Последний раз предупреждаю: если ты не поменяешь банкетный зал, я не пойду за тебя замуж, сестра приглашала своих мыслей на чай, в рукавах держала пустые открытки и не могла решиться подписать их. Вокруг всё плавало, как будто на серебряном болоте.
Марфа, опять эта твоя тревога… вздохнул её жених, Пётр. Голос его отдавался эхом среди старых дубов на Волыни.
Мне не по себе, сказала Марфа, и даже тень на стене вздрогнула.
Ну, это понятно, отвечал Пётр с кривоватой улыбкой, не каждый день свадьба. Волнение уйдёт, вот увидишь. Всё будет как надо, обещаю. На гривны свои могу поспорить!
А как ты можешь так обещать? Ты разве всевидящий? голос Марфы скакал между углов комнаты. Почему ты никогда не слушаешь меня? Как жить-то нам, если уступить не можешь даже разок?
У нас не столько гривен, чтобы так разбрасываться, обиделся Пётр и смотрел на свои черные ботинки. Я уже оплатил и декорации зала, и сам банкет. Если сейчас всё отменить задаток не вернут.
Деньги не страшное. Ты просто поверь.
Нет, я не могу поверить во всякую чепуху, голову его обвел ветер. Если соглашусь без свадебной поездки останемся. Может, скажешь, наконец, что происходит?
Ладно, слушай, только не перебивай. И не вздумай говорить, будто такого не бывает. Просто ты не веришь не значит, что этого нет.
Слово, кивнул Пётр и подвинул к себе чашку.
На работе недавно вынырнула странная сотрудница, Арина. Она словно из другого мира, забилась в темные одежды, ни с кем и словом. Как-то подошла ко мне и пробормотала:
Привет тебе от бабушки Аграфены.
Что? дёрнулась я, ведь бабушки уже три зимы нет в живых.
Рассказать тебе, чего она хочет, могу, тихо сказала Арина, после работы.
Я согласилась. Мягкая мгла стелилась в тот момент по коридорам.
Было это давно, начала Арина странным шёпотом. В нашем Чернигове тогда подняли новый ресторан, блестящий, как ртуть. Степан работал шофёром на стройке, хорошо зарабатывал. Предложил своей невесте, Любови, гулять свадьбу там. Люба была из глухой деревушки под Сумами, никогда ни она, ни родня её в ресторанах не бывали. Решила отгулять да удивить всех.
В тот вечер сияла она в белой рубахе, вуаль легла, словно иней, на волосы. И Степан красавец, рубаха с вышивкой, пояс шатровый.
После ЗАГСа кортеж, скрипучий автобус с гостями, всё к ресторану двинулось. Люди изумлялись, зал, как во сне. Только одна старушка, Марина, покачала головой, да пощёлкала языком:
Ну и ну, вместо живых цветов искусственные. Недоброе это…
Все засмеялись: было время, когда искусственный значит модный, а пластмасса чуть не золото.
Но гости цветами настоящими пришли, в большие банки поставили на стол жениха и невесты.
Разгар веселья молодые пошли танцевать, но когда вернулись, Люба побледнела: букет свежих роз завял окончательно.
Официанты вынесли его, гулянка продолжилась. Но Любовь вдруг завело закружилась голова, она упала в обморок. Решили проветрить зал. Любе полегчало, но ненадолго.
Беременна, значит, шептались.
Лишь бы не больна, а это переживём, хихикал кто-то.
Я пятно видел кровавое на платье у Любы, доложил родителям дальний родственник.
Проверили ничего нет.
А потом зашептали уже о женщине странной: будто мелькнула вся в чёрном у двери раз и пропала. Искали не нашли.
Ночь свадебная вовсе в кошмар обратилась: молодых будто кто взглядом сверлил, шёпот невидимый и тени по стенам, Пётр шёпотом заметил: «Кто тут?»
Наутро паника.
В те годы свадебных туров не бывало, на работу после свадьбы. До ближайших выходных Степан не дожил на трассе, которую наизусть знал, его автомобиль унесло на встречку. День ясный, асфальт сухой, опыт был.
Люба затосковала, истаяла за месяц, а через год исчезла вовсе.
Ну, сказки! рассмеялся Пётр сквозь зубы. И как это связано с нами, Марфа?
Самое прямое, мявкнула Марфа, почти плача, та свадьба была именно в этом ресторане! В том самом зале, что ты выбрал!
И что? Мы же не Степан с Любой! Сколько людей столько историй…
Ресторан, говорят, построен на древнем кладбище, голос её стал призрачным. А зал ровно там, где земля приняла невесту, что через несколько дней после свадьбы сама себя лишила жизни. Из-за измены мужа. Теперь, каждую свадьбу, жениха гибель ждет накануне годовщины, а невесту ровно через год. Слышишь? Бабушка Аграфена мне с того света знак дала!
Неужели ты правда в это мракобесие веришь? упрямо мотал головой Пётр. Не подпишешь женюсь на Ваське! Василиса подруга её. Давай, ставь подпись, иначе по-другому сделаю.
Марфа в раздумьях поплыла в сны сердце сдавило страхом, да и угроза Петра задела. В итоге отказалась от свадьбы.
Пётр не шутил, и Василиса, как лунатик, согласилась замуж за него. Не прошло недели: мотоцикл Петра заглох на перекрёстке, тормоза отказали всё, пропал.
Марфа, не прощающая Василисе предательства, ночами молилась за неё. На следующий день искала ту самую Арину может, скажет, как быть? Но Арина исчезла, будто вовсе не существовала.
На её анкете в отделе кадров ни одного правильного адреса.
По рассказам стариков, та самая проклятая свадьба в Чернигове была в 70-х. Никаких бумаг, всё шёпотом. И всё равно по ночам, когда туман, местные слышат шаги невесты…
