Тётя Рита
Мне 47 лет. Я самый обыкновенный человек. Женщина, о которой, как говорится, песен не пишут. Невзрачная, без особой внешности или привлекательной фигуры. Одиночка. Замужем никогда не была и не стремлюсь. Считаю, что все мужчины одной породы: лишь бы пожрать всласть и валяться перед телевизором. Впрочем, никто и не звал особо: ни жениться, ни даже встречаться. Мои родители пожилые люди, живут в Архангельске.
В семье я одна. Нет ни братьев, ни сестёр. Есть двоюродные по линии отца, но с ними не общаюсь, да и не тянет. Я пятнадцать лет живу и работаю в Москве. Обыкновенная пятидневка: офис дом. Проживаю на окраине столицы, в неприметной многоэтажке.
Цинична и недоверчива, никого особенно не люблю. Дети не моя тема. По традиции на Новый год съездила к родителям раз в год навещаю Архангельск. Вернулась, решила заняться холодильником: перебрать замороженное выкинуть старые пельмени, котлеты, что лежали месяцами неприкасаемые. Всё сложила в коробку понесла к мусорке.
Жду лифт, открывается дверь внутри мальчишка, лет семи. Видела его с матерью, ещё у них грудничок. В голове мелькнула мысль: «Ну и мамаша, нагуляла». Мальчик с интересом следит за коробкой. Вышли из лифта. Я иду к контейнеру, он следом. Тихо, с опаской спрашивает: «Можно взять?» Отвечаю: «Там старое, не знаю» Тут же думаю, если хочет пусть берёт. Оно и не пропало вовсе. Прохожу мимо, оборачиваюсь машинально а он аккуратно перекладывает пакеты, прижимает к себе.
Я спрашиваю: «А где твоя мама?» Он отвечает: «Мама болеет, сестрёнка тоже. Не может встать». Повернулась и пошла домой как будто событие не стоит внимания. Поставила себе ужин, села за стол. Но что-то внутри задело. Всё думаю о пацане. Я ведь не из тех, кто кидается помогать. Но вдруг что-то щёлкнуло: быстро собрала всё, что было в холодильнике колбасу, сыр, молоко, печенье, картошку, лук, даже мясо замороженное захватила. Иду к лифту и тут понимаю: не знаю их этаж, только помню, что они повыше.
Начала ходить по этажам. Второй раз открываю прямо тот же мальчишка открывает дверь. Узнал меня, молча отошёл, впуская внутрь. В квартире бедно, но чисто до блеска.
Мать лежит согнувшись, рядом с малышкой. На столе тазик с водой и тряпки для компресса. Видно, что температура сбивает тряпками. Девочка спит, дышит тяжело. Спрашиваю парнишку: «Лекарства есть?» Он кивает, показывает старые просроченные упаковки. Подхожу к женщине, трогаю лоб горит. Она открывает глаза, с испугом всматривается. Потом резко села «Антон где?» Объяснила, что я соседка. Спросила про симптомы, вызвала скорую.
Пока ждали врачей, напоила её чаем, дала поесть колбасы. Ела молча, быстро, видно голодна. Как же она ещё кормила грудью? Приехала бригада, осмотрела их, выписали кучу лекарств, назначили уколы малышу. Я сразу в аптеку всё купила. Потом забежала в магазин: взяла молока, пюрешек, каш, что нужно детям. Почему-то выбрала игрушку глуповатая яркая обезьянка. Никогда раньше не брала подарки детям…
Её зовут Аня, 26 лет. Приехала она из-под Подольска не самого города, а из какой-то деревушки. Мать и бабушка из Москвы, но мама вышла замуж в Подольск. Там родилась Аня, отец работал техником, погиб на работе током убило. Мама быстро спилась друзей таскала домой. За три года скатилась на дно. Соседи отыскали в Москве бабушку, отдали ей Аню. В пятнадцать бабушка рассказала ей всё и про мать, и про смерть от туберкулёза. Бабушка была немногословная, скуповатая, много курила.
Аня после школы шла работать в ближайший магазин фасовщицей, потом кассиром доросла. Через год бабушку похоронила, сама осталась. С восемнадцати встречалась с парнем обещал жениться, а когда забеременела, исчез. Денег откладывала всегда кому ж помогать, если не себе? После родов ребёнка быстро стала оставлять одну, сама мыть подъезды, чтобы хоть как-то прокормиться. Как девочку родила хозяйка магазина, куда вернулась работать, стал её насиловать, шантажировать увольнением. Когда узнал о беременности дал десять тысяч рублей, велел исчезнуть.
Вот такова её жизнь. Она рассказала мне всё за вечер. Поблагодарила, предложила отработать всё помощью по дому уборкой, готовкой. Отмахнулась я, развернулась и ушла. Всю ночь глаз не могла сомкнуть думала зачем, зачем я живу? Почему не звоню родителям, не тоскую ни по кому, только деньги складываю, а на что они? А тут рядом люди умирают от голода.
Утром прибежал Антон протянул тарелку оладий. Стою на пороге с этой миской, а от них такое тепло как будто всё во мне оживает. Хотелось плакать, смеяться, есть
В нашем доме есть маленький торговый центр. В детском магазине хозяйка никак не могла понять, какого размера нужна одежда я растерялась и взяла её с собой к детям! Может, просто ей мой порыв понравился, не знаю, но через час у порога было четыре пакета одежды на обоих детей. Ещё взяла одеяло, подушки, бельё всё, что нужно, витаминов купила. Я вдруг почувствовал себя нужным.
Прошло уже десять дней. Дети зовут меня тётя Рита. Аня мастерица, рукодельница, моя квартира расцвела, всё стало уютней. Я начала сама звонить родителям. Перевожу пожертвования больным детям. Не понимаю, как жила раньше. Каждый день бегу домой после работы знаю, что меня ждут. Весной поедем все вместе в Архангельск билеты на поезд уже на руках.
