Вот и приключилось же Екатерине рожать в самый разгар метели. Ещё ведь по срокам целых три недели носить, а там, глядишь, и бураны бы утихли, лёгкие морозцы пришли бы вот и можно было бы спокойно в роддом собираться. Но нет, захотелось именно сейчас! Хотя по правде сказать, нет, не ей самой а тому, кто у неё под сердцем уже места себе не находит. Торопыга растёт ему уж невтерпёж, а что за окном метёт вот уже шестой день, ему невдомёк.
В такую стужу ни одна машина к нашему хутору не пробьётся. Дороги занесло так, что иной по пояс в снегу. Снег будто без конца, сеет и сеет, словно кто там на небе мешок с мукой порвал. Из окна выглянешь белым покрыто всё вокруг, а сверху летит крупная, колючая метель. Выйдешь во двор глаза не открыть: ветер хлёсткий, снег слепит. В такую непогоду и решил малыш появиться на свет.
С утра Екатерину как-то не так знобило: то поясницу ломит, то тяжко, что присесть хочется, но и сидеть не найдёт места, ходит взад-вперёд по избе. Свекровь её заметила:
Катюша, ты, что ли, рожать вздумала? Чего мечешься?
Не знаю, мама, неспокойно мне что-то.
Дай-ка живот посмотрю.
Свекровь в женских делах толком не разбирается: нынче же всё врачи принимают, в больницах, а бабки-повитухи всё в прошлом. И то, на весь хутор одна повитуха и осталась, а ещё в молодости свекрови их три было. Посмотрела она Катю:
Ну, живо опустился Ребёночек решил появиться.
Как родиться, мама? Рано ещё.
Тут уж не нам решать, доченька. Как Господь пошлёт
Катюша и перепугалась: ведь первые роды ничего не понимает, помощи особенно ждать неоткуда, да и мать не в каждом совете выручит. Свекровь только Мишку родила, да и то, двадцать лет минуло всё позабыла.
Катя, схожу я за бабушкой Варварой. Поставлю воду греться как закипит, выключи. Если сможешь, достань чистые простыни и полотенца, сама знаешь где приготовь всё. Да не суетись: тяжело не делай. Я когда Мишу рожала баба Варвара велела ходить побольше, да дышать поглубже так раскрытие скорей проходит. Завяжу платок да пойду ещё к маме твоей вернусь позову. Ты держись, Катюшка, баба Варвара женщина опытная, в нашей округе к ней все старались попасть с других деревень приезжали, и своих всех повивала. Умелая старушка.
Свекровь оделась потеплей, схватила лопату легче дорожку пробивать и ушла в буран.
Катя осталась одна, тревожно стало. А если прямо сейчас начнётся, а рядом никого? А как свекровь доберётся в такую метель, вдруг застрянет где Мама успеет или нет? И главное что делать, не знает. Только и поняла надо ходить по избе да дышать. А как дышать, если так прихватит, что дух на месте встаёт?
Ах, нет рядом мужа, Серёги, чтобы поддержал, сказал, что всё получится а из-за метели он в Киеве застрял: ни автобусов, ни машин домой. И не ведает он, что скоро сыночек или дочка появится. Ох, поясница-то как ломит
Вдруг хлопком дверь, в клубах снега на пороге появилась мама, Мария.
Доченька! Катя! Свекровь твоя говорила рожать собралась?
Похоже, да, мама.
Ну, Катюша, сейчас я тебя не оставлю! Вот ягодок сушёных принесла сейчас компотик заварю, попьёшь. Воды вскипятим
Час спустя вернулись и свекровь с бабой Варварой. Повитуха сухонькая, прямая старица быстро осмотрела Екатерину и сказала:
К утру родится ваш малыш.
Как к утру? испугалась Катя. Время ведь ещё раннее, а тянуть начало только вчера
То просто предвестники были. Они иной раз за несколько дней до родов бывают. А теперь уже началось дело, раскрытие только на полпальца. Не спеши, милая, завтра родишь. Я домой пойду, дела ждут.
Останьтесь, баба Варвара! взмолилась Катя только вы здесь разбираетесь, мне спокойней от вас.
Старушка сжалилась осталась. Да, когда у рожающей душа спокойна легче всё идёт.
Не знала Катя, что «предвестники» это только начало. Дальше начались такие «цветочки», к которым совсем была не готова. Боль раздирала изнутри, шагу ступить невозможно лежать невмоготу, ходить невозможно, кроме боли ничего не чувствуешь. Свекровь с Марией метались из угла в угол, охали: не знают, чем помочь, пожалеть вот и всё. Повитуха прогнала их бельё гладить чтобы поскорее ушли из головы.
К ночи всё стихло. Баба Варвара посмотрела уже на четыре пальца открылось. Медленно дело: первый раз, всё незнакомо. Екатерине тяжело, нет сил ни на что. Чуть схватки отпустили поела немного. Баба Варвара уложила отдохнуть.
За окном вроде и пурга не стихает, а будто ещё злее стала.
Катя вскочила в четыре утра темно, рядом тихонько посапывает баба Варвара. Екатерина шепчет, повернувшись к образам на полке:
Боже, помоги Пусть скорее мой малыш родится
И пошло всё по новой, боль совсем застилает разум. Баба Варвара поднялась, осмотрела:
Пять пальцев долго, Катя, но всякий первый раз тяжёлый, ничего, всё будет хорошо.
Когда расцветало за окном, Катя уже выбилась из сил: сорочка к телу прилипла, волосы спутались.
Совсем чуть-чуть осталось, Катюша, говорит повитуха, голова малыша уже рядом.
Бабушка Варвара, помогите вырывается у Кати.
Мать всполошилась:
Катюша, ну что ты? Нет тут бабы Зои! Ты, что ли, видишь кого-нибудь?
Это она про свою прабабушку Зою всегда, объяснила Мария, как маленькая была, бабушку никак не могла выговорить звала Бабуня, так и повелось. Бабушка Зоя её очень любила первая правнучка, у самой-то одни сыновья.
Катя, уже макушку вижу. Потерпи, доченька! Ну, ещё разок, давай-давай Вот так: хух-хух-хух, вместе дышит с ней Варвара.
Катя и кричит, и тужится из последних сил.
Бабуня, помоги, не могу больше! выдохнула и родила прямо в ладони старушки.
«Может, последний раз принимаю» подумала баба Варвара, улыбаясь новорожденному. Осторожно положила малыша Кате на живот:
Мальчик! Смотри, какой хорошенький, Катюшка! Как горластый-то какой! смеётся, председателем вырастет!
У Кати слёзы от счастья, целует крошечные пальчики. Как чудо это поместилось внутри неё! Жаль, что Серёги рядом нет увидел бы, какой сынок у них, лучший на всём свете.
Егорушка мой Егорушка, шепчет она.
Как Егор? удивилась свекровь, Ты ж раньше говорила: сын будет Иваном назовёшь!
А он как посмотрела ну прямо Егор! Егор Сергеевич, улыбается Катя.
Баба Варвара дела закончила, засобиралась домой. Хоть и радость жизнь новая да старушке самой после такого отдыха бы. Да как добраться теперь по снежищу до избы
Катя с сыном заснули, Мария тоже собралась сутки как из дома. Закуталась потуже, со сватьей простилась тихо, вышла из избы.
А погода-то смотри-ка изменилась: снег не хлопьями, а мельче, тише. Может, и вовсе утихнет к утру авось муж завтра-послезавтра пробьётся.
Идёт Мария к дому, а сама думает:
«Дай-ка, к Бабуне схожу обрадую. Может, чем помочь надо, хлеба принести хотя только на днях заходила баба Зоя ест мало».
Прабабка, баба Зоя, живёт за два дома старушка-старушка, 93 минуло. Одна давно, к ним переселяться не желает всё сама управляется, да внуки рядом навещают, кормят, подмогают.
С трудом калитку открыла, видно, сын вчера наведывался лопата у забора осталась. Дорожку до двери расчистила, на крыльце снег подмела, вошла.
Баба Зоя! Баба Зоя! зовёт громко, чтобы услышала. Это я, Мария, навестить тебя пришла!
Тихо, не слышно никого, спит, видно. Сняла тулуп, валенки стянула, в переднюю прошла
Лежит бабуня на кровати, руки на груди скрестила, вся в чистом. Мария сразу заметила: платье новое, платок белоснежный такого не видывала. Подошла, слёзы смахнула, веки прикрыла.
На тумбочке Катина фотокарточка, иконка Николая Чудотворца, свечка огарком.
Спасибо тебе, Бабуня. Помогла ты Кате, родила она сына. Егором назвала. Да ты, видно, всё уже знала поцеловала старушку в щёку, спасибо тебе…
