6 мая 2023
Мы были вместе, Валя. В ту, последнюю командировку в Санкт-Петербург. Всё вышло… глупо.
Мы выпили немного после конференции, и я Не сдержался я тогда, Валя
Ты мне это так спокойно говоришь? Валентина едва могла говорить от потрясения. Миша, ты ведь только что признался мне в измене?!
Я больше не могу скрывать, опустил голову я. Прости меня, Валя, пожалуйста. Я клянусь, больше такого никогда не повторится. Я всё понял
Валя аккуратно поставила чашку на кухонный стол. Казалось, её мир только что разлетелся на куски
***
Утро было обычным Валя возилась на кухне, варила манную кашу для горластого пятилетнего сына и заплетала ленточки семилетней Соне.
Мам, щиплется! взвизгнула Соня, дернув головой.
Прости, зайка, спешу! Где папа-то ваш? Вечно опаздывает
Я вышел из ванной, торопливо застёгивая рубашку. Валя с первого взгляда поняла: настроение у меня неважное.
Кофе сварен? спросил я, даже не взглянув на жену.
В турке, сам наливай у меня все руки заняты.
Я плеснул кофе в чашку, выпил стоя, глядя в окно на мокрый двор, где невозмутимый дворник неспешно сгребал мокрые листья.
Ни поцелуя, ни заветного «как спалось» уже пару лет мы живём, как чужие, просто под одной крышей.
Валя работала главным бухгалтером в крупном дистрибьюторе, уже десять лет, как замужем.
Квартира трёшка в панельной высотке на юге Москвы, в ипотеку ещё, правда. Машина белый Kia Sportage. Дети здоровы. Вроде бы, жить да радоваться, а
Вале не хватало воздуха. Ей не хватало меня прежнего, который среди ночи мог привезти ей из «Пятёрочки» мороженое, просто чтобы порадовать, мог обнять крепко, что едва дух не выйдет.
Часа в два дня мой телефон завибрировал.
«Давай вечером выберемся в ресторан? написал я. С детьми всё улажено, Таня уже забрала их к себе ночевать».
Валя перечитала моё сообщение трижды. Сердце, как у выпускницы, дрогнуло.
Вот это да прошептала она. Неужели обратил внимание наконец?
Остаток дня прошёл как в тумане. Валя рванула с работы пораньше, носилась по квартире, примеряла платья.
Остановилась на темно-синем шелковом, оно ей шло. Чуть гуще тушь, капля духов «Красная Москва».
В отражении зеркала женщина, которая всё ещё хочет нравиться мужу.
В ресторане было уютно: приглушённый свет, на сцене джазовая тройка играла что-то невнятное. Я уже сидел за столиком в костюме, побрит, галстук подобрал сам.
Встал, когда Валя подошла, и мельком посмотрел ей в глаза: не то восхищение, не то жалость кто поймёт.
Ты сегодня прекрасно выглядишь, Валя, сказал я, подвиг стул.
Спасибо. Я даже удивилась, если честно. Повод?
Да, собственно, без повода… Просто подумал мы совсем перестали разговаривать как раньше. Живём, как соседи, Валя.
Согласна, вздохнула она, отпив глоток красного. Работа, дети, всё это быт
Я тоже так думаю, я задумчиво играл вилкой. Как белка в колесе бегу, а зачем, не знаю.
Разговорились. Вспоминали, как стояли в очередях в ЗАГС на «Петровке», как первые месяцы снимали однушку на Выхино счастливы были, хоть и текло всё и тараканы кругом.
Смех вспоминался: как я впервые менял памперс дочке и чуть не упал в обморок Валя смеялась надо мной до слёз.
В тот вечер между нами лед начал таять.
Надо почаще так выбираться и всё наладится, подумал я про себя. Мы просто устали
Поехали уже домой? предложил я, когда принесли счёт. По дороге захвачу бутылку вина. Хоть немного побудем вдвоём, без детей.
Дома было странно тихо: без детских воплей и игрушек даже просторная кухня казалась пустой.
Мы сели на кухне. Я разлил вино по бокалам. Была теплая, располагающая атмосфера и вдруг
Валя, нам надо что-то менять, сказал я, не решаясь смотреть ей в глаза.
Согласна, Миша. Хоть в санаторий в Подмосковье съездим или на курорт в Сочи. Душа просит отдыха.
Нужно, кивнул я. Но дело не только в отдыхе. Мы просто перестали слышать друг друга.
Ты всё время на детях, я на работе. Прихожу дома как на вокзале: ты либо устала, либо злишься.
Близости не осталось. Даже не про тело речь про вот это мгновенное понимание.
Валя напряглась.
Ты к чему это? спросила она тише.
Я сорвался.
И тут я рассказал Про тот Питер, про коллегу, про то, что оступился.
Она просто слушала меня, Валя, запинаясь, говорил я, будто опасаясь, что меня оборвут. Мы вместе мотались в командировки.
Была внимательна правда слушала, не для галочки.
Не оправдываюсь. Я предатель, знаю. Долго боролся, но в ту ночь
Мы с коллегами выпили, остались потом вдвоём в лобби-баре гостиницы
Валя молчала. Будто прямо в грудь упала бетонная плита.
Прости меня, если сможешь, говорил я. Мне стыдно ужасно. Две недели себя места не нахожу.
Не могу врать, глядя тебе в глаза. Я не хочу вас терять. Ты и дети моё всё. Готов на всё.
На всё тихо повторила Валя, как эхо.
С шефом уже всё обсудил. Попросил перевести меня в другой отдел, чтобы не пересекаться с ней вообще. С понедельника должен выйти в аналитику.
Отпуск ещё взял билеты хоть завтра куплю. Только ты и я, поедем. Попробуем всё заново.
Я хотел взять её за руку она отдёрнула свою.
Всё с чистого листа? усмехнулась горько. Ты хоть понимаешь, что сделал?
Ты не просто изменил ты меня растоптал!
Я искренне радовалась твоему приглашению, платье выбирала, думала, ты всё наладить хочешь
Потому и рассказал тебе! почти крикнул я. Люблю тебя, Валя, не мог дальше врать!
Любил бы не смог бы лечь с другой. Заботливая у тебя коллега А я, значит, ворчу
Я не это имел в виду, запутался я.
Я подошёл, надеясь обнять
Не смей! она вырвалась. Противно.
Она хлопнула дверью в спальню. Слёзы у меня на глазах но ей хуже. Скрипел я долго у её двери впустила бы Но нет. Уснул потом на диване в гостиной.
***
Утром она вошла на кухню с опухшими глазами. Я сидел, как наказанный. Кофе даже не остыл его вообще никто не пил.
Я только потому ночью не ушла, что некуда детей девать, сказала она холодно.
Валя
Молчи. Мне плевать, что ты там чувствуешь.
Я понимаю.
Про отпуск. Куда хотел ехать?
В Сочи. Или к родственникам в Алтай у нас там нет знакомых, тишина.
Хорошо, отвернулась к окну. Поедем. Но не для «возвращения былого». Я еду убедиться, смогу ли видеть тебя вообще без чувства брезгливости.
Я кивнул, согласен был на любые условия.
Всё устрою. Сегодня.
И ещё, обернулась Валя. Перевод твой я хочу копию приказа. И телефон. С сегодняшнего дня без пароля.
Конечно.
Хотел вручить телефон сразу она лишь отвернулась.
Потом. А сейчас иди в душ. Я приведу мысли в порядок и поеду за детьми к Тане. Они не должны ничего видеть.
Грела лишь мысль бросить всё и уйти. Но дети.
***
Дни до поездки тянулись мучительно. Разговаривали мы лишь по делу.
Билеты купил?
Да, на субботу.
Заедешь за Соней?
Конечно.
Дети чутко всё ловили. Соня тихенькая стала, сын капризный.
Мам, а почему папа спит в гостиной? спросила как-то Соня перед сном.
Валя тяжело вздохнула.
Просто папа устал сильно, милая. Спина заболела от кресла, ему на диване лучше.
Вы поссорились?
Мы просто устали, родная. Всё будет хорошо, мы ведь едем скоро к морю!
Соня кивнула, но выглядела подозрительно.
***
В пятницу вечером я принёс с работы бумагу.
Вот, приказ о переводе. С понедельника выхожу в аналитический отдел. Никаких командировок, совершенно другие задачи.
Моя бывшая коллега остаётся в закупках корпуса у нас теперь разные.
Валя мельком пробежалась по печати.
Приняла к сведению.
Валя неуверенно заговорил я. Я всё время думаю: как мог так подло поступить
Уже хватит, прервала она. В тот вечер в Питере выбор сделал ты. Сейчас решение принимаю я оставаться ли с тобой или нет.
Она не сказала мне, что ночью, пока я спал на диване, залезла в мой телефон.
Ей было противно, руки дрожали, но иначе никак. Последнее сообщение: «Прости, всё между нами закончено. Не пиши больше».
И её короткий ответ: «Ну, как знаешь. Удачи».
Легче Валентине не стало. Но я, по меньшей мере, не соврал ей в этом
***
В субботу с утра моросил дождик. Мы молча грузили чемоданы в багажник.
Я был нарочито внимательным. Проверил окна, двери, купил Вале на заправке кофе «Американо» любимый.
В зале ожидания аэропорта мы сели вместе, дети уткнулись в стеклянное огромное окно, глядя на самолёты.
Валя, сказал я тихо, Помнишь, как первый раз дикарями в Крым ездили? Палатку ночью чуть ветром не унесло.
Валя невольно улыбнулась.
Помню. Ты держал колышки, а я укрылась плащом.
Я думал тогда: лучше тебя нет никого. И сейчас думаю, только вот сам себя запутал страшно
Мы оба потерялись, Миша, впервые за долгое время, она посмотрела мне в глаза.
Я взял её за руку. Она не отдёрнулась, хотя и не сжала в ответ. Прощения ждать рано знаю. Но ради детей попробовать стоит.
Я мысленно пообещал себе: проучить меня Валя научит так, что к другой даже не подойду. Но честно я благодарен, что она не выставила меня вон с порога.
Мой урок прост: доверие и любовь хрупкие вещи. А глупый свой поступок приходится заново отрабатывать не днями годами. Надеюсь, шанса заслужу.
