Я вышла на балкон забрать бельё, как вдруг услышала, как соседка снизу зовёт имя моего мужа в подъезде.
Был субботний день, солнечный луч бил прямо по верёвке с простынями, а во дворе пахло теплым асфальтом и стиранным полотном. Я перегнулась через перила смотрю, а у машины стоит мой Саша, и с ним тёща.
Вот это было уже интересно.
Живёт она в другом районе Киева, и на разведку к нам без предупреждения никогда не заглядывает.
Я быстро собрала прищепки и вернулась в квартиру. Не успела дойти до коридора, как услышала звук ключа в замке.
Открывается дверь: оба входят настроение у Саши «поскорей бы это закончилось», а у тёщи «я тут хозяйка жизни». В её руках здоровенная тканевая сумка, из которой у меня сразу начинает складываться нехорошее предчувствие.
Не ждала гостей, говорю.
Мы на минутку, отвечает она, снимает ботинки деловито, разглядывает прихожую, будто комиссию проводит.
Я бросаю мокрые прищепки на полку, наблюдаю, как они залетают в зал.
Что случилось?
Саша глаз не поднимает, только усаживается на край дивана.
Тёща плюхается рядом, ставит свою сумку на стол.
Принесла немного из погреба, говорит таинственно.
И что же?
Достаёт достопочтенный советский фотоальбом, пару потемневших тетрадей и вот тут сердце у меня колышется маленькая деревянная коробочка.
Я узнаю её сразу.
Бабушкина шкатулка.
Годами стояла у меня в шкафу, не тронутая.
Откуда она? спрашиваю.
Из нашего подвала.
Но она была здесь!
Она пожимает плечами:
Саша её давно туда унёс.
Я на него смотрю:
Зачем?
Он рукой по волосам классика жанра.
Ну, думал, это… не важно.
Не важно? Это же бабушкина коробочка!
Тёща открывает крышку. Там старенькие часы, две броши да аккуратно сложенная записка.
Семейные вещи, произносит она с видом нотариуса. Должны быть у семьи.
Я и есть семья.
Смотрит на меня с выражением «Ну ты и придумала».
Ты жена.
В квартире повисает тишина, а с улицы донёсся стук хлопнувшей машины.
А что вы, собственно, предлагаете? уточняю.
Саша наконец-то меня видит:
Мама считает, что кое-что стоит передать Оксане.
Оксана вообще не встречалась с моей бабушкой двоюродная его сестра из Винницы.
Она ведь тоже семья, тёща кивает с философским видом. По совести.
Я смотрю на старенькие часы помню, как бабушка вручила мне их на кухне вечером, когда чистила яблоки. Сказала одну фразу:
Береги люди часто забывают, что их.
Я аккуратно закрываю шкатулку.
Нет.
Тёща хмурится.
В смысле нет?
В смысле, эти вещи здесь и останутся.
Саша вздыхает как трёхтомный словарь.
Не раздувай.
Раздуваю? голос подрагивает, но я стою на своём.
Ты уносишь вещи без слова, а я сцена?
Тёща встаёт, медленно двигает руку к шкатулке:
Я заберу её, потом мирно поговорим.
В этот момент во мне будто что-то защёлкнуло. Я хватаю коробочку и прячу за спину:
Никто не унесёт отсюда ничего.
Саша вскакивает:
Галя, ну хватит!
Вот как раз ты остановись. Смотрю ему в глаза. Ты сдал вещи в подвал?
Он молчит. И этого молчания достаточно.
Тёща качает головой:
Люди, оказывается, бывают потрясающе неблагодарны.
Я запихиваю шкатулку обратно в шкаф и плотно закрываю дверцу.
Иногда люди узнают, где проходят их границы не тогда, когда их перешли, а когда кто-то рядом молча промолчал.
Стою в гостиной и смотрю на них обоих.
Скажите честно это уже я переборщила, или ведь правда пытались умыкнуть у меня не своё?…
