Не мой ты муж, Пётр…
Вчерашний вечер был странный, будто весь застоялся в воздухе. Я сидела у изголовья Петра, и мокрой тряпкой протирала его лихорадочный лоб. Всё думала, когда же признаюсь ему, да никак не могла решиться. Но сегодня, может потому что сердце мое тревожно билось, сказала ему: Пётр, я ведь обманула тебя Не мой ты муж. Сама удивляюсь своей решительности. Он глаза открыл, на меня удивлённо смотрит, как будто слышит что-то невозможное.
Я торопливо продолжила, боясь, что времени не хватит: Ты только не перебивай меня, вдруг расстанемся навеки, а я не успею покаяться. Помнишь, после войны ты оказался в нашем поселке под Киевом случайно? Я тогда растерялась, а потом кинулась к тебе уж слишком похож был на моего мужа! На него мне похоронка пришла, а тут ты, живой Подумала, ошиблись. Первый миг радость, потом поняла ошибку, виновата была перед тобой. Но ночевать в сарае дала.
Ты утром взялся чинить дверь в сарае, и такая беда балка упала прямо на голову. Я уж думала, помру на месте, придётся хоронить второго. А смотрю жив, дышишь. Врач сказал, что крепкий мужик, отделался легко, только память вроде как пропала. Вот тут я и решила: скажу, что ты мой муж. Самый видный, сильный, а я одна с двумя детками, после войны одним не справиться было. Сказала тебе и ты поверил. Совесть грызла долго, но мы с тобой привыкли друг к другу, полюбили даже. Теперь вот каюсь, что решилась за тебя, а может твоя судьба иначе сложилась бы
Пётр смотрел молча, потом вдруг захохотал так ярко. Глупая ты моя, смеётся. Зачем мне другая жизнь? Я ведь тебя сразу полюбил. Забрёл в ваш поселок по случайности, а увидел тебя потерял голову. Решил помочь по хозяйству, авось присмотришься да не изгонишь. А тут эта балка бах по голове! Очутившись у тебя дома, попросил врача немного приукрасить историю с амнезией, чтоб подольше остаться. А ты меня вдруг мужем назвала, и мне ничего выдумывать не пришлось, только радость было.
Я улыбнулась, слёзы будто перестали давить на сердце. Ну и ловкач же ты, Пётр! Почему раньше не рассказал? Посмеялись бы вместе хоть раз. А он тоже усмехается: Хотел, да всё некогда было старших растили, потом ещё троих вместе родили. Так и носили свои страшные тайны, а оказались они пустыми. Смех сквозь слёзы как в добрых русских сказках.
Теперь всё выяснили, говорю я. Прямо смеяться будут наши ангелы-хранители, как мы всё выдумывали. Только ты, Пётр, не помирай, не оставляй меня одну. Без тебя совсем не могу. А он шепчет: Ну что ты, родная. Всё хорошо будет. Иди спать ложись, утром разберёмся.
Легли, но я так и не уснула мысли крутятся, тревожат. Проснулась, ещё рассвета не было. Кровать мужа пуста сердце сжалось. Открываю дверь: а он сидит на крылечке, курит махорку. Вздохнула с облегчением опять смерть обошла стороной. Значит ещё поживём под Киевом, поскрипим вместе, да посмеёмся старостью.
