Хруст сухой веточки под своей ногой Ваня даже не услышал. Всё вокруг вдруг закружилось в глазах ослепительным калейдоскопом, и через миг вспыхнуло миллионом ярких искр, вонзившихся в левую руку чуть выше локтя.
Ай Ваня резко схватился за ушибленное место и тут же застонал от боли.
Ваня! Сашенька мгновенно кинулась к нему и, не удержавшись на бегу, опустилась на колени рядом, сильно болит?
Нет, конечно, приятно! скривившись и поскуливая, пробурчал он.
Саша бережно коснулась его плеча.
Убери! неожиданно резко выкрикнул он, зыркнув глазами, больно, не трогай меня!
Ване было обидно вдвойне. Во-первых, он, похоже, сломал руку и теперь как минимум месяц будет терпеть насмешки друзей над гипсом. Во-вторых, сам виноват: полез же на это огромное дерево, чтобы показать Сашеньке свою ловкость, силу и смелость. С первой обидой ещё можно было мириться, но вторая вызывала злость: позор перед девчонкой и её жалость! Вскочив, придерживая болтающуюся руку, Ваня быстро пошёл в сторону районной больницы.
Ваня, всё нормально будет, правда, Ванечка! шла рядом взволнованная Саша, стараясь его подбодрить, ничего страшного, всё наладится!
Да отстань ты, остановившись, он глянул на неё тяжёлыми глазами и сплюнул, что наладится? Руку сломал, понимаешь, нет? Совсем, что ли, не догоняешь? Ступай домой, надоела уже!
Не оборачиваясь, он быстро зашагал по узкому тротуару, а Саша осталась стоять посреди двора, хлопая своими большими серо-зелёными глазами и едва слышно шепча:
Всё будет хорошо Всё будет хорошо
***
Иван Викторович, если до завтра вы не переведёте средства, мы будем сильно разочарованы. К тому же синоптики обещают гололёд, так что советую быть аккуратнее на дорогах: сами понимаете, бывает всякое, автомобиль может не удержаться на повороте Несчастные случаи неприятная штука, от которых никто не застрахован. Всего хорошего.
В трубке повисла тишина. Иван резко отбросил телефон, провёл руками по волосам и устало откинулся на спинку кресла.
Где же мне достать эти деньги? Перевод ведь только на следующий месяц запланирован
Вздохнув, взял телефон снова, набрал номер.
Ольга Васильевна, можем сегодня отправить оплату за оборудование нашим московским партнёрам?
Но Иван Викторович
Да или нет?
Можем, но тогда сорвётся график текущих платежей
Да чёрт с ними! Потом разберёмся! Переводите сегодня.
Хорошо, просто позже будут проблемы с
Он не стал дослушивать, нажал отключение и со злостью стукнул кулаком по подлокотнику.
Кровопийцы чёртовы
Внезапно что-то мягко и нежно коснулось плеча, он вздрогнул в кресле.
Саша, я просил тебя не заходить, когда я работаю? Говорил же?
Жена Александра осторожно поцеловала его в ухо и провела рукой по волосам.
Ваня, пей чай и не нервничай так, ладно? Всё образуется.
Да сколько можно твои “Всё образуется” слышать?! Ты бы хоть поняла, что меня в любой момент могут грохнуть, тогда и увидишь, как всё хорошо!
Он вскочил, взял жену за руки и резко оттолкнул.
Чем сейчас занималась? Щи варила? Вот и иди, вари щи! Не мешай мне, и так тошно!
Александра тяжело вздохнула и, выходя из кабинета, на прощание вновь очень тихо прошептала три коротких слова.
***
Ты знаешь Лежу и прокручиваю в голове всю нашу с тобой жизнь
Старик прищурил глаза, посмотрел долгим взглядом на свою постаревшую жену. Когда-то красивое лицо теперь покрыто морщинами, плечи согнуты, осанка уже не прямая Она бережно поправила катетер, внесла поправку в его больничную простынь и ласково улыбнулась.
Сколько раз я попадал в переделки, был на волоске от смерти, попадал в беду, всегда приходила ты и повторяла свою фразу. Злился тогда на тебя, даже придушить иногда хотелось за твою простоту и однообразие, старик попытался улыбнуться, но закашлялся и, отдышавшись, продолжил: ломал руки-ноги, меня грозились убить, всё терял, в такие ямы проваливался, что выбраться удавалось единицам А ты каждый раз твердила: “Всё будет хорошо”. И ни разу не солгала! Как ты заранее всё знала?
Да не знала я ничего, Ваня, тихо ответила старушка, ты думал, я тебе это говорила? Я себя старалась успокоить Я же тебя всю жизнь безумно любила. Ты для меня и был всей жизнью. Если с тобой беда у меня душа рвалась Сколько ни ночей не спала, сколько ни слёз выплакала И всё себе твердила: пусть хоть ливень с градом главное, ты жив, значит всё переживём.
Старик сжал её руку в своей, видимо, ему тяжело давались слова.
Вот оно что А я ведь злился, Сашенька Прости меня, дурня такого. Жизнь прожил, а твоей боли понять не мог. Глупый я, да?
Старушка едва заметно вытерла слезу, наклонилась к мужу.
Ваня, только не печалься
Прижавшись к его остывающей груди, она продолжала ласково поглаживать его ладонь, словно успокаивала много раз:
Всё БЫЛО хорошо, Ванечка Всё БЫЛО хорошо Глупый мой родной, прошептала она, целуя его лоб, и самый любимый.
За окном закудрявился лёгкий весенний дождь, ровный и тихий, как дыхание. Старик ещё раз сжал тонкие пальцы своей жены, вдруг впервые ясно понимая: за каждым его “всё будет хорошо” стояла она её любовь, её бесстрашная вера, ставшие для них двоих настоящим оберегом на долгом пути.
Он закрыл глаза и слабо улыбнулся.
Саша выдохнул он одними губами, теперь точно всё хорошо.
За окном расправлялось небо светлело, очищалось после ливня. И казалось, что всё ненастье осталось позади а впереди, сквозь шепот дождя и тёплое касание руки, мягко и верно продолжалась жизнь, такая простая, но всё равно настоящая, потому что была вместе.
