И что теперь, он с нами жить собирается? спросил Игорь Владимирович, взглянув на жену, а потом на сына.
Вера Ивановна зашла домой и остановилась на пороге: Дима. Сын, которого она не видела в будние дни уже не первый год ведь с женой он жил отдельно, приезжал разве что к воскресному борщу мама, да редко, на пару часов. Но сегодня был вторник, середина дня, и Дима стоял один на их пороге, растерянный и с потухшими глазами.
Что-то случилось? не поздоровавшись, тихо спросила Вера Ивановна, прищурившись.
Неужели тебе неприятно меня видеть? попытался улыбнуться Дима, но наткнувшись на серьезный материнский взгляд, сдался и выдохнул: Я от Ольги ушёл.
Как это ушёл? голос Веры Ивановны стал ледяным.
Строгость, что была её визитной карточкой и на работе она ведь трудится воспитателем в колонии для несовершеннолетних, не отпускала её и дома.
Мы… сильно поссорились, буркнул Дима, опустив плечи и явно не желая развивать тему.
Ну и что теперь? После каждой ссоры к маме прибежишь? прищурилась она, в упор посмотрела сыну в глаза.
Мы решили развестись! вырвалось у него наконец.
Вера Ивановна смотрела не мигая. Требовала объяснений одним взглядом. Дима тяжело вздохнул:
Она хочет, чтобы я ещё по дому помогал А я с работы прихожу еле живой.
И что, руки у тебя отсохли? не поддержала его мать, нахмурившись.
Она тоже мне так говорит! А я ей ответил, что женщина за очаг отвечает, ей и бытом заниматься.
Откуда ты эту чушь вынес? уже раздражалась Вера Ивановна, усталость после смены давала о себе знать. Душ принять, за стол с мужем сесть вот чего ей хотелось. А тут сын с его обидами да старомодными «мужскими» амбициями. Не такого воспитания она ему давала! Всю жизнь с Игорем вместе: работали бок о бок, дом вместе тащили, детей растили, и слова грубого о разделении труда между собой не слышали. А тут, можно сказать, «пещерный мужчина» объявился.
Я спрашиваю, где нахватался этой ерунды? повысила голос, так что Диме не по себе стало. Что, весь день мамонта добывал и на диван теперь? Вы оба работаете, оба зарабатываете, вместе и дом вести должны. Хотел, чтобы она уволилась? Нет? Тогда чего выделываешься? Видел хоть раз, чтобы мы с отцом из-за домашних дел ругались? Вот и нет Потому что у нас ума хватило идти в одной упряжке!
В этот момент, дверь хлопнула, вошёл Игорь Владимирович, усталый, с сумкой продуктов. Увидев сына, только поднял брови:
Что стряслось?
«Одинаковые вопросы», подумал Дима, а вслух сказал:
Мы с Ольгой разводимся.
Ну и дурак… коротко бросил отец, пошёл разбирать покупки.
Игорь, у нас сын вконец умом тронулся! сообщила Вера Ивановна мужу и рассказала все в деталях.
И что, он у нас останется? спросил Игорь, повернувшись к жене, потом глянул на Диму:
А ты знаешь, что слово «супруг» это тот, кто в одной упряжке? Семейную телегу надо на равных тянуть! Если один бросает работу, другому за двоих горбатиться. А финал всегда плачевный: или кто-то сломается, или всё развалится.
Дима замолчал, обижаясь, ждал сочувствия, а получил от родителей настоящих партнёров по жизни только упрёк, да урок. Они, как обычно, разложили продукты, собирались за стол, не особо обращая внимание на сына мол, взрослый, разберись сам. Дима чувствовал себя чужим в этом таком родном доме, где царила простая, непоказная гармония, где матерились только в шуточных спорах по поводу рецепта окрошки, и всегда вместе.
Чего стоишь? Давай, иди с женой мирись! строго сказал отец, не принимая возражений. И забудь всю эту глупость: кто кому что должен. Беречь нужно друг друга! Вот и весь секрет. Всё, иди, у нас с матерью свои заботы.
Дима вышел в вечернюю прохладу огорошенный, совершенно не то, что ожидал. Но злость на Ольгу растворилась, осталась досада на самого себя. Лишь одно он понял точно: такую семью как у родителей он непременно построит.
