25апреля, Москва
Он вернулся после года молчания. Стоял в дверях с тем же чемоданом, с которым уехал год назад, будто просто за хлебом вышел. Как будто тот год тишины никогда не случался.
Привет, сказал он, можно войти?
Я молчала. Смотрела на него, а в голове всё крутилось: пустая кровать, неотвеченные сообщения, десятки попыток дозвониться, праздники в глухой тишине, ночи, когда я плакала на кухне, пока дети уже спали.
Я всё обдумал, добавил он, будто это объяснит чтото. Хочу вернуться. Попробовать ещё раз. С нашей семьёй.
В груди стало тяжело. Не от его возвращения, а от того, что ещё несколько месяцев назад я отдала бы всё, лишь бы услышать эти слова. Сейчас же я уже не та женщина, которой он оставил позвонить.
В первые недели после его ухода я думала, что умру. Не от боли, а от пустоты, от непонимания. Он ушёл без слова, без объяснений. Однажды утром просто собрал вещи и сказал: «Не знаю, что дальше, нужно уезжать». Потом исчез, заблокировал мой номер, не отвечал на звонки детей.
И вот он снова здесь, думала я, как будто время застыло. Взглянула ему в глаза. Лицо то же, но я уже не та же женщина. Похоже, он этого ещё не понял. Всё же впустила его внутрь. Не знаю почемуможет из любопытства, а может из ощущения, что после года молчания я заслуживаю ответы. Или просто, чтобы убедиться, что чувства к нему давно погасли.
Он сел на тот же диван, где сидел двадцать лет. Взял чашку, когдато любимую. Оглядев гостиную, сказал:
Мало что изменилось.
Всё изменилось, прошептала я. Ты только этого ещё не видишь.
Мы посидели в тишине, потом он заговорил. О «перегоревшей», о пустоте, о том, что «потерялся». О том, что уехал, потому что чувствовал удушье в нашем доме, не был готов к старости, скуке, будничности. Было нужно уйти, чтобы понять, насколько я для него важна.
Смотрела на него и ощущала странную безразличность. Ещё несколько месяцев назад такие слова разрывали бы мне сердце. Сейчас я ощущала лишь спокойствие и твёрдую новую истину: я выжила без него.
И где ты был? спросила я наконец.
Он пожал плечами.
Сначала у знакомого, потом арендовал небольшую квартирку на окраине. Подрабатывал, много думал.
Ты был один?
Он замялся.
Да. Но не хочу тебя обманывать. Был у меня короткий роман, ничего серьёзного. Хотел забыться. Больно. Не столько изза самого факта, сколько потому, что я говорю об этом сейчас так легко, будто это лишь отступление. А я всё это время собирала себя кусок за куском.
Я сделала то, чего не умела делать в течение всего брака. Пошла на работу. Восстановила связи со старыми подругами. Поехала в небольшие поездки одна то, что он всегда отвергал. Научилась включать вечернюю музыку, которая меня радует, и не смотреть на его скучные взгляды. Просто начала жить своим ритмом. И теперь, когда он вернулся, всё должно было както откатиться назад?
Ты хочешь вернуться ко мне или к той версии себя годами назад? спросила я откровенно. Потому что я уже не та женщина, которой ты оставил. И не знаю, хочу ли я снова ею быть.
Он посмотрел на меня с недоверием, будто только сейчас понял, что я не жду. Что меня не заморозило время, и я не готова принять его без условий. И в тот миг я осознала: мне не нужны ответы, а правда. Правда была в том, что я больше не живу для него, а только для себя.
После его ухода я долго сидела за столом, смотрела на недопитый чай. Дом был тихий, но теперь это была не удушающая тишина первых недель, а тишина, в которой я могла дышать.
Он оставил чемодан в прихожей, не спросив даже: «Можно ли войти?». Просто поставил его, будто был уверен, что останется. Я ничего не сказала не из жалости, а из дистанции. Сначала хотела понять, чего он на самом деле хочет, а чего хочу я.
Следующие дни он писал: однодва сообщения в день, без давления. Иногда вопрос, иногда воспоминание. Однажды прислал фотографию с нашего последнего отдыха в Сочи с подписью: «Не знал, что тогда у меня всё». Я не отвечала. Не была готова.
В выходные предложил встречу, ужин, разговор, что угодно. Я ответила: «Пока нет». Он оставил меня без слов, а теперь я сама жаждала слов, правды, объяснений, возможно, извинений но не пустых, а зрелых, исходящих из понимания того, что действительно произошло.
Вечером села на диван, взяла книгу, которую не могла закончить неделю назад, но мысли разбежались. На экране телефона всплывало сообщение:
Если хочешь, могу прийти завтра, просто поговорить. Ничего не ожидаю.
Я глядела на экран, мысли крутились. Я уже не любила его так, как прежде. Но нельзя измерять всю жизнь только в эмоциональных граммах. Иногда люди теряются, чтобы потом действительно себя найти.
Может, стоит попытаться. Может, надо. Может, ещё не поздно, чтобы он вернулся не к той женщине, которую он оставил, а к той, которой я стала за этот год. Может
