Все средства хороши
Родня собралась вся до единой души. Как обычно, предлог был семейный посидим, обсудим, а на деле, разумеется, всё упиралось в деньги. Людмила, дочь тёти Тоси и мать Ольги с Иваном, перебирала в руках бабушкины тряпичные мешочки, в которых та годами прятала свои сбережения Бабушка к своим деньгам больше не прикасалась она теперь никого не узнаёт, путалась в днях, ничего не запоминала. Но по старой привычке Людмила продолжала относить её пенсию в эти же мешочки.
Вот опять, вздыхала Людмила, обращаясь к родственникам, Исчезли! Рублей десять тысяч как не бывало. Я считала! Куда они деваются? Мама, ты помнишь, сколько там было?
Тётя Тося повернулась, но не к дочери, а к портрету покойного Павла.
Ох, Павлуша Красота какая она посмотрела на внучку Снежану. А ты, милая, не таскай мои конфеты это для гостей А Ваня где? В школе?
Людмила снова свернула десятитысячные купюры. Мать, конечно, уже не вспомнит, сколько было денег, но Людмила была уверена кто-то ворует. Мысль дикая, ведь в доме только свои, но иначе никак! К тому же воруют у бабушки
Пришёл Иван, про которого только что вспоминали.
Вы чего тут, как на поминках собрались? с усмешкой кинул он ключи от Лады в миску для мелочи.
Людмила чуть не прослезилась:
Иванушка, беда Опять из бабушкиных денег пропало! Я сама её пенсию уже несколько месяцев складываю в этот шкаф Кто-то украл!
Иван оглядел всех ехидно. Мама всех обожала, а Иван никому не верил.
Украли, говоришь? Деньги исчезли? сузил он глаза. А я знаю, куда они пропадают!
Он вышел в прихожую, вернулся и поставил на стол полосатую сумку-авоську Оли. Не успела Оля опомниться, как Иван растегнул молнию и прямо на старую клеёнку высыпал всё содержимое.
Веренички помады, связка ключей, небольшое зеркало и пачка денег.
Мятая, но неспроста узнаваемая россыпь пятитысячных, сложенных пятисотками.
Вот смотрите! показал Иван, вынимая одну купюру. Шёл, задел её авоську, а она шмякнулась. Поднимаю тут вот что Пятисотки. И какие знакомые!
Тётя Галина от неожиданности заглотила вилку с оливье, закашлялась, покраснела.
На каждой купюре если присмотреться была едва видна синяя линия от ручки.
Вы помните? продолжал Иван. Неделю назад, когда мама пересчитывала деньги, Коля взял и провёл ручкой по ним. Вот они, те самые пятисотки. Из бабушкиных средств.
Все взгляды устремились в сторону Оли.
Оля, до того похожая на статую, аж вздрогнула.
Иван, что ты себе позволяешь?!
Я? усмехнулся он, Я ничего. Сумка твоя упала, деньги выпали. Очень знакомые деньги!
Видя, что нападать на Ивана смысла нет, Оля запаниковала.
Это не я! Оля вскочила и толкнула стол.
Даже бабушка повернулась на шум.
А кто шумит? Тётя Тося захлопала глазами. Где мои тапки?
В комнате повисла тишина.
Олечка, доченька Людмила встала, Как же так? Почему ты? У тебя ведь работа, я тебе всегда помогаю Неужели на бабушке воровать пришлось?
Мама, да я не брала! Я честно!
Кто ещё? мгновенно подхватил Иван, Ты тут постоянно бываешь, заботу о бабушке на себя взяла, сама говорила. Остальные близко к деньгам не подходят. У мамы доступ есть, да разве мама на такое способна? Только ты остаёшься.
Оля попятилась, будто бы её хотят ударить.
Клянусь, я вообще ничего не трогала!
Смотрела на мать, надеясь на жалость, но Людмила смотрела на Олю, будто впервые её видит.
Ты врёшь Как ты могла
Я бабушку люблю! в слезах прошептала Оля. Я приезжала, чтобы помочь Правда, я не брала деньги!
Но обыкновенная логика была против неё. Деньги ведь выпали из её сумки. Других подозреваемых нет.
Всё. Вопрос закрыт, грубо прорезал Иван. Обидно, Оль. Лучше бы попросила дали бы. А тут Воровать у беспомощной старой Этого никто не ожидал.
В тот вечер Олю выставили за дверь, а её жизнь разлетелась вдребезги. Объяснять никто не захотел, разговаривать тем более. Мать, лишь немного остыла, потом просила родню быть поаккуратнее, но
Даже не думай, Людмила, по телефону шипела Галина, когда та пыталась исследовать ситуацию. Представляешь, какой позор? Бабка пусть уже и не в памяти, а если бы ей рассказали какая боль!
Людмила притихла. Оля стала для неё чужой. Когда Оля звонила, мать отвечала односложно: занята, потом, времени нет.
Оля не сдавалась. Она звонила родственникам с разных номеров но стоило узнать, кто на линии, все тут же бросали трубку. Оля пыталась найти хоть какую-то истину бегала, спрашивала, даже расследование затеяла но быстро сдалась ни впустить, ни говорить с ней ни один не хотел.
Уговорила встретиться только маму.
Мама, прошу Я понимаю, звучит как глупое оправдание, но клянусь это не я! Почему ты мне не веришь?
Людмиле было тяжелее всего. Всё-таки дочь
Оля мне больно самой. Но деньги были у тебя. Не подымай этот разговор. Если бы только я видела может, забыли бы, а тут родня не забудет, да и мне тяжело. Бабка для тебя всё сделала
А если выпали раньше? Из другой сумки? Может, кто-то другой подложил?..
Перестань! жёстко сказала мама. Ты моя дочь, но факты есть факты. Получается, ты воровка.
С этим обвинением Людмила ушла, оставив Олю одну.
Даже попрощаться с бабушкой не дали.
Оля дождалась, пока все разъедутся, и наваждённая надеждой, отправилась к бабушкиной квартире вдруг маму застанет, вдруг поговорить получится. Людмила хоть и строго, но иногда всё же шла на контакт.
Но дверь открыл Иван.
Он был выше её на голову, пришлось смотреть снизу вверх. Может, даже и к лучшему легче сказать правду.
Иван, пожалуйста Давай поговорим. Последний раз.
Ох ты, Оль, всё хочешь своё имя отмыть? Поздно. Смирись лучше. Покайся и, может, простят.
Но Оля не привыкла признавать то, чего не делала.
Нет, мне нужна правда. Может, ты ошибся? Может, купюры выпали из другой авоськи, а не из моей? Припомни!
Вдруг взгляд у Ивана стал ледяным.
Ошибся? Ты что, до сих пор такая наивная? Я знаю, что не ты брала. Я сам эти деньги тебе в сумку подкинул.
У неё в глазах помутнело.
Что?.. только и смогла выдавить.
Да так.
Зачем, Ваня? Зачем?
Избавился от соперницы.
В борьбе за наследство, сестрёнка, нужны любые меры. Бабушка уже доживала сама видела, ей и полгода-то не осталось. Квартира уже переписана на маму чтобы не мотаться по нотариусам. И тут засада: Мама, как ты знаешь, мягкая, тянулась к тебе. Всё норовила квартиру на тебя оформить.
Оля ничего не понимала.
Но почему?
Потому что, Оля, родная ты каждый день помогала бабушке. Кормить, убирать, читать ей сказки. Мама это видела и только умилялась: Оля заслужила квартиру! А я чем хуже? Я внук, я не заслужил? Вот я и решил с тобой поссоревноваться.
Да мне квартира не нужна была! Я бабушку любила!
Он усмехнулся.
Ой, не рассказывай, все мы не без интереса. Захотела быть примерной внучкой пожалуйста! Я просто тебя переиграл. 1:0 в мою пользу.
Когда Оля промолчала, Иван сам подвёл итог.
Теперь ты воровка. Мама меня не бросит: я же идеальный сын. Ты неудачница, на порог не пустим. Квартира моя, потому что ты теперь выйти без скандала не сможешь.
Вот ты и мерзавец, Ваня, сказала Оля.
Что есть, то есть. Ну, пока, сестрёнка. Наследство досталось.
Он открыл ей дверь.
Оля не тронулась с места. Квартира действительно бы пригодилась аренда дорогая, своё купить нереально. Но, положа руку на сердце, она просто любила бабушку. Она вспоминала, как Тося, даже в забытьи, однажды погладила её по щеке и сказала: Спасибо, что пришла, родная. Ты прям как мой Павлуша
Теперь, чтобы вернуть себе доброе имя, надо было доказать, что Иван врёт. Но как?
Никак.
Выйдя, она плотно закрыла за собой дверь. Через год все окончательно забудут, какой она была. Останется только одно: Оля украла последние деньги у умирающей бабушки.
Иван уже победил. И праздновал.
