Дневник, 14 марта, Киев
Сегодня был обычный рабочий день, но автобус удивил меня по-настоящему. Ещё на остановке мне казалось, что транспорта я не дождусь, но вот подошёл переполненный «Богдан». Пожилые люди стояли в проходе, кто-то держал в руках сетки с продуктами, обсуждали курс гривны и завтрашний прогноз весна в этом году затянулась.
Я сел на свободное место у окна. Мне двадцать лет, видок у меня, прямо скажем, уставший: вчера задержался на работе, поэтому сегодня шел по инерции, молчал, смотрел в одну точку. На шее и руке у меня татуировки, немного небритый, футболка тёмная стандарт моя униформа. Просто ехал, никого не трогал.
На Крещатике в автобус зашла женщина, судя по говору киевлянка, с двумя маленькими девочками. Одна схватила её за руку, вторая, пониже ростом, крепко прижалась к маме. Оглянулась, мест нет. Тут её взгляд метровой стрелой в меня и, не скрывая раздражения, направилась в лобовую:
Молодой человек, уступите место! У меня двое детей!
В салоне повисла напряженная пауза. Кое-кто начал оборачиваться. Я медленно поднял глаза, посмотрел на неё и молчал.
Вы что, не видите? повысила голос женщина. Или вам всё равно, что детям тяжело?
Люди напряглись, начали шептаться.
Сейчас молодёжь совсем совести лишилась, ворчливо заявила она уже громче, чтобы слышали все. Сидит и ничего не стыдится! Женщина с двумя дочками стоит!
Я спокойно ответил:
Я никому хамства не позволял.
А себя вести по-человечески? не унималась она. Настоящий мужчина не усидит, когда мать с детьми рядом!
Кто-то поддержал её коротким кивком. Женщина поняла, что поддержку получила, продолжила:
Вам лень или лодыжки татуированные мешают?
Вы думаете, матерям всегда должны уступать?
А кто, если не ты? резко отрезала женщина. Я мама, я достойна.
В салоне будто кто-то собаку за хвост потянул все притихли в напряжении. Я тихо встал, облокотившись на поручень.
Смотри, можешь, если захочешь, победоносно произнесла она, бросая взгляд остальным.
Но тут я приподнял брюки. Металлический протез заискрился в тусклом мареве ламп. Услышался чей-то приглушённый вздох, молодой человек у входа опустил глаза в пол, а бабушка у выхода поспешила перекреститься и прикрыла рот ладонью.
Женщина быстро побледнела, потеряла всю самоуверенность, слова застряли у неё в горле. Дочки крепче прижались к боку мамы.
Я аккуратно натянул штанину обратно, снова сел. Без лишних слов, без упрёков. Просто усталость на лице и молчание.
В салоне застыла неловкая тишина. Мужчина в очках пробормотал: нельзя людей по внешности судить, мол, не в татуировках дело. Парочка пассажиров поддакнула ему.
Женщина больше вопросов не задавала, стояла и смотрела куда-то в промозглый мартовский вечер за окном. Дочери обняли её за талию, не шутили, молчали.
Сегодня я понял: никогда не нужно торопиться судить других. Человек внешне может быть совсем не тем, кем кажется. А уважение и сочувствие вот что главное в нашем мире, особенно в большом городе, где мы каждый день сталкиваемся лбами в тесном салоне киевского автобуса.
