Вы оформили ипотеку?! с неподдельной радостью воскликнула Жанна. Доченька, это же такая новость, прямо за вас счастлива!
На том конце провода Лариса рассмеялась, и Жанна услышала, как Глеб что-то говорит фоном.
Мама, ну не кричи так, соседи услышат…
Пусть слышат! усмехнулась Жанна. Когда можно приехать посмотреть? Сегодня, завтра? Я же пирог спеку, тот твой любимый, яблочный, который Глеб всегда кушает с удовольствием.
Лариса помолчала секунду.
Приезжай в субботу, мы как раз с мебелью разберёмся.
В субботу Жанна стояла посреди просторной гостиной новенькой квартиры и медленно крутится, рассматривая белые стены, высокие потолки и свежие рамы на окнах. В воздухе стоял запах новой шпаклёвки и дерева.
Кухня как хоромы! Лариса провела маму по длинному коридору. И балкон застеклённый можно потом коляску там оставлять.
Вот это красота, Жанна прикоснулась рукой к стене. Глеб, ты молодчина!
Глеб пожал плечами.
Стараемся, Жанна Максимовна.
За обедом Жанна взяла ещё кусочек пирога и наконец сказала то, что крутилась у неё в голове ещё с утра:
Я ведь за вас ночами не спала, волновалась Лариска уже на седьмом месяце, а живёте в съёмной, где хозяйка хоть завтра выселит. Так нельзя!
Лариса взглянула на Глеба, Жанна уловила, как дочь сжала губы.
Мама, ну мы справлялись.
“Справлялись”, Жанна положила вилку. А я ночами считала: как бы вам хуже не стало, что если что-то пойдёт не так? Детям ведь нужен дом, стабильность.
Глеб кашлянул и отодвинул тарелку.
Платёж, конечно, не маленький. Но мы всё рассчитали.
Большой платёж? насторожилась Жанна.
Для Киева вполне нормальный, быстро ответила Лариса.
Жанна ещё раз внимательно посмотрела на дочь, увидела, как поникли плечи и как Глеб пялится на узоры скатерти. Она сразу поняла: им обоим страшновато, только виду никто не подаёт.
Слушайте, теперь она была серьёзна. Я помогать буду, даже не спорьте. И родители Глеба ведь тоже обещали?
Говорили, что смогут что-то подкидывать каждый месяц, кивнул Глеб.
Значит, справитесь, Жанна с облегчением откинулась на спинку стула. Всё сделали правильно, главное вместе.
Лариса улыбнулась, но тревога в её глазах так и осталась.
Арсений родился весной, крупный, голосистый и здоровый. Жанна приезжала каждую неделю: варила борщи, стирала пелёнки, катала внука в новой коляске по двору многоэтажки.
Всё вошло в ритм. Глеб пошёл на повышение, Лариса уже заговаривала о втором ребёнке.
Через два года дом наполнила Сонечка, а квартира снова стала полна детских голосов, разбросанных игрушек и недосыпа. Жанна смотрела на сияющее лицо дочери и думала: жизнь устроилась.
Но потом Глеба сократили.
Жанна узнала не сразу. Лариса всё уводила разговоры, мол, всё в порядке, просто устали немного. Однажды Жанна зашла внезапно и нашла дочь в слезах, окружённую кипой бумаг.
Мама, мы не тянем, Лариса едва выговаривала слова. Три месяца просрочки. Банк звонит каждый день.
Жанна собирала деньги по родственникам, искала помощь среди знакомых но этого оказалось мало. Родители Глеба и сами едва держались на плаву после того, как дедушка Глеба попал в больницу.
Прошло полгода квартиру отобрали…
Жанна сидела на кухне у подруги Оксаны, не притрагиваясь к чаю.
Сейчас они живут в однокомнатной, Жанна крепко держала чашку. Двоим ребятишкам Арсению четыре, Соне два. Бегать негде, играть негде, все друг у друга на голове! Четверо в одной комнате!
Оксана покачала головой.
Господи, Жанна, ужас!
Я ведь им твердила: справитесь, вытирала слёзы Жанна. Обещала помогать. А что могу? Пенсия маленькая, подработки редкие… Я их убедила, что “всё будет хорошо”!
Разве ты знала, как жизнь повернётся?
А детям легче от этого? Ларисе легче?
Жанна закрыла лицо руками. Казалось, дочкина жизнь наладилась, но стало только тяжелее. Раньше на съёмной были вдвоём теперь с двумя детьми…
Время шло
Лариса и Глеб всё же расплатились с банком. Эта весть стала для Жанны настоящей радостью за последнее время.
И что теперь? спросила Жанна.
Опять копим на своё, тихо призналась Лариса. Может, теперь что-то попроще возьмём.
Лишь бы своё, кивнула Жанна, хоть дочь её не видит. Главное своё жильё.
Прошло ещё два года. Арсению исполнилось шесть. Жанна приехала на день рождения с большой коробкой выбирала конструктор три часа, пока не нашла тот, о котором Арсений мечтал с зимы: с машинками и гаражом.
Бабушка! мальчик кинулся ей на шею. Это мне?!
Тебе, конечно. Жанна поцеловала внука в макушку. И ещё кое-что держи.
Жанна достала конверт и вручила Арсению. Тот заглянул внутрь и округлил глаза.
А тут сколько?
Десять тысяч гривен, Жанна присела на корточки. Хотел новый телефон? Начни копить. Бабушка поможет.
Арсений прижал конверт к сердцу и умчался делиться радостью с Сонечкой, а Лариса молча наблюдала за всем из дверей кухни. Жанна не заметила странного выражения на лице дочери.
Через две недели Жанна позвонила внуку. Арсений ответил на третий гудок.
Алло, бабушка!
Привет, мой хороший! Как ты? Как дела?
Всё отлично! запел Арсений. Мне на лето новую одежду купили, шорты, футболки и кроссовки светящиеся!
Жанна насторожилась.
Одежду? На что родители купили?
Мама взяла те деньги, что ты подарила, беззаботно ответил Арсений. Мама сказала, телефон позже купим, а одежда нужнее.
Жанна замерла, в груди что-то горячее и тяжёлое поднялось.
Позови маму, тихо попросила Жанна.
Она занята.
Ладно, с трудом улыбнулась Жанна. Пока, мой хороший.
Жанна отключила и минут десять просидела неподвижно. Кажется, опять придётся учить дочь порядку!
…На следующий день Жанна с утра пришла к Ларисе.
Как же ты могла? возмущалась Жанна. Я Арсению эти деньги дала! Ему, не тебе!
Лариса устало прикрыла глаза.
Мама, успокойся.
Что успокойся? Ребёнок о телефоне мечтал! Я хотела, чтобы он учился копить, а ты всё переделала!
У Ларисы на лице появилось каменное выражение.
Мама, я сделала так, как считала нужным.
Нужным?! Потратить чужие деньги на вещи?
Ребёнку на лето нужна одежда у нас нет лишнего, спокойно сказала Лариса.
Можно было спросить меня? Поговорить?
Нет, мама, Лариса качнула головой. Я сама распоряжаюсь тем, что происходит в моей семье. Это не твоё дело.
Я не имею права знать, как вы с деньгами обращаетесь? Вы ведь с ипотекой не справились, квартиру потеряли! И опять за старое!
Лариса побледнела, промолчала.
Теперь деньги у ребёнка забираете, не останавливала Жанна. Позор! Срам!
Мама, уходи, тихо сказала Лариса. Просто уходи.
Жанна развернулась и вышла, не прощаясь. В груди всё кипело от злости. Дочь, мало того что не права, ещё и выставила её! Ничего, Лариска ещё одумается! Приползёт, извинится!
Но прошёл месяц Лариса не звонила, не отвечала на сообщения.
Жанна вновь сидела у Оксаны на кухне, вертя в руках салфетку.
Она меня от себя отрезала, качала головой Жанна. Дочь родная! Даже к внукам не подпускает, не отвечает.
Оксана, наливая чай, спросила:
А что ты тогда сказала?
Правду! Жанна горячо ответила. Что с деньгами не умеют обращаться, что бестолковые. Я ошиблась?
Оксана посмотрела в окно.
Жанна, деньги ты подарила?
Конечно.
Значит, не твои уже. Захотели потратили. У мальчишки ведь реально не было, в чём летом гулять!
А я хотела телефон подарить…
А ей нужнее была одежда чтобы детство не проходило в потёртых вещах.
Жанна хотела возразить, но подруга остановила:
И про ипотеку зачем припоминать? Они же искренне старались, годами долг закрывали, работали оба. Ты бы поддержала тогда по-человечески, а не упрекала.
Я ведь хотела, как лучше растерялась Жанна. Я за них переживаю…
Переживаешь, кивнула Оксана. А выходит только обиду причинила. Может, первой позвонишь? Извинишься?
Жанна сжала губы и отвернулась. Нет уж. Она старше. Она ведь хотела, как лучше.
