Вторая тёща
Женщина в рабочем халате аккуратно приоткрывает дверь кабинета хозяина киевской клиники эстетической хирургии «Эстетика». Её зовут Евгения, и сейчас она старается говорить шёпотом, чтобы не дай бог не рассердить руководство.
Я слышала, что у вас открылась вакансия младшего массажиста.
Сергей Игнатьевич Демидов резко поднимает голову от бумаг и мрачно смотрит на неё. С утра ему позвонили: с важными инвесторами встречу отменили. Голова кругом от нервов.
Вы, с тряпкой, что, вздумали клиентам массаж делать?
Нет, я курсы закончила дистанционно. Даже резюме написала, смущённо отвечает Евгения, доставая из кармана измятый листок.
В этот момент в кабинет заходит заместитель хозяина Павел Ларионов. Сергей, потерев виски, срывается:
Ларик, ну как так, у нас уборщицы гуляют где хотят? Выведи её! Вообразила из себя массажистку! Вон отсюда и впредь чтоб без глупых самодеятельностей!
Не дожидаясь, вырывает резюме, рвёт на куски и бросает прямо к ногам Евгении.
Та присаживается собирать жалкие обрывки, прикусывая губу. Глаза слезятся. Павел берёт её за локоть, без церемоний выпровождает в коридор, тащит мимо сотрудников и пациентов, дальше в каморку возле технического входа.
На старом деревянном ящике, где ещё с советских времён стоит песок, Евгения оседает и рыдает.
В «Эстетике» она работает недавно. Мытьё полов никогда не было мечтой, но платят тут больше, чем в других местах. И сам Сергей Игнатьевич хоть и с жёстким характером, репутацию имеет безупречную: self-made man, построивший всё с нуля. О нём в городе говорят: работяга, клинику с земли поднял.
Почти правда. Сирота, из интерната. Мать не знал, отца тем более. Всю жизнь искал свои корни, но всё без толку. Зато стал врачом, потом завёл свою частную клинику: к нему за огромные деньги приезжают даже артистки из Москвы. Каждый год повышает цены и ни в чём себе не отказывает.
Поэтому Евгения рискнула: случайно узнала о вакансии и решила надо хотя бы попытаться.
Мечтает стать массажисткой. Всякие пособия штудирует, медучилище заочно окончила насколько смогла. Без диплома никуда. Постепенно откладывала на учебу, но муж, как оказалось, мошенник, смылся, унеся и её сбережения. Оставил без копейки с маленькой дочкой.
Позже выяснилось, что Антон имел судимости и вообще скрывал биографию. Развод длился долго, на суд не являлся. Ради своей Тани Евгения всё сносила, и тогда началась её черная полоса.
С ребёнком на работу не берут. Втроём: Евгения, мать Лидия Васильевна и Таня, ютились в крохотной хрущёвке. Жили на мамину пенсию. Лидия Васильевна неунывающая, сильная, бывшая гимнастка со стальным характером. Она взяла на себя заботу о внучке, и Евгения смогла хоть куда-то устроиться.
Надеялась: вот сейчас, с курсов и пойдёт работать массажисткой. Но сертификат лежал теперь порванный.
Слёзы незаметно высохли. Евгения с трудом поднимается, идет дальше мыть полы. Ходят слухи, и все косо смотрят. Но дома её ждёт хорошая новость: Таня выиграла в садике конкурс рисунков. Дочь талантище! Мать старается покупать ей хорошие фломастеры, мечтает дать шанс вдруг получится поступить в художественную школу.
Вода в ведре тяжёлая как свинец. На лестнице ношу у Евгении забирает дядя Вася, дворник. Он в клинике самый добрый, не кичится. К Сергею Игнатьевичу относится с лёгкой иронией, помнит, как тот сам мыл полы здесь, когда заведовал приёмом.
Не плачь, Женечка, тихо говорит дядя Вася. Всё наладится.
Лучше бы никуда не лезла! Хуже только.
Демидов сегодня сам злой, пожимает плечами Вася. Попробуешь в другой день.
Запретили приходить, Евгения качает головой. Мечтала вырасти как Гранин, а он просто гордец.
Дворник только вздыхает. Евгения несёт тряпки в подсобку и уходит домой, по дороге опять подсчитывая, как протянуть до зарплаты. Таня просит дорогую куклу где взять на неё, неясно.
Дома необычно тихо. Лидия Васильевна сидит в комнате, пытается скрыть слёзы. Сердце у Евгении сжимается: мама из крепких, никогда почти не сдаётся.
Мам, что случилось?
Ничего, Женя, пытается не глядя сказать Лидия Васильевна.
Мам, скажи всё, настаивает Евгения.
Мама всхлипывает.
Была на обследовании от городского театра. Заставили всех пройти, даже костюмеров. У меня нашли проблему Операция потребуется. Время тянут максимум год даёт врач. Очередь длинная, платно а где деньги? А обследование нужно делать в Москве, наших приборов нет. Дорога, анализы
Мам, не говори так! подскакивает Женя. Решим что-нибудь. Обязательно.
На мою пенсию и твою уборщицкую зарплату? улыбается сквозь слёзы Лидия Васильевна. С миру по нитке не насобираешь.
Всю ночь Евгения ворочается, перебирает варианты. Решает: попробовать ещё раз поговорить с Демидовым, вдруг получится.
Но её не пускают на работу. Сказали: сокращение, уволена, выплатят три минимальных оклада по закону.
Дядя Вася умоляет Евгению записать его номер, мол, если что звони, посоветуюсь. Женя автоматически сохраняет, не понимая, что делать дальше. Протянуть месяц а потом хоть трава не расти
Сдаваться Женя не привыкла. Маме про увольнение говорит через плечо, мол, сама так решила. Далее ищет новые вакансии: без опыта и корочек платят гроши. И вдруг находит объявление: нужна сиделка. Медобразование не обязательно, главное готовить, убирать, помогать дома.
Женя думает: чем не альтернатива? Откликается. Через час звонок: приглашают в агентство, клиент богатая, одинокая женщина.
Сидит на собеседовании у начальницы отдела кадров Тамары.
Клиентка тяжёлая. За год десятая сиделка, честно говорит Тамара. Имя, наверное, слышали: Людмила Семёновна Мороз, бывшая прима киевского театра. Деньги огромные, зато характер хуже некуда.
Мне всё равно, шепчет Евгения. Сейчас выбирать не приходится.
Мороз не любит детей и животных. Двигается на ходунках, но с сиделкой предпочитает коляску. Три месяца испытательный срок выдержите, дадим контракт и повысим оклад. Будьте готовы.
Ставка обещается втрое выше прежней уборщицкой зарплаты это шанс вытащить маму из беды. Женя думает: не подведу.
Вечером находит в интернете немного информации: фото десятилетней давности настоящая королева сцены, грозный профиль, пронизывающий взгляд, пышные волосы. Но к реальности это мало готовит.
Открывает дверь охранник. У Мороз шикарный двухэтажный дом в самом центре Киева Евгения по бокам озирается, такого убранства раньше никогда не видела.
Пялиться не надо! скрипит чей-то голос.
В холл выкатывается электроколяска. Дама совсем седая, худющая, с горящими глазами.
Здрасте, Людмила Семёновна, бормочет Женя.
Громче, не бубни! Руки из карманов! Бахилы надень, паркет эксклюзивный, коротко кивает хозяйка. Надел пошли, пора завтракать.
Женя спешно натягивает нетканые бахилы и следует за хозяйкой.
Волосы расчеши. Осторожно! ревёт Мороз. Не этот гребень! Где мозги твои?! Потом парик расчеши. И чай давай только свежий!
Женя идёт к кухне, чуть не спотыкаясь.
Не топай так! Думаешь, пол бетонный?!
Чай хозяйка смотрит на просвет, морщится, вдруг выплёскивает бокалом прям в Женину сторону:
Сама виновата задела стол.
Женя только молча умывается.
А что молчишь ещё? хмурится Мороз.
Уже не удивляюсь, спокойно отвечает Женя. Какой ещё сюрприз?
Вот ж, с характером, бурчит хозяйка. Иди, полотенце самa возьми, одежду в стирку кинь.
Женя подчиняется, возвращается. Весь день Мороз проверяет её прочность: ворчит, мелко издевается, но Женя держится молча делает, что велят.
Вечером она делает хозяйке лёгкий массаж та быстро засыпает. Женя уходит под взгляд охранника.
Утром на работе её встречает сменщица: говорит, что после вчерашнего Людмила Семёновна спит как младенец. Сама хозяйка с утра критикует Женину одежду, заявляет, что без косметики не найдёт жениха. Женя молча помогает с утренними делами: теперь уже и с париком ладит.
Дальше хозяйка требует вызвать маникюршу, надевает кимоно и садится в «будуаре» ждать гостей.
После обеда появляется приятный седой мужчина, подтянутый, представляется сосед Аркадий Иванович (друг юности). При госте Мороз ведёт себя сдержанно, Женя с молитвой заваривает кофе.
Вечером хозяйка вдруг спрашивает:
Ты мне что сделала вчера?
Массаж, тихо отвечает Женя.
Ты что, учёная?
Нет, просто увлекаюсь.
Делай ещё, разрешает Мороз в полголоса.
Три месяца проходят незаметно. Женя чаще ночует у хозяйки, у неё теперь два выходных в месяц зато маме не надо возвращаться к тяжёлой работе в театре: от костюмов кругом синяки.
Мороз изучает Женину выдержку. Как-то спрашивает:
И много у тебя родных терпят такой график?
Только мама да Таня.
А Таня сколько лет? Чем любит заниматься?
Шестой год, рисует. Женя вспоминает рекомендации: хозяйка не любит детей.
Веди к себе. Пусть познакомимся, вдруг кивает Мороз.
Так Таня иногда приходит к маме на работу, сидит в уголочке, рисует мелками. Как-то нарисовала портрет хозяйки так похож, что Мороз велела повесить в рамку.
Постепенно Женя перестаёт бояться увольнения. Массаж после тяжёлых дней приносит Людмиле Семёновне облегчение. Иногда хозяйка просит оставить Женю с Таней на ночь, выделяет им гостевую комнату.
На следующий день Женя убирает в кабинете хозяйки среди старых сувениров натыкается на альбом. Показывает хозяйке.
Давай посмотрим, вздыхает Мороз. Сколько же лет прошло…
Они с Таней устраиваются за столом. Вдруг Таня радостно восклицает:
Это же бабушка! У нас такое фото есть!
Женя не верит глазам: на снимке – молодая Лидия Васильевна.
Как это возможно? шепчет Женя.
Мороз долго смотрит на Женю, вдруг узнаёт:
Ты что, дочь Лидки? Ну надо же… Думала, на кого ты похожа.
А почему фото мамы у вас? удивляется Женя.
Мы подруги были. Прямо не разлей вода: она гимнастикой, я вокалом. Обе из старого двора. Потом из-за одного Витьки поругались красавец-тренер, мы обе сохли. В итоге он остался со мной. А Лидка после этого из сборной ушла…
Я и не знала, шепчет Женя. А фамилия у вас была другая?
Конечно, я была Ларионова. Потом взяла его фамилию, а после развода так и осталась Мороз. Прижилась.
Женя мечтает устроить встречу двух бывших подруг. Возможность приходит сама: Мороз зовёт Женю с Таней на ночёвку, и Женя просит Лидию Васильевну забрать девочку утром.
Мама приходит в обычном пальтишке. Мороз встречает её в холле.
Кто это?
Привет, Люся, резко говорит Лидия Васильевна. Не скажу, что рада.
Я тоже. Вижу, жизнь потрепала.
Зато у меня дочь есть и внучка. Тебе чужие ночные горшки выносят, парирует Лидия.
Всё никак не забудешь, что я твоего Витьку отбила? усмехается Мороз.
Люся, ты так ничего и не поняла. Я всегда радовалась твоим успехам, не мешала никогда. Но помнишь, кто тебе пять лет назад анонимно позвонил, когда тебя обхаживал прохиндей из театра? Уберегла я тебя не поверишь.
Это ты?… шокирована Мороз.
Да, я. Не могу на тебя зла держать: сколько лет прошло! Всё равно подруга.
Мороз отвела взгляд:
Спасибо тебе… Ты спасла меня: я тогда совсем голову потеряла.
Вскоре разговор идёт о жизни.
Как живёте-то? спрашивает Мороз.
В трёшке на Дарнице поселились, скромно, но хватает.
Всё. Завтра же переезжайте ко мне. Места у моря. Таню обустроить хочу, а вам отдельная комната. Хватит жить прошлым, дай хоть на склоне лет пожить рядом. Не спорь, Лидка.
Лидия Васильевна опускается на скамеечку:
Осталось-то мне Меньше года.
Ты о чём?
Сердце. На операцию денег нет.
Значит, решим. Переедете вместе подумаем. Я в долгу. Кстати, жалею о том, как всё тогда вышло…
На следующий день переезд. Мороз затевает ремонт, искренне радуется оживлению в доме. Вечерами старые подруги пьёт чай и рассказывают истории молодости.
Через две недели, после консультации у лучшего врача города, Мороз объявляет:
Лидочка, операция назначена, оплату беру на себя. Ты здоровей, ребёнку и внучке нужна!
Ты квоту выбила?
Какая квота? В клинике договорилась. Оплатила всё. Доверься.
Спасибо тебе…
Сердечно благодарит, плачет.
Оперирует Валентин Андреевич Кириллов, молодой, перспективный, сын профессора, но характер самостоятельный, ровный, обходительный. Женя помогает маме и между нею и Валентином завязываются тёплые отношения.
Они всё больше пересекаются: Валентин наблюдает за Жениной заботой, Таня его подкупает честностью.
Врач говорит:
Редко встречал такие семьи. Счастья вам!
Женя смущается. Постепенно между ними завязывается дружба, всё меньше формальностей.
Мороз, видя это, одобряет:
Только попробуй обидеть моих девочек! Понял?
Женя, пройдя очные курсы по массажу, начинает работать у знакомого мастера Ильи Семёновича в новом салоне «Лаванда». Там у неё много клиентов, все хвалят золотые руки.
Мама восстанавливается, Таня ходит в художественную студию, Мороз сильно сдает, но Женя её не бросает.
Валентин всё чаще заходит к ним, приглашает вместе гулять, берёт Таню в парк. Однажды делает предложение Жене женщина плачет от счастья.
Мороз наслаждается жизнью в новом окружении, называет Татьяну своей внучкой, прощает все старые обиды.
В доме наконец-то царит покой, а Женя понимает: если не ломать себя, а идти к мечте она обязательно сбудется, особенно если за плечами настоящая семья.
