В СЕМЬЕ РАЗЛАД, ТАК И ДОМУ НЕ РАД
Я его ненавижу! Он мне не отец! Пусть крутится в темноте! Мы без него проживём, Лада, гневом вспыхнув, бросала кокетливые крики на отчима. Мне было непонятно, откуда берётся эта семейная буря. Почему бы не жить в согласии? Я не знала, какие пламени таились в их доме.
У Лады была сестрёнка по матери Злата. Злата общая дочь мамы и отчима, будто бы из одной глины. На первый взгляд казалось, что отчим относится к Злате и к Ладе одинаково, но взгляды со стороны обманчивы. На деле Лада почти никогда не спешила домой после школы. Она высчитывала, когда уйдёт её главный враг злобный отчим. Но расчёт часто ошибался, и отчим оставался в квартире, а Лада «выходила из берегов», будто бы искала тайный путь в тень.
Шёпотом она говорила мне:
Дверь закрыта! Вика, посиди в моей комнате.
Саму себя она запирала в ванной, выжидая ухода отчима. Как только дверь за ним гремела, Лада всплывала из своей «тюрьмы», тяжело вздыхая:
Наконец он ушёл! Вика, тебе повезло с родным папой живёшь. А я в луже печали. Пойдём на кухню, пообедаем.
Мама Лады вела домашний быт, как монахи пища была их таинством. Завтрак, обед, полдник, ужин всё по расписанию, по калориям, по витаминам. Когда бы я ни заглянула к Ладе, на столе уже стоял тёплый обед, кастрюли и сковородки были покрыты полотенцами, как будто ждут гостейпоедателей.
Я помню, Лада нелюбила Злату, разница в возрасте была десять лет. Она дразнила её, дергалась с ней, словно две птицы, отталкивающиеся друг от друга. Прошли годы, и они стали неразделимы, как две реки, сливающиеся в одно русло.
Лада выйдет замуж, у пары появится дочь. Позже вся семья, кроме отчима, переедет на постоянное место жительства в Суздаль. Через двенадцать лет Лада родит ещё одну девочку. Злата останется одинокой, но будет помогать Ладе растить детей. В далёкой деревне их род объединится крепче, чем сталь. Лада будет писать письма своему родному отцу до самого его последнего вздоха. У отца была другая жена, а Лада единственная дочь.
Я росла в семье, где отец и мать были рядом, но все мои подруги жили без отцов. В детстве я не слышала их жалоб на отчимов, однако их жизнь была далека от сладкой. У Яны мама и отчим были вечно пьяны. Яна стыдилась их, не приглашала никого в дом, знала, что отчим отругает, а мама подхватит и даст пощёчину. Пройдя пятнадцать, Яна смогла отстоять себя, и отчим с мамой перестали её тревожить.
Вика, приходи на мой день рождения, радостно сказала Яна.
Я удивилась:
К тебе домой? Мне страшно, Яна. Отчим не выгонит?
Пусть попробует! Его власть надо мной окончена. Моя мама дала мне адрес родного отца. Теперь он моя защита. Папа живёт неподалёку. Приходи, Вика. Мама уже суетится, Яна была уверена, как никогда.
День шестнадцатилетия Яны настал. Я приготовила подарок, постучала в её дверь. На пороге стояла нарядная Яна:
Привет, подруга! Заходи, садись за стол.
Мама Яны и отчим стояли у стола. Я тихо, почти боязливо, поздоровалась; супруги кивнули в такт. На покрывале из старой клеенки стоял плов в большой чаше, нарезанный хлеб на блюде и лимонад в граненых стаканах, рядом хрустящие слойки. Всё выглядело простым, но Яна гордилась этим «праздничным» угощением.
Вспомнились будничные трапезы: моя мама часами стояла у плиты, варила, жарила, пекла. Салаты, мясо, рыба, пироги, торт, сок, компот В каждой избушке свои колокольчики счастья. Я, не показывая удивления, с удовольствием съела плов с куском хлеба, запила стаканом лимонада, слойку отложила, боясь испачкать покрывало.
Мама и отчим Яны неподвижно стояли у стола, наблюдая. В углу комнаты стояла кровать, на которой лежала бабушка Яны:
Зинка, не пей! Иначе забудешь меня и не накормишь.
Яна смутилась:
Бабушка, не волнуйтесь, мама не пьёт. У нас только лимонад, без спиртного.
Старушка, успокоившись, повернулась к стене и зашептала:
Спасибо за угощение! я встала из-за стола.
Мы с Яной поспешили уйти; молодость полна своих дел, а нам, юным девушкам, не сидеть со стариками. Через год Яна потеряла маму, отчима и бабушку. Оказалась одна в двадцать пять, не вышла замуж, детей не имела. Среди ухажёров появился мой бывший муж Яна «подберёт» его, приютит на время, но с ним тоже ничего не выйдет характер её негибок.
Я дружила с Таней, нам было четырнадцать. Таня жила со старшей сестрой Аней, которой исполнилось восемнадцать. Аня выглядела строгой, серьёзной, рассудительной. Их мама приезжала каждую неделю с продуктами, готовила еду, живя с первым мужем. Аня родилась от первого брака, Таня от второго. После нескольких лет с вторым мужем мама вернулась к первому, и Таня оказалась почти сама по себе.
Таня вышла замуж, родила дочку, а её муж надолго попал в колонию. Таня пилась, её мёртвое тело нашла Аня. Тане было сорок два года.
Ника стала новенькой в нашем десятом классе. Я с Никой сразу подружилась: красивая, с изящной фигурой, голосом, как колокольчик. Наши парни томились о Нике, но у неё был любимый Костя, который приезжал на своей машине после уроков, забирал свою «богиню» и уводил её в неизвестность.
У Ники отец умер, когда ей не исполнилось десяти лет. Она плохо училась, но пела великолепно. Костя и она создали ансамбль, выступали на школьных дискотеках. Когда Костя призвали в армию, Ника провожала его на вокзал, заплакала, но не стала ждать. Она родила ребёнка от неизвестного, жила у мамы. Костя вернулся с службы, простил «богиню», позвал её назад, но Ника отказала:
Ты всю жизнь будешь меня обвинять. Не хочу. Лучше одной проживу.
Когда её сын вырастет, Ника выйдет замуж за селянина, переедет в деревню.
Я общалась со всеми этими подругами одновременно, но они между собой не дружили, а лишь злобно ворчали.
Сейчас я изредка переписываюсь с далёкой, но близкой Ладой. Моя подруга детства пишет, что любой ценой сохранит свою семью:
Не хочу, чтобы мои дочери пережили то, что я вынесла, «жить» с отчимом. Если уж спорить, то лучше с родным отцом, а не с чужим дядей. В кровных связях всё перемешается. Отчим моя душевная рана навсегда.
Иногда мы с Ладой вспоминаем школьные проделки, смеёмся. Следы Яны и Ники исчезли в тумане сна
