Дневник, 12мая2024г.
Сегодня, зайдя в квартиру, я сразу заметила ту пару туфлей на входном ковре привычный знак, что отдых будет недоступен. Галина Викторовна, моя вторая теща, вышла из кухни, будто её вызвали в суд в качестве обвинителя.
Тоже к ней опять пришла? спросила она, глядя на меня. А дом, муж, ребёнок всё в сторону. Хорошо, что я заглянула, иначе они бы сидели, как безмозглые, голодные.
Галина Викторовна, Николай уже знал, что я задержусь сегодня. Ужин я уже приготовила, ему лишь разогреть. Он и без вашей помощи справится, ответила я, стараясь не дрожать голосом.
За десять лет брака с Николаем я уже привыкла, что теща всегда чегото недовольна, её слова для меня звучат, как радио, которое не выключают с утра до вечера.
В начале всё было сложнее. Галина Викторовна стала второй тещей после Татьяны Семёновны, первой тактичной и деликатной. Татьяна никогда не вмешивалась в наш быт, не давала непрошенных советов и не навязывалась. Но когда нужна была помощь, она всегда рядом. Я помню, как она ночами сидела с трёхмесячной Алёной, когда та перепутала день с ночью, как приходила, забирала внучку на прогулку и говорила мне:
Не делай сейчас ничего, просто отдохни. Лёша придёт, сам ужин приготовит.
Когда Алёне исполнилось пять, на работе у Олексия произошла авария, и я осталась вдовой. Татьяна, потеряв единственного сына, в тот трудный момент не бросила ни внучку, ни меня. Первые три месяца после утраты мы жили под одной крышей, поддерживая друг друга.
Я предложила Татьяне оставаться со мной, но она переехала в собственную квартиру:
Елена, тебе всего двадцатьвосемь. Ты молодая, ещё найдёшь своё счастье. А я зачем мне в твоих ногах путаться?
Я вышла замуж за Николая три года назад, но Татьяну я не оставила. Её родители жили далеко, поэтому первая теща почти стала мне матерью, а в Алёне я уже не слышала души бабушки.
Поэтому поведение Галины Викторовны, которая решила, что имеет право управлять моей квартирой как хозяйка, ужасно меня шокировало. После её первого визита я попросила Николая объяснить маме, что я принимаю её лишь в гостях, а визиты должны согласовываться.
На её слова о добрых намерениях я ответила:
Мне уже не восемнадцать. Я уже тогда, когда уехала учиться, была достаточно самостоятельна.
А после того, как я прожила семь лет с мужем, меня не нужно учить готовить и убирать. Я сама могу многому научить.
Приду к вам, Галина Викторовна, пройдусь по углам с белой тряпкой устрою вам «ревизор».
Николай, как настоящий рыцарь, поддерживал меня и, если я «путала берег», сам разбирался с этим.
В итоге я отучила вторую тещу не вмешиваться в мои домашние дела и воспитание детей. Когда через год после второго брака я стала мамой сына, Галина Викторовна со своими советами почти не лезла. Но её подруга, известная в нашем районе, постоянно рассказывала ей, как она «воспитывает» жену младшего сына.
Галина тоже хотела поделиться, но гордиться нечем. Единственное её «отточка» постоянные недовольства тем, что я навещаю Татьяну и помогаю ей.
Хорошо бы эта старушка была ей родственной! Пока Алёна была маленькой, я отправляла её на дачу к бабушке летом даже радовалась.
А теперь девочка учится в городе, а вы всё ещё к ней ездите. Уже столько лет прошло! И она несколько раз в неделю к вам приезжает, говорила она подруге.
Последний год я действительно чаще навещала первую тещу. Галина называла Татьяну «старой», хотя та была всего на семь лет старше меня. Но болезнь не щадит никого: Татьяна тяжело заболела, её донёс к нам в дом, а потом в больницу.
На посторонних деньги тратятся, упрекала она.
Не волнуйтесь, Галина Викторовна, Татьяна продала дачу, у неё хватает средств на лечение, и у вас она ничего не будет занимать, ответила я.
Когда Татьяне стало совсем плохо, я наняла ей сиделку и взяла отпуск, чтобы проводить с ней полдня, пока Николай на работе, а сын в школе.
Эти меры лишь отложили неизбежное: через некоторое время Татьяна ушла.
Тогда Галина показала живой интерес к наследству первой тещи.
Да, дача продана, но деньги не потрачены полностью. Пенсия её была неплохая наверно, есть сбережения.
А двухкомнатная квартира точно перейдёт наследникам, размышляла она, но я пока не задавала ей вопросов, опасаясь.
Она обратилась к сыну, но ответ её не утешил.
На кого написан завещание? На Алёну, ведь она её родная внучка.
А Света, зачем она к старой бегала? удивилась мать. Представляю, как она будет рыдать!
Не переживайте за меня, сказала я. Я давно знала, что Татьяна оставит всё Алёне. Я даже с ней была у нотариуса год назад.
Почему ты так ухаживала, если знала, что ничего тебе не достанется? удивилась Галина. Пусть Алёна сама её и ухаживает.
Я бы вам всё объяснила, но боюсь, что вы не поймёте, ответила я.
В назначенный срок наследство оформилось, Алёна получила все документы на квартиру и вклад. Было решено, что пока она учится и живёт в общежитии, квартира будет сдаваться, а доходы переводиться на её счёт в гривнах. После окончания университета она сама решит, вернётся ли в родной город или останется в областном центре, продаст ли квартиру и купит новую.
Услышав, что квартира будет сдаваться, Галина Викторовна предложила:
Зачем пускать чужих людей? Они всё испортят. Пусть пока здесь живёт моя дочь Ксения.
Тридцатипятилетняя Ксения, младшая дочь Галины, ещё жила с матерью. Она была симпатичной, со стройной фигурой, имела высшее образование и работала. Случались романы, но брака не было.
Галина, как любящая мать, постоянно переживала за Ксению:
Почему Ксения не счастлива? Вот Елена вдова с ребёнком, а мой Николай стал её мужем! думала она.
Она считала, что если у дочери будет собственная квартира, та выйдет замуж.
Не важно, что сейчас квартира Алёны, размышляла она. За тричетыре года всё может измениться: Алёна найдёт мужа с квартирой, и тогда можно будет убедить её подарить её Ксении. Но об этом я пока молчу.
Как же разочаровалась Галина, когда Алёна отказалась сдавать ей квартиру:
Она не будет платить, как другие арендаторы, сказала Алёна. Я планирую в будущем взять ипотеку, может, перееду в столицу после университета. Так что пусть деньги копятся.
Жадная ты, Алёна, всё только о себе, крикнула в ответ мне Галина. Если бы у тебя была квартира, Ксения могла бы выйти замуж.
Мама, у тебя трёхкомнатная, продай её, купи однокомнатную и дай Ксении, предложил Николай.
Ты интересный, возмутилась она. Эта трёхкомнатная моя, ваших «частей» в ней нет. Почему я должна в старости тесниться? Я всю жизнь в этой квартире живу и никуда не переезжаю.
Не ты интересный, а вы, вмешалась я. Не хотите пожертвовать своей квартирой для родной дочери, а чужой лишь рот открываете.
Так и осталась Ксения с матерью. Алёна сдаёт свою квартиру, пока учится, потом продаёт её и покупает новую в областном центре. В столицу она съезжает лишь на неделю. Как говорят: «Где нет твоих, там и не будет красоты».
Вот так живут наши семейные ветви, сплетённые узлами обид, забот и надежд. Пишу, чтобы разобраться в себе.
—Елена.
