Дневник, 55 лет.
Иногда мне кажется, что вся моя жизнь как длинная холодная зима в Киеве: только солнце выглянет за туч, как ветер вдруг резко меняет направление, и всё снова уходит под снег. Сегодня, стоя в своей знакомой за тридцать лет квартире на Оболони, я поняла: пора прощаться.
Передо мной лежал открытый чемодан, наполненный вещами и воспоминаниями. Я держала в руке треснувшую чашку с надписью «Вместе навсегда» и вдруг вспомнила, как долго считала эти слова правдой. Отложила её в сторону, провела ладонью по мягкой, но уже просевшей от времени кушетке и тихо сказала: «Прощай, мой воскресный кофе и долгие разговоры о начинке для борща».
Тень одиночества особенно остра в спальне. Пустая подушка рядом укоряет меня взглядом. «Не суди меня строго, пробормотала я, приподнимая угол одеяла, всё ведь не только моя вина».
Паковать вещи оказалось невыносимо тяжело. Я искала среди простыней и книг то, что всё ещё имело для меня значение. Мой старый ноутбук был на обычном месте, хотя близкое и дорогое кажется особенно хрупким в такие моменты. Ладонью я осторожно провела по крышке и сказала тихо: «Только ты остался верен».
Там, внутри, хранилась рукопись моего романа, над которым я работала больше двух лет. Ещё недописанная, но моя единственное доказательство, что я до сих пор не утратила саму себя.
В телефон вдруг пришла смс-ка от Ларисы:
«Писательский ретрит в Одессе. Тёплый морской воздух, новые люди, бокал красного. Соглашайся!»
Я невольно улыбнулась Лариса из тех, кто даже злейшие неудачи умеет облечь в заманчивое приключение.
Идея казалась отчаянной, но разве не это мне сейчас нужнее всего?
Я посмотрела на электронный билет навстречу югу и переменам. «Ну а если вдруг не впишусь? А если не примут? А если уроню ноутбук в море и останусь ни с чем?» спорил со мной мой внутренний голос. Но потом я вдруг подумала: «А что, если всё будет хорошо?»
Я глубоко вдохнула, захлопнула чемодан и тихонько проговорила: «Пора на юг, к началу другого пути».
Одесса встретила меня ласковым бризом и шумом моря, щедро смешанным с криками чаек и отголосками курортной музыки. Я закрыла глаза у самой линии прибоя и впустила в себя влажный запах соли, компонентов которого мне так не хватало всю зиму.
Долго наслаждаться уединением не вышло. В гостинице, где проходил писательский съезд, было очень шумно. Молодёжь вперемешку с опытными авторами устроились на пёстрых пуфиках, у каждого коктейль с маслиной и зонтом.
Тут точно не ретрит в пустыне, фыркнула я себе под нос.
У бассейна смеялось человек десять: такая жизнь мне давалась с трудом словно учительнице на выпускном вечере детей.
Я хотела спрятаться в тени, но тут меня нашла Лариса. Она носилась по двору с неровно надетой панамой и бокалом киевского ликёра в руке.
Мария! Ты приехала! радостно закричала она, будто мы не переписывались вчера вечером. Как я рада тебя видеть!
И я смущённо буркнула я, а потом наши глаза встретились, и я чуть улыбнулась.
Прямо сейчас познакомлю тебя с человеком, который ждал нашей встречи!
Лариса схватила меня за руку и повела сквозь толпу так быстро, будто боялась, что я переменю решение.
Под ярким зонтом у бассейна стоял мужчина. Высокий, загорелый, с широкой улыбкой и в белой хлопковой рубашке настолько харизматичен, что даже мне стало не по себе.
Мария, это Алексей, сказала Лариса. Алексей, знакомься: Мария, мой самый упорный автор!
Добрый вечер, сказал он мягко, по-одесски неспешно.
Очень приятно пробормотала я, чувствуя, как щеки налились румянцем.
Лариса лукаво улыбнулась и добавила: «Алексей тоже пишет, и я ему столько говорила о твоей книге! Ты обязана ему рассказать».
Я скользнула взглядом по Ларисе но она уже отошла к бару. Наверное, решила не мешать.
Мы разговорились о творчестве. Сперва с опаской, но с каждой минутой тревога отступала. Пройдя по пляжной тропинке, я вдруг позволила себе быть не только гостем, но и собой.
Алексей показал мне уединённый пляж, где слышно только прибой да переговаривающиеся чайки. Удивительно, но рядом с ним было спокойно как будто я не новая, растерянная участница среди чужих, а тот человек, которым хочется быть.
Беседа легко перетекла из тем о литературе к вспоминаниям о путешествиях, любимых книгах, мечтах. Он был искренен. Мне казалось, что вот-вот между нами родится нечто большее, чем просто творческая симпатия. В душе вспыхнула надежда, и мне почти захотелось довериться этой новой главе жизни.
Но где-то глубоко под всей этой лёгкостью меня мучило странное беспокойство.
Утром, разбуженная приливом идей, я села за ноутбук, готовая наконец дописать финальную сцену.
Открываю файл а его нет.
Два года кропотливого труда исчезли. Я лихорадочно проверяла каждую папку, перерыла весь диск всё напрасно.
«Главное не паниковать», тихо сказала я себе, хотя в груди всё оборвалось.
Убеждала себя, что где-то есть резервная копия. Но знала, что полагалась только на этот один-единственный ноутбук.
Я выбежала к Ларисе, но по дороге вдруг услышала её приглушённый разговор в соседней комнате.
Только нужно найти правильное издательство, звучал голос Алексея.
Не волнуйся, шептала Лариса, твой роман впечатляющий, мы сделаем так, что никто не догадается.
Я похолодела.
Они собирались выдать мою работу за свою. Всё то счастье, что наклёвывалось, провалилось в бездну.
Я, как во сне, собрала чемодан и ушла, пока они не заметили.
Это должно было стать началом новой жизни, почти беззвучно прошептала я.
Горячие слёзы так и не пролились. Я была пуста, как апреля среди весеннего паводка.
Покидая солнечную Одессу, я не оглянулась ни разу знала: впереди другая жизнь.
Прошло несколько месяцев.
В одном из книжных на Крещатике прошла моя автограф-сессия.
Стоя с книгой в руках, я пыталась радоваться достижениям, но память о разочаровании всё равно скребла по душе.
Когда осталась одна, заметила сложенную бумажку на столике.
«Я жду у кофейни на углу. Ты обязана мне автограф».
Подпись нельзя было спутать Алексей.
Я долго разглядывала записку, решая, идти или выбросить её. Любопытство пересилило.
В кафе он встретил меня виноватой улыбкой.
Это смелость или отчаяние? спросил он.
Не знаю. Но мне надо было услышать правду, ответила я честно.
Он рассказал, что Лариса заманила его в этот проект, обещая помочь мне с публикацией. Но когда понял, что дело пахнет плагиатом, забрал на флешке копию рукописи и отправил мне, чтобы спасти роман.
Ты же понимаешь, как это выглядело со стороны? спросила я.
Да Но когда всё выяснилось, я выбрал тебя, а не чужие амбиции.
Лариса всегда немного завидовала мне, тихо сказал он. Её мечта быть лучшей, а теперь она ушла. Пропала совсем.
В груди у меня вдруг стало проще. Мою книгу опубликовали благодаря мне я смогла закончить её и выпустить, несмотря ни на что.
Значит, встречаемся снова? нерешительно спросил он.
Одно свидание, строго сказала я, не испорть его.
Когда мы вышли на улицу, я поймала себя на улыбке.
Одно свидание перешло в ещё одно, и ещё. Я снова позволила себе поверить в чувства теперь по-настоящему.
То, что началось с предательства, завершилось умением прощать и, наконец, открылась весна внутри меня.
