Три изломанные судьбы
Ну-ка, что тут интересного нашлось!
Всё началось с банальной субботней уборки. Я перебирал вещи на чердаке у родителей, пока мать Галина Николаевна занималась обедом на кухне. В одной из пыльных коробок я набрёл на старый, местами потрёпанный, фотоальбом. До этого в глаза мне он не попадался. Любопытство взяло своё удобно расположившись в кресле у окна, я стал листать страницы.
Сначала пошли снимки молодости: Галина Николаевна с подругами у фонтана на набережной Волги, дружеский пикник в берёзовой роще, смеющаяся девушка в венке из ромашек. Потом начали появляться фотографии с каким-то высоким темноволосым мужчиной на них оба выглядели счастливыми, обнимались, смотрели друг на друга с явной теплотой. Я всматривался внимательнее: вот они за столиком в “Печки-Лавочки”, вот гуляют под липами возле речки, держатся за руки, улыбаясь… Кто же этот обаятельный мужчина? Почему он так глядит на мою маму, да и почему я ни разу ничего о нём не слышал?
Не утерпел спустился на кухню, держу альбом. Галина Николаевна как раз вытаскивала яблочный пирог из духовки, и на всю квартиру потянуло сдобой.
Мам, осторожно начинаю, показывая альбом, а это кто с тобой на фотографиях? Вот этот мужчина. Я не припомню его.
Галина Николаевна буквально на секунду замерла, прихватка чуть дрогнула в её руке. Но быстро взяла себя в руки и ответила, будто между делом, поставив форму на стол:
А, это Аркадий. Мы тогда встречались, ещё до твоего отца.
Я не собирался так просто сдаваться.
А почему ты ничего не рассказывала? Вы такие радостные, будто у вас всё было прекрасно… Почему же не вместе? Что случилось?
Мать долго молчала, вытирая руки о фартук, потом подошла к окну, глядя во двор, где соседские пацаны играли в хоккей с мячом. Было видно: вопрос неприятный для неё. Но понимала если не ответит, я не отстану.
Сложная была история, сынок, тихо сказала она, поворачиваясь. Любила я Аркадия сильно. Но… не сложилось. По глупости расстались. И вина в этом, если честно, моя.
Мне аж не по себе стало. Смотрю на мать из-за старых снимков у неё в глазах будто что-то потемнело. Неловко, что вновь ранил её вопросом, но жутко хотелось узнать правду.
Ну расскажи, прошу, попросил я. Я ведь с детства вижу, как вы с отцом друг друга сторонитесь. Ты ведь никогда не любила его, правда? Зачем ты вышла за него, если у тебя был человек, которого любила по-настоящему? Папа человек не самой доброй природы вспыльчивый, ревнивый, и по-настоящему по-человечески узнать его, мне кажется, так ни мама, ни я не сумели. Почему выбрала его, а не Аркадия?
Мать опустила взгляд и поставила кружку на стол очень осторожно видно, думала, будто хрупкая фарфоровая чашка могла разбиться, если не быть осмотрительнее. Потом выдохнула глубоко сразу видно, собрала в кулак всё терпение.
Нетрудный вопрос, сын. С отцом была не любовь… Да скажу прямо не то что не любила, а даже не очень-то и уважала.
У меня что-то кольнуло внутри, хоть я и догадывался о таком; всё равно больно было слышать это от неё. Чтобы не выдать волнения, я сделал вид, будто заинтересован пирогом.
Тогда зачем всё-таки ты решилась? Давление было со стороны? Бабушка настояла?
Галина вздохнула тяжко. В глазах мелькнула ироничная усмешка, и тут же исчезла.
Наоборот. Мама была категорически против. Не понимала, зачем мне торопиться связывать себя с человеком чуждым, пусть и хороший, на первый взгляд, мужик. Тем более Аркадий был рядом: работящий, настоящий мужчина, заботливый. По всем меркам жених завидный.
Галина Николаевна задумчиво провела ладонью по краю чашки. Честно рассказывать сыну о прошлом ей было тяжело, но старые фотографии будто раскрыли её старые тайники души.
Видишь ли, сын, у меня одна дурная черта характера: терпеть не могу, когда меня подталкивают или навязывают что-то. Если требуют, поступаю всегда наоборот, даже если себе назло. Родители это знали, потому и старались никогда не давить. А вот тот, кого я полюбила, этого не понял… или не захотел понять.
Мать замолчала и смотрела в окно, куда уже начал сыпать лёгкий снежок январь в Самаре был в этом году снежный. Мысль о том расставании мучила её это было видно сразу. В тот самый момент она хотела доказать: никто не может командовать её жизнью. Доказала ценой поломанной судьбы и своей, и Аркадия, и будущего мужа.
~~~~~~~~~~~~~~~
Всё это было полжизни назад. Мать вспоминала, как сидела на маленькой кухне хрущёвки, а Аркадий колдовал над ужином с умением настоящего шефа. Всё казалось пронизанным светом его ловкие руки, движения, запах пряного домашнего соуса. Обычные продукты в его руках превращались в ресторанный ужин.
Хотелось помочь так принято в русских семьях: кухня женское царство, но Аркадий мягко, с улыбкой, не позволял:
Сиди, Мария, не суетись, это моё хобби. Расслабься и наслаждайся.
И мать сидела, не смея вмешиваться. Он рассказывал, как работал с матерью в семейном кафе, как научился всему на её кухне, гордился тем, что его фирменная солянка знаменитая на весь их район.
Вот увидишь, смеялся Аркадий, попробуешь пальчики оближешь! А как откроем свой ресторан в Сочи стану знаменитым!
Тогда мать впервые поверила, что у них может быть большое общее будущее.
После его ужина ещё долго не хотелось вставать из-за стола. Она похвалила: мол, вкус такого никогда не пробовала. Аркадий сиял: ему было важно, чтобы она радовалась, ценил каждую улыбку.
А потом он однажды рассказал: собирается переезжать и открыть ресторан в Геленджике, на Черноморском побережье. Уже договорился о помещении, начал ремонт. Им обещали отдельную квартиру в районе, где воздух чище и море совсем рядом. Заманчиво, хоть и немного страшно.
Я так хочу, чтобы ты была рядом! Поженимся, поступишь в местный университет, я тебе во всём помогу, говорил он с уверенностью и счастьем.
Но для матери это оказалось неожиданным сюрпризом. Всё уже продумано, решено, без спроса, без учёта её планов и желаний. Впервые она почувствовала: а что дальше, когда ещё не сыграли свадьбу, а решение принимаются единолично?
Разве ты обо всём меня спросил? Ты уверен, что я вот так брошу всё и рвану с тобой? Оставлю Москву, друзей, родителей? А если мне здесь лучше?
Услышав это, Аркадий растерялся.
Но я же хотел, чтобы тебе было лучше, старался для тебя! Ты же знаешь: люблю так, что душа не на месте без тебя…
Но матери было обидно. Больно было чувствовать себя как вещь, которую переносят с места на место. В тот вечер их разговор был тяжёлым, сердце горело, мысли метались. Она сняла с руки подарок Аркадия позолоченное колечко и со злостью швырнула в стену…
Вечером, сидя на любимом большом кресле у окна, мать вспоминала спор, рыдала и убеждала себя: поступила правильно, не должна быть второстепенной. Лучше теперь больно, потом не жалеть всю жизнь.
Прошло два месяца. Рядом вдруг оказался Виталий знакомый со двора, скромный, настойчивый. Он давно заглядывался на Галину Николаевну, но без навязчивости. Когда узнал об их с Аркадием разрыве, проявил себя. Мать сдалась захотелось начать с нуля, убедить саму себя, что будет счастлива.
~~~~~~~~~~~~~~~
Так я и вышла замуж без любви, глухо призналась мать. Отец твой человек трудолюбивый, поначалу казался простым, открытым. Но шли годы, начались ссоры упрямый он, авторитарный. Вскоре появились претензии, недопонимание… Через семь лет развелись, сойтись по-человечески не получилось.
Я слушал молча, но внутри всё клокотало.
Почему ты говоришь, что твоя ошибка поломала жизни троим? Разве Аркадий не забыл тебя, не нашёл счастья?
Не знаю, забыл ли. Виделись иногда через знакомых. Он мучился, я тоже. И твой отец… он ведь тоже страдал. Думал: женится наладится, но стало только хуже. Вот и получились три человека, каждого жизнь обошла стороной.
Галина Николаевна говорила очень спокойно, будто и не было внутри ни обиды, ни боли. За окном быстро темнело, огни на улице разгорались один за другим.
Сейчас у Аркадия своя сеть пекарен от Самары до Сочи уважаемый теперь человек. А характер стал суровый замкнутый, требовательный В делах помогает, в жизни мешает, наверное. Женат был дважды ни с одной долго не прожил. Всё тепло отдаёт сыну только ему может довериться. А любовью к женщинам, видно, сердце так и не согрелось.
Мать помолчала, потом почти шёпотом добавила:
Обе его жены на меня похожи: рост, волосы, даже походка… Его друг шутил, что Аркадий до сих пор не забыл мою улыбку. Но время ушло. Уже не мне вмешиваться. У каждого своя судьба, свои ошибки.
Я слушал и понимал: прости она когда-нибудь себя и позволила быть смелее, всё пошло бы иначе. Но характер, упрямство не позволили ей вернуться и попросить прощения даже много лет спустя. Не научилась она быть слабой, признать промах.
Мать выглядела усталой, но потом чуть выпрямилась и улыбнулась:
О чём жалеть, сын? Всё случилось так, как случилось. Не будь всего этого не было бы тебя. А ты для меня главный смысл вот и всё.
В Самаре заполночь, улицы за окном залиты снегом и фонарями. Я подошёл, обнял мать она сперва удивилась, но прижала меня в ответ. В эту минуту оба поняли: прошлое есть прошлое. Впереди только будущее, и только нам его строить вместе.
