Алёна всегда ощущала себя чужой в собственном доме. Мать явно предпочитала старших дочерей Вику и Юлю, обдавая их лаской и вниманием. Это безразличие врезалось в душу ребёнка, но Алёна скрывала обиду, отчаянно пытаясь понравиться маме и хотя бы немного приблизиться к её любви.
«Не надейся жить со мной! Квартира пойдёт сестрам. Ты со мной как волчёнок с самого детства, так что живи, где захочешь!» так мать выгнала Алёну из квартиры в тот же день, когда ей исполнилось восемнадцать.
Алёна попыталась возразить, объяснить, что всё несправедливо. Вика была всего на три года старше, а Юля на пять. Обе уже закончили университет, обучение за счёт мамы; никого не торопили стать самостоятельными. А вот Алёна всегда была «не в ногу». Несмотря на все попытки вести себя «правильно», в семье её любили лишь поверхностно если это вообще можно назвать любовью. Единственный, кто относился к ней подоброму, был дедушка. Он принял свою беременную дочь, когда муж бросил их бесследно.
«Может, мама переживает за сестру? Говорят, я на неё сильно похожа», пыталась понять Алёна холодность мамы. Она несколько раз пыталась откровенно поговорить, но каждый разговор заканчивался скандалом или истерикой.
Дедушка стал настоящей опорой. Лучшие детские воспоминания Алёны связаны с деревней, где они проводили лето. Она любила работать в огороде, доить коров, печь пироги всё, лишь бы оттянуть возвращение в дом, где её каждый день встречали упрёками.
«Дедушка, почему меня никто не любит? Что со мной не так?» часто шептала она, сдерживая слёзы.
«Я тебя люблю очень сильно», отвечал он тихо, не упоминая ни маму, ни сестер.
Маленькая Алёна хотела поверить, что её любят, просто поособенному Но в десять лет дедушка скончался, и с тех пор отношение семьи к ней стало ещё хуже. Сёстры надсмеиваются, мать всегда принимает их сторону.
С той поры Алёна получает лишь старую одежду от Вики и Юли. Они подшучивают:
«О, какой модный топ! Протирай пол, Алёночка что угодно!».
А если мама покупает сладости, сёстры съедают всё, а Алёне достаётся только упаковка:
«Вот, дурачка, собирай обёртки!».
Мать слышит всё, но не ругает дочерей. Так Алёна росла «волчёнком», которого все считали ненужным, а её попытки быть хорошей лишь усиливали неприязнь.
Поэтому, когда в день её восемнадцатого рождения мать выгнала её, Алёна нашла работу порядочницы в больнице. Выносливость и труд стали её привычкой, и хотя зарплата была скромной (пару сотен гривен), здесь её не ненавидели. Если в добром месте тебя не встречают злобой, уже считается прогрессом.
Работодатель даже предложил стипендию и обучение на хирурга в небольшом городе Харькове такие специалисты нужны как воздух, а Алёна уже проявила талант, помогая медсестрам.
К двадцати семи годам у неё не осталось близких родственников. Работа стала жизнью, буквально. Она жила ради пациентов, спасая им жизнь. Одиночество не отпускало: в общежитии, как и прежде, было одиноко.
Встречи с мамой и сёстрами всегда были разочарованием, поэтому Алёна ходила к ним как можно реже. Когда все уходили покурить и сплетничать, она сидела на веранде и плакала.
Однажды к ней подошёл коллегапорядочник Гриша:
«Почему ты плачешь, красавица?»
«Красавица Не шути», сухо ответила Алёна.
Она считала себя серой мышью, но почти тридцатилетняя девушка уже была petite блондинкой с большими голубыми глазами и аккуратным носиком. Юность уже не втискивала, плечи стали прямыми, а строгий пучок волос хотел вырваться наружу.
«Ты действительно красивая! Цени себя и не опускай голову. К тому же ты перспективный хирург, у тебя всё складывается», подбодрил её Гриша.
Гриша работал с ней почти два года, иногда угощал шоколадом, но это был их первый серьёзный разговор. Алёна заплакала и всё призналась.
«Может, позвонишь Дмитрию Алексеевичу? Тому, кого ты недавно спасла. Он хорошо относится к людям, говорят, у него много связей», подсказал Гриша.
«Спасибо, Гриша. Попробую», ответила она.
«А если не получится, можем пожениться. У меня квартира, не буду тебя плохо относиться», пошутил он.
Алёна смутилась, а потом поняла, что он серьёзно. Он видел в ней не жалкую сироту, а женщину, заслуживающую любви.
«Ладно, подумаю», улыбнулась она, впервые за долгое время чувствуя себя не «рабочей лошадкой», а красивой молодой женщиной с будущим.
В тот же вечер она позвонила Дмитрию Алексеевичу:
«Алёна, хирург. Вы дали мне номер, сказали, что могу писать, если возникнут проблемы» запинаясь, начала она.
«Алёна! Привет! Как приятно, что ты всётаки позвонила! Давай встретимся, выпьем чаю, поболтаем, как полагается старикам», подоброму ответил он.
На следующий день, будучи выходным, Алёна отправилась к нему. Откровенно рассказала о своей ситуации и спросила, не знает ли он когонибудь, кому нужен сиделка.
«Дмитрий Алексеевич, я привыкла к тяжёлой работе, но теперь кажется, что больше не могу», вздохнула она.
«Не переживай, Анечка! Я могу устроить тебя в частную клинику, а ты будешь жить со мной. Без тебя я бы сейчас не стоял», уверенно сказал он.
«Конечно, Дмитрий Алексеевич, согласна! А ваши родственники не возражают?»
«Только когда меня нет, они появляются. Их интересует лишь квартира», печально признался он.
Так они начали жить вместе. Два года спустя между Алёной и Гришей завязался роман, часто обсуждавшийся за чашкой чая. Но Дмитрий Алексеевич не любил Гришу и постоянно подливал Алёне:
«Извини, дорогая, но Гриша слабый и слишком впечатлительный. На него нельзя полагаться. Не привязывайся к нему».
«О, Дмитрий Алексеевич Слишком поздно, мы уже решили жениться. Кстати, он шутя предложил мне руку два года назад, а сейчас я беременна», радостно заявила Алёна, почти светясь от счастья. «Но ты всё равно для меня важен! Буду навещать каждый день, ты как семья».
«Алёнка Я плохо себя чувствую. Завтра пойдём к нотариусу, я зарегистрирую тебе дом в деревне на твоё имя. Ты ведь любишь сельскую жизнь, может, будет твоей дачей или ты можешь её продать», пробормотал он, не досказав.
Алёна попыталась возразить: слишком рано, он будет жить долго, лучше отдать дом детям. За последние два года они встретились лишь раз, но Дмитрий стоял на своём.
Оказалось, что дом находится в той самой деревне, где жил её дедушка! Его хижина была давно снесена, участок продан, а теперь в нём живут чужие, но собственный уголок согревал её сердце и пробуждал воспоминания.
«Не заслуживаю этого, но спасибо, Дмитрий Алексеевич!», искренне поблагодарила Алёна.
«Только одно: не говори Грише, что дом в твоём имени. И не спрашивай почему. Могу я попросить тебя об этом?» настойчиво прошептал он.
Алёна кивнула, обещая держать слово. Как объяснить Грише происхождение дома оставалось загадкой, но можно было сказать, что она помирилась с матерью.
Позже выяснилось, что Дмитрий, помимо последствий инсульта, страдает раком и отказывается от операции. В конце концов Алёна организовала его прощание и переехала к будущему мужу.
Проблемы начались в седьмом месяце беременности к тому времени они жили вместе полгода.
«Может, подзаработаешь немного перед тем, как ребёнок появится», предложил Гриша.
Алёна уже ушла с работы в клинике, полагая, что живёт на накопления и на поддержку Гриши. Его слова удивили и ранили её.
«Ну может», ответила она неуверенно. Гриша оказался скупым, хотя Алёна покупала всё необходимое. Но ребёнок уже рос, и она не хотела отказываться от свадьбы.
За неделю до церемонии, когда Гриша был не дома, в их квартиру вошла незнакомка с собственным ключом.
«Привет, я Лена. Мы с Гришей любим друг друга, а он просто боится сказать тебе. Так что ты больше не нужна», уверенно заявила высокая светловолосая женщина.
«Что?! Свадьба через несколько дней! Мы уже всё оплатили!» растерялась Алёна. Она сама покрывала большинство расходов на небольшое торжество в кафе.
«Не переживай, всё будет. Гриша женится на мне. У меня есть связи в ЗАГСе, всё уладим», хвасталась Лена, будто всё уже решено.
Гриша, появившись, лишь пробормотал:
«Алёна, прости Да, так оно и есть. Я помогу с ребёнком, но жениться не могу».
«Мы проведём генетический тест», добавила Лена, положив руку на плечо Гриши.
«Тест? Ты моя первая и единственная!» вскрикнула Алёна, бросившись к нему с кулаками.
«Она тебя порвёт, глупышка! Ей почти тридцать, а ведёт себя как ребёнок», насмехнулась Лена.
Гриша стоял в стороне, молча, не защищая Алёну, лишь наблюдая, как всё решает Ленин план.
Алёна начала собирать вещи. С кем будет бороться за мужчину, который так легко от неё отказывается? Лена рассказала, что они встречались давно, тогда была замужем, а теперь свободна. Алёна стала лишь временной заменой, пока «идеальная женщина» не появится.
Разъяснять Грише причины уже не стоило он всё равно пустил Лену.
«Так что дом всё же пригодился», подумала Алёна.
Дом действительно оказался хорошим, хоть и без водопровода. Печь была отличная дедушка научил её всему, что нужно для деревенской жизни. Было где жить, хотя родить в одиночку? Пока время найдёт решение.
Запас дров был велик, хлев стоял крепко, а снег уже лежал у входа, готовый к расчистке. Дров в куче было достаточно даже для самых холодных зим!
Хорошо, что Дмитрий заранее представил её соседям как новую хозяйку и жену своего сына, без лишних вопросов.
Алёна, конечно, позвонила маме и сёстрам. Как обычно, они посоветовали отдать ребёнка в приёмный центр и «в следующий раз не связываться с кемто до свадьбы». Плюс поплести полетели про то, что Гриша не отдал деньги за свадебные расходы, половину из которых заплатила она.
Но о доме никто не знал. Теперь Алёна могла укрыться от всех и собраться с мыслями.
Было ужасно холодно, она даже не сняла пуховик. Когда стала разжигать дрова в печи, палка ударилась о твёрдое.
Сняв перчатки, она вытащила из дровяного стога деревянную коробку с надписью: «Алёна, это для тебя». Почерк был знаком Дмитрия Алексеевича.
Внутри лежали фотографии, письмо и маленькая коробочка. Дрожащими руками она раскрыла конверт:
«Дорогая Анечка! Я твой дядя, брат твоего дедушки, и он попросил меня позаботиться о тебе».
Из письма стало ясно: много лет назад между дедушкой и Дмитрием произошёл раскол, но перед смертью старший брат нашёл его и попросил отыскать Алёну после её восемнадцатилетия. Он оставил ей наследство, которое дочь никогда бы не отдала.
Дмитрий не мог сразу найти Алёну мать и сёстры скрывали её адрес. Судьба свела их в больнице, когда он лечился, а она была его врачом. Он хотел рассказать всё раньше, но времени не хватило, поэтому решил подарить ей дом, который дедушка купил у него ещё живым, зная, что дочь дедушки ничего не оставит внуку.
В письме ещё шок: мать Алёны не её биологическая мать. На самом деле она дочь умершей сестры, к которой Алёна завидовала и ненавидела. На фото молодые родители, обнимающие маленькую девочку. Алёна выжила, потому что в день аварии была с дедушкой.
В коробке лежали пять тысяч гривен, оставленные дедушкой. Прикосновение к этим деньгам согрело её сердце. Слёзы текли по щекам. Теперь она и ребёнок были в безопасности!
Когда Алёна зажгла печь, ей казалось, что все страхи, предательства и обиды сгорают в пламени. Она собиралась начать всё заново и для ребёнка, и для себя.
Конечно, со временем она простит тех, кто её ранил, но сейчас ей достаточно: дом её убежище.
Дмитрий Алексеевич всегда говорил, что хороший дом должен принадлежать тем, кто его ценит. Он построил его в молодости своими руками из лучших материалов.
«Не дом, а чудо! Он прослужит двести лет!» часто повторял он. Деревня находится в двух автобусных остановках от Харькова.
Да, зарплата скромна, помощь с ребёнком пока не гарантирована. Но главное крыша над головой, сбережения и профессия. Она молода, красива и ждёт сына!
Впервые Алёна почувствовала, что понастоящему счастлива.
