Навеки вернулась
Когда мама собралась замуж, Светлана не возражала. Вроде и нравился ей мамин жених — степенный и надежный Игорь Петрович, всегда находивший с ней общий язык. К маме относился с трогательной заботой. Всё в порядке, но пятнадцатилетняя Света выдвинула условие:
— Мам, я не против твоего замужества. Дядя Игорь — золотой человек, тебе одной будет скучно, я ведь всё равно уеду в институт. Но я переезжаю к бабуле в Нижний Новгород.
— Как к бабуле? В Нижний? Да тебе всего пятнадцать! Ты же несовершеннолетняя! — мама всплеснула руками.
— Мам, ну какой без присмотра? Бабуля одна тебя вырастила — и со мной справится, — упрямо твердила Света. — Я уже с ней созвонилась, она рада!
— Ага, всё решили без меня, — вздохнула мама, не то обиженно, не то устало.
— Поверь, так лучше. Дядя Игорь хоть и хороший, но мне с чужим мужчиной в доме некомфортно.
Мать задумалась, но тут зазвонил телефон — бабушка, Анна Семёновна.
— Алё, дочка! Ну что, договорились со Светкой? Пусть едет ко мне. Ты же знаешь, я её обожаю! Разве я не справлюсь с внучкой, которая уже почти взрослая?
— Мам, я знаю, но сердце…
— Всё будет хорошо! Со мной она под присмотром.
Разговор закончился, а Света уже весело складывала вещи:
— Мам, не переживай, всё будет огонь!
Анна Семёновна не была тихоней — бывшая учительница физики с характером. Да и Светлана не подарок. Иногда они ссорились, но бабушка была мудрой: никогда не доводила дело до скандала.
Бывало, поругаются, а вечером Анна Семёновна зайдёт к внучке, погладит её по волосам и начнёт рассказывать смешные истории из своей молодости. Света улыбалась и засыпала, забыв про обиды. А иногда первой мирилась внучка — осознав, что перегнула палку, покупала бабуле любимые «Белочку», они пили чай, и мир восстанавливался.
Так и жили, пока Свете не пришло время уезжать. Институт она окончила в Нижнем, устроилась на работу, но зарплата — смешные три тысячи рублей. Коллеги рассказали про компанию в Сочи — мол, и начальство отзывчивое, и платят хорошо.
— Бабуль, ты только не обижайся. Я уезжаю, но мы всегда на связи.
— Светка, — вздохнула бабушка, — ну зачем тебе эта даль? Неужели здесь работы нет?
— Бабуля, я тут уже год мыкаюсь! Сначала стажировка, потом ставка младшего специалиста — и всё за копейки.
— Все с этого начинают! Терпение нужно. Где родился — там и пригодился, — уговаривала Анна Семёновна.
Но Света решила — и точка. Ей хотелось всего и сразу: интересной работы и денег. Собрала чемодан — и вперёд.
В Сочи ей повезло: устроилась на хорошую должность, да ещё и общежитие предоставили. Первую зарплату — целых пятнадцать тысяч! — потратила на сладости, включая бабушкины «Белочки». Вечером, сидя одна с чаем, вдруг почувствовала тоску: не с кем разделить радость. Конфеты так и пролежали в вазочке.
Шло время. С мамой и бабушкой созванивалась ежедневно. Деньги копила на машину — хоть и в кредит, но мечтала. Однако, как говорится, человек предполагает…
Однажды мама позвонила в слезах:
— Светка, бабушки не стало… Сердце. Она скрывала, что болела…
Для Светы это был удар. В такси, по дороге в аэропорт, слёзы текли ручьём.
— Вам плохо? — спросил таксист.
— Ничем не поможете… — прошептала она.
Из-за тумана рейс задержали — на похороны Света не успела.
Теперь она стояла у дверей бабушкиной квартиры, которая теперь принадлежала ей. Анна Семёновна оформила дарственную заранее. Долго не решалась зайти, но, собравшись с духом, открыла дверь. В квартире — гробовая тишина.
«Наверное, продать…» — подумала Света, опускаясь в
