Развод раздавил Анну, словно асфальтовый каток. Она боготворила мужа и не ждала подлости от того, кого называла “мой верный Сашка”. Но он изменил — с её лучшей подругой. В один день она потеряла двоих, кому доверяла. Вера в мужчин рассыпалась в прах. Раньше, слыша “все мужики сво…”, она отмахивалась: “Мой-то не такой”. Теперь предательство выжгло душу, и она поклялась больше не подпускать никого к своему сердцу.
Аня воспитывала дочь Свету. Бывший муж исправно платил алименты, изредка навещал девочку, но отцовских чувств не испытывал. Аня смирилась: вековая девичья доля. Она даже начала находить в этом странное утешение — жизнь без мужчины оказалась предсказуемее. Но судьба, как известно, любит подкидывать сюрпризы.
На корпоративе в уютной кафешке под Тулой Аня познакомилась с Виктором — братом коллеги. Он тоже пережил развод, и, что удивительно, его сын Женя жил с ним, а не с матерью. Виктор объяснил: мальчик сам выбрал отца, а бывшая жена, увлёкшаяся новым мужчиной, даже не спорила. Подросток ей был только обузой.
Тот вечер растопил лёд в душе Анны. Она почувствовала забытое щемящее чувство, будто снова стала девочкой-школьницей. Виктор тоже не остался равнодушным. Двое, израненные жизнью, боялись новых отношений, но искра между ними разгоралась вопреки всем страхам.
Виктор выпытал у сестры телефон Анны и, набравшись смелости, позвонил. Не называя это свиданием — в их-то возрасте как-то неловко, — предложил просто встретиться поболтать. Они засиделись в маленьком ресторанчике до глубокого вечера, не замечая времени. Потом была вторая встреча, третья…
Однажды, когда Света гостила у отца, Аня пригласила Виктора к себе. После той ночи оба поняли: расставаться больше не хотят. Их любовь, взрослая и осознанная, казалась спасением. Но оставалось одно “но” — дети.
У обоих были подростки. Женя, сын Виктора, был на год старше Светы. Разные характеры, интересы, компании. Сначала Аня и Виктор просто встречались, изредка вывозя детей куда-нибудь вместе, но с грустью замечали: Света и Женя не просто игнорируют друг друга — они едва скрывают раздражение.
Через полтора года Виктор не выдержал. Он сделал Анне предложение. Он любил её так, что сердце колотилось, как у пацана, но при этом понимал: ему нужна настоящая семья, не такая, как с бывшей. Тайные встречи его уже не устраивали. Аня, ошеломлённая, согласилась. Ей тоже хотелось засыпать и просыпаться рядом с любимым, вместе варить утренний кофе, смотреть старые комедии по вечерам.
Они всё обсудили. Двухкомнатные хрущёвки для разнополых подростков не подходили. Продав квартиры и добавив сбережения Виктора, они купили просторный дом в пригороде. Оставалось самое сложное — поговорить с детьми.
Решили говорить по отдельности. “Я не хочу жить с Виктором и его сыном!” — взорвалась Света. “Встречайтесь, если хотите! Зачем вам этот цирк?” Аня понимала дочь, сердце сжималось от жалости. Ради неё Свете придётся привыкать к новым людям. Но она знала: через пару лет дочь улетит из гнезда, а что останется ей? Одиночество? Вокруг полно матерей, положивших жизнь на алтарь детей, а потом требующих того же взамен. Аня не хотела такой участи. Твёрдо, но мягко она сказала: “Решение принято. Но твоё мнение для меня важно, и ты для меня — самое главное”.
Света надулась, но спорить не стала. Её отец, женившийся в очередной раз, звонил всё реже, и девочка чувствовала себя брошенной. После долгого разговора она нехотя согласилась, поверив, что мать её не предаст.
У Виктора разговор прошёл не легче. “Почему я должен жить с какой-то соплячкой и её мамашей?” — буркнул Женя. “Потому что я люблю Анну”, — спокойно ответил отец. “Тогда я к маме уеду!” — выпалил сын. “Пожалуйста, — не дрогнул Виктор. — Но мне будет горько, если ты сбежишь. Кстати, у мамы ты будешь ютиться в однокомнатной, а мы покупаем дом. Я думал во дворе спортплощадку сделать…” Женя, поёрзав, сдался. “Но не жди, что я буду звать её сестрой”, — бросил он. “А я прошу только уважения”, — ответил отец.
Света тоже заявила, что Женя ей не брат и общаться не собирается. Свадьбу сыграли скромно, в узком кругу. Дети сидели с каменными лицами, всем видом показывая, как им противна эта затея.
Через неделю семья переехала в новый дом. Комнаты оформили по вкусу детей — они были такими же разными, как их хозяева. Света, ранняя пташка, вставала с первыми лучами, бродила по дому, пока все спали. Женя, сова, засиживался за компьютером до утра, а в выходные отсыпался до полудня. Света ненавидела селёдку, Женя мог есть её хоть три раза в день. Она фанатела от K-pop и дорам, он слушал рок и смотрел боевики. Общего — ноль.
Но неожиданно Света привязалась к Виктору. Её отец пропал из жизни, и мужское внимание было ей необходимо. Виктор, хоть и строгий, относился к ней тепло, иногда даже баловал больше, чем Женю. «Она же девочка», — говорил он. Женя, в свою очередь, сблизился с Аней. Его мать всегда была далека, а теперь, увлёкшись новым бойфрендом, и вовсе забыла о сыне. Аня же умела слушать, не лезла с нравоучениями, и вскоре Женя начал делиться с ней сокровенным.
Родители мечтали, что дети подружатся, но через полгода ничего не изменилось. Они ходили в школу разными дорогами, в классах общались с разными компаниями, вечерами сидели по своим комнатам. Аня с Виктором смирились: лишь бы не дрались.
Всё изменил один случай. У Светы завелся назойливый поклонник — парень из параллельного класса. Он ей был противен, да и вёл себя странно: слал десятки сообщений, подбрасывал записочки, караулил после школы. Света прямо говорила ему “отстань”, но он будто не слышал.
Однажды после театрального кружка Света задержалась. Выйдя из школы, она столкнулась с ухажёром. “Он схватил её за руку, но тут из-за угла выскочил Женя с друзьями, и парень, услышав грозное “отвали, придурок!”, поспешил ретироваться.
