Да что же делается?! Ключ не подходит! Вы что, забаррикадировались? Катя! Дима! Я же знаю, что кто-то есть дома, счётчик ведь крутится! Открывайте срочно, у меня сумки тяжёлые, руки уже болят!
Голос Марии Павловны, звенящий и властный как школьный звонок на урок, разносился по всему подъезду. Эхо разлеталось по выкрашенным в бежевый стены и проникало даже за двойные двери соседей. Мария Павловна стояла у двери сына, неистово дергала ручку и пыталась запихнуть свой старый, потёртый ключ в новую блестящую скважину. Рядом на полу стояли два цветных пакета с торчащими пучками подвядшего укропа и горлышком банки с мутно-белым содержимым.
Катя, поднимаясь на четвёртый этаж, замедлила шаги. Она задержалась на площадке ниже, прижалась к стене и пыталась успокоить стремительно бьющееся сердце. Каждый приезд свекрови был для неё стрессом, но сегодня был особый день. Именно сегодня её терпение, копившееся шесть лет, лопнуло сработал долгожданный план по защите своей жизни.
Катя глубоко вдохнула, поправила ремешок сумки и, нацепив приветливую маску, неспешно вышла к двери.
Мария Павловна, здравствуйте, спокойно произнесла она. Не нужно так кричать, соседи полицию вызовут. И дверь ломать не стоит сейчас всё стоит денег.
Свекровь резко повернулась. Её лицо в обрамлении крепких локонов от свежей химии багровело от негодования, а маленькие глаза метали молнии.
А, вот и ты! воскликнула она, упирая руки в боки. Я тут стою, надрываюсь, звоню, стучу ноль реакции! Почему ключ мой не открывает? Вы что, замок сменили?
Да, сменили, подтвердила Катя, не повышая голоса, и извлекла из сумочки вязанку новых ключей. Вчера вечером мастер приходил.
И не удосужились даже матери сообщить? вскипела Мария Павловна. Я приехала продукты привезти, о вас забочусь, а меня на порог не пускают! Давай ключ сюда, срочно! Мне мясо надо в морозилку положить, оно уже течёт!
Катя подошла к двери, загородила собой проход и спокойно встретилась взглядом со свекровью. Прежде она бы забеспокоилась: кинулась бы искать второй ключ, чтобы “мама” не сердилась. Но после того, что случилось два дня назад, у Катерины не осталось желания быть удобной.
Ключа не будет, Мария Павловна, твёрдо сказала она.
Послышалась зловещая пауза. Свекровь уставилась на невестку, как на инопланетянку.
Ты что мелешь? прошипела она. Переутомилась на работе? Я мать твоего мужа! Я бабушка ваших будущих детей! Это квартира моего сына!
Это квартира, купленная нами с Димой в кредит, и платим мы за неё вместе. А первый взнос от продажи квартиры моей бабушки. Но даже не в этом дело. А в том, что вы, Мария Павловна, переступили все границы.
Свекровь вскинула руки, чуть не задев свою банку в пакете.
Какие ещё границы? Я для вас стараюсь! Помогаю! А вы… Молодёжь пошла: кушаете неизвестно что, деньги транжирите. Я приехала ревизию навести, порядок в доме, а мне тут какие-то “границы”!
Именно ревизию, Катя почувствовала холод внутри, но голос звучал спокойно. Давайте вспомним, что было позавчера. Мы с Димой на работе. Вы открываете дверь своим ключом. И что делаете?
Холодильник вымываю, естественно! с гордостью заявила Мария Павловна. Там бардак, банки неизвестно какие, сыр этот вонючий, фу! Всё выкинула, полки помыла, нормальной еды загрузила борща, котлет нажарила.
Вы выбросили камамбер за три тысячи рублей, стала перечислять Катя, загибая пальцы. Вылили соус, который я полдня готовила: показался вам “зелёной жижей”. Выкинули упаковку стейков из мраморной говядины сказали, мясо “плохое”. А главное вы вынесли все мои кремы из дверцы холодильника в ванную, там жара, всё испортилось. Ущерб тысяч на пятнадцать. Но даже не в деньгах дело вы копаетесь в моих вещах.
Я спасла вас от отравления! завопила свекровь. Твой сыр есть нельзя, а мясо нормальное должно быть красным! Я вот курицы вам привезла, всё по диете! И супчик свежий!
“Супчик” на тех костях, от которых вы неделю назад сами всё пообгрызли? не выдержала Катя.
Это же насыщенный бульон! возмутилась Мария Павловна. Ты, Танечка… Катя, в общем, совсем избаловалась! В моей молодости мы за любую кость радовались, а ты… Ты не хозяйка. В холодильнике бардак. Йогурты, травы… Где сало? Где варенье? Вот, привезла вам солёные огурцы, квашеную капусту. Ешьте на здоровье!
Катя взглянула на банки. Белёсая жидкость и запах капусты, пробивающийся сквозь полиэтилен, доверия не внушали.
Мы столько солёного не едим, Диме нельзя, у него почки, устало ответила Катя. Мария Павловна, я просила не приходите без звонка, не трогайте мои вещи. Вы меня не слышите. Считаете, раз у вас ключ, квартира склад вашей закваски. Потому и замки сменены.
Как ты смеешь! шагнула свекровь вперёд. Сейчас Диме позвоню он откроет, матери не откажет!
Звоните, кивнула Катя.
Мария Павловна достала свой старенький телефон.
Димочка! Сынок! завопила она с такой силой, что даже Катя поморщилась. Твоя жена меня на порог не пускает! Замки поменяли! Я тут стою, как нищая, сердце болит! Быстро приезжай, разбирайся с этой грубиянкой!
По мере того как она слушала сына, выражение лица менялось от торжества к растерянности.
Что значит “я в курсе”? Ты знал про замки? Ты позволил ей? Я всю жизнь вам посвятила!
Она повесила трубку и смерила Катю злобным взглядом.
Ну ничего. Он приедет, разберёмся. Не осмелится мать выгнать.
Катя молча повернулась к двери, открыла замок.
Я домой, а вы, Мария Павловна, ждите Диму здесь. В квартиру не пущу.
Ещё посмотрим! рявкнула свекровь, пытаясь просунуть ногу, как настоящий “засланец”.
Но Катя была готова: быстро проскользнула внутрь и, не раздумывая, захлопнула тяжёлую дверь прямо перед самым носом. Замок щёлкнул. Потом второй. Потом задвижка.
Катя прислонилась к прохладной двери, закрыла глаза. За нею бушевала Мария Павловна: топала, стучала, кричала угрозы и обвинения, от которых вянут уши.
Неблагодарная! Змея! В опеку напишу, что мужа голодом моришь! Участкового позову! Открой сейчас же! У меня тут капуста прокисает!
Катя пошла на кухню. В холодильнике пугающая чистота, только кастрюля с “борщом” от свекрови. Запах прокисшей капусты ударил в нос. Катя плеснула содержимое в унитаз, кастрюлю выставила на балкон.
Она налила себе воды. Руки дрожали. Сколько лет она терпела бесцеремонные визиты в шесть утра, стирание вещей дешевым порошком, мириады советов “как быть женой”. Но холодильник стал последней каплей. Это её территория. Либо она сейчас отстоит свои границы либо семья рухнет.
Вскоре за дверью стало тихо видно, Мария Павловна решила сберечь силы.
Через двадцать минут затрещал замок. Катя напряглась. Вошёл Дима, усталый, с помятым галстуком. За спиной маячила свекровь ещё злее, но уже менее уверенная.
Вот, сынок, всхлипнула она, пытаясь прорваться внутрь. Видишь, как она с матерью поступает! Несёт что попало, даже порог переступать запретила! Давай вноси сумки: котлеты, борщ
Дима перегородил ей дорогу. Оставил портфель на тумбочке, повернулся к матери:
Мама, сумки оставь в коридоре. В квартиру ты не зайдёшь.
Мария Павловна остолбенела. Пакет с капустой шлёпнулся на пол.
Что? Дима, ты что говоришь? Родную мать выгоняешь из-за этой…
Мама, прекрати ругать Катю, голос Димы был тихий, но решительный. Мы вчера с ней до ночи разговаривали. Я понял, что ты рушишь наш быт и бюджет своими вторжениями. Ключ был для экстренных случаев. А не для ревизий. Замок сменён, нового ключа не будет.
Да подавитесь вы своим ключом! Ноги моей тут больше не будет! Прокляну!
Она схватила сумки. Один пакет порвался, и морковки покатились по лестничной клетке.
Всё для вас… А вы… Она пнула овощ и, плюнув на коврик, медленно спустилась по лестнице. Её ругань слышали ещё долго.
Дима закрыл дверь. Опустился на пуфик:
Как ты?
Катя обняла мужа.
Лучше, чем за все эти годы. Спасибо, что поддержал.
Если бы не поддержал сейчас, мы бы всё потеряли, сказал он.
Катя вдруг рассмеялась нервно, облегчённо:
Слушай, там морковку надо убрать. Соседи решат у нас склад овощей!
Сейчас, улыбнулся Дима. Иди отдыхай, сегодня ты молодец.
Вечером они сидели на кухне холодильник был пуст, но им было спокойно. Свобода! Можно заполнить всё тем, чем хочется. Заказали огромную пиццу вредную, сочную, с тремя сырами. Ту самую, какую Мария Павловна называла “позор европейской еды”.
Думаешь, она не вернётся? осторожно спросила Катя.
Она гордая месяц продержится, потом начнёт звонить, рассмеялся Дима. Пусть звонит, но ключ не получит больше никогда.
В этот момент раздался звонок в дверь. Катя и Дима вздрогнули.
Кто там?
Доставка продуктов! бодро отозвался курьер.
Катя только сейчас вспомнила, что с утра заказала в супермаркете свежих овощей и фруктов.
Через десять минут они разбирали пакеты: салат, помидоры, йогурты, стейки. И важный штрих сыр с голубой плесенью.
Катя ставила продукты в холодильник с удовольствием. Это теперь её холодильник. Её правила.
Дим, вдруг сказала она, а давай ещё дополнительный замок на дверь поставим? И глазок новый?
Дима обнял её:
Давай! Теперь это наш дом по нашим законам.
Они стояли у мягкого, сверкающего свежестью холодильника и впервые за много лет чувствовали себя по-настоящему счастливыми. Иногда для мира в семье важно не допускать никого туда, где царит ваше счастье. И стоит ли бояться перемен, если они возвращают вам уверенность, покой и свободу быть собой? Бывает, счастье зависит лишь от крепких дверных замков и здоровых границ.
