далеко ездить просто тяжело, пыталась я оправдать Марию.

Да ладно! Как в русской пословице: «Жена мужа любила да в Сызрано сбежала». К любовникам по три дня в пути, а до меня не доедет рассердился Сергей.

Спокойной ночи, Серёжа. Не руби с плеча всё образуется, пожелала я, выключая свет.

Легко сказать не смертельно ведь, если жена изменяет? Но для человека, лежащего беспомощно и ждущего поддержки, малейшее предательство кажется бедствием.

Прошла неделя. Как-то на смене услышала шум в палате Сергея. Вскочила.

Чтоб ноги твоей здесь больше не было, слышишь?! кричал он на Марию, та выскочила в коридор, хлопнув дверью.

Что случилось? осторожно спросила я. Он отвернулся к стене и мелко дрожал. Пришлось сделать укол успокоительного.

… Месяц пролетел, Мария ни разу не пришла. Я набралась смелости:

Серёжа, может, позвонить твоей жене?

Не надо, Наталья. Мы с Марией разводимся, сказал он спокойно.

Это из-за болезни? Ты же почти поправился удивилась я.

Нет. В тот раз Мария приехала, чтобы сказать: у неё появился мужчина. Мол, пусть этот мужик у нас поживёт, раз всё со мной под вопросом ей мужские руки нужны, крыша протекает… Всё выяснилось.

Больше сказать ничего не могла: ошеломлена была предательством Марии. А вскоре она приехала с тем мужчиной. Сергей их не видел а я наблюдала из окна: новый возлюбленный сидел на скамейке, нервно куря, Мария к нему выскочила, чмокнула в щёку, что-то шепнула, и исчезли за углом.

Серёжа, тебя выписывают, сказала я ему однажды.

Наталья, а знаешь… Да нет, забудь…

Я согласна, если ты это хотел спросить. Не ошиблась? решилась я, не скрывая чувств.

Он улыбнулся:

Наталья, мне и жить негде стало. Пустишь ко мне?

У меня есть ребёнок, Женя. Если примешь его у нас получится настоящая семья, решила не таить.

Женя не помеха, я его уже люблю, ответил он, и я почувствовала, как в душе расцвела надежда.

… Много лет прошло, и зим, и весен. У нас с Сергеем двое общих детей, мы смогли построить хороший, тёплый дом. Савелий, сын Сергея, часто приезжает к нам со своей семьёй. Моя дочь от первого брака живёт далеко, в Белоруссии. Хотя, если откровенно, брака-то у меня и не было: просто в юности поверила красивым словам, но счастья не вышло. Теперь и не жалею.

А что до Марии она потом ещё не раз выходила замуж, родила сына, да тот всю жизнь страдал недугами, никто особой любви к нему не проявлял, и в итоге, когда Марии не стало, парень попал в интернат.

Мы с Сергеем уже пожилые, но ценим друг друга, любим как в молодости, бережём каждый миг рядом. Вот и выходит: жизнь всегда даёт второй шанс только главное вовремя увидеть, кто и как тебя поддержал в трудную минуту. Ведь настоящее счастье не там, где ждали. А там, где научились беречь, ценить и заботиться друг о друге.

Rate article
«Судьба на больничной койке»: История любви медсестры Виолетты и пациента Дмитрия, которого бросила жена Алла — о предательстве, вере в исцеление и рождении новой семьи на фоне борьбы с туберкулёзом в российской глубинке