Я женился на женщине с младенцем. Восемнадцать лет спустя она ушла от меня. Но ее дочь выбрала провести праздники со мной.
Я сидел в пижаме в три часа дня двадцать второго декабря, ел кукурузные хлопья прямо из коробки, когда вдруг услышал, как в замке поворачивается ключ.
Черт. Катя еще не сдала ключ.
Но это была не Катя в квартиру вошла Варя, с двумя огромными чемоданами и университетским рюкзаком за плечами.
Привет, пап.
Пачка хлопьев выпала у меня из рук на пол.
Варя? Ты что?
Я переезжаю к тебе. Она с грохотом поставила чемоданы. Ну, если ты не против. Если против будет неловко, потому что я уже всё притащила.
Я так резко вскочил с дивана, что даже закружилась голова.
Переезжаешь? Мама в курсе?
Конечно. Мы поговорили, изобразила кавычки пальцами. Я сказала, что хочу жить здесь. Что этот дом всегда был родным. Мама поплакала, я поплакала всё в лучших традициях драм. Но она меня поняла.
Но
Папа, посмотрела она на меня серьезней некуда. У мамы теперь новая жизнь. Квартира-студия, все белое, боишься стул передвинуть. А у тебя здесь дом Можно ставить чашку где угодно, и никто не устраивает истерику.
Ну, я вообще-то убираюсь.
Да-да. Потому что в гостиной уже три чашки.
Она права. А еще штук шесть на кухне.
И потом, продолжила она, уже снимая пальто, кто еще будет следить, чтобы ты не питался одним дошираком и тоской?
Я рассмеялся, хотя в горле сдавило.
Я хотя бы ем палочками. Это ведь считается?
Считается способом выживания, но не жизнью.
Варя пошла на кухню инспектировать хозяйство.
Всё ещё хуже, чем я думала, бормотала она, заглянув в холодильник. Соевый соус, три бутылки пива, и кефир просроченный? Пап, это катастрофа.
Кефир всего две недели как
Тут написано март.
март был месяца два назад Ты права.
Она повернулась, уперев руки в бока как в детстве, когда заставляла меня заплетать ей косички.
Завтра идём в Пятёрочку. Сегодня закажем нормальную пиццу, как цивилизованные российские люди. У тебя остался телефон того ресторана с двойным сыром?
На быстром наборе.
Как и должно быть.
Пока ждали пиццу, Варя прошлась по квартире как риелтор.
У тебя тут бардак, как всегда. А моя комната ни пылинки, улыбалась она, заходя. Даже мои дурацкие постеры со школы не снял.
Это ты их повесила. Я твои вещи не трогаю.
Она замолчала, оглядывая обшарпанные стены, фотографии на доске, стол заваленный книгами.
Знаешь, что странно? Мама предлагала всё обустроить в новом доме по-моему. Как хочешь, говорит. Но… она села на кровать. Здесь уже как я хочу. Здесь мое.
Я сел рядом.
Варя, не думай, что тебе нужно оставаться из жалости. Со мной всё нормально.
Не из жалости, глупый, толкнула меня. Потому что в полтора года, когда я только пошла, ты ждал меня с распростертыми объятиями. Потому что когда мне снились кошмары, ты укладывал меня к себе. Когда я окончила школу, ты рыдал даже больше меня.
Ну, не так уж сильно
Папа, ты вымазал три пачки салфеток.
Это аллергия.
На свои чувства?
Усмехнулась и положила голову мне на плечо.
Ты мой папа. Не тот человек, что подарил двадцать три хромосомы, а тот, кто подарил всё остальное. Сейчас, когда у тебя такая огромная квартира и ты ешь грустные хлопья в пижаме, думаешь, что я оставлю тебя? Не дождёшься.
У меня дрожал голос.
Люблю тебя, котёночек.
И я тебя, старик. Но серьёзно, завтра генеральная уборка. Тут чем-то пахнет странным.
На Сочельник Варя своё обещание сдержала: вытащила меня утром в Пятёрочку.
Сделаем нормальный ужин, без китайской лапши.
А как же традиция
Новая традиция настоящая еда. Давай-давай.
Мы накупили продуктов на целую армию. Варя забрасывала продукты в тележку с таким азартом, что бабушки рядом качали головами.
Хоть готовить-то всё это умеем? сомневался я.
Конечно нет! Но есть Яндекс и отвага. Хватит.
Оказалось, не совсем.
Курица внутри сырая, снаружи сгоревшая. Пюре напоминало шпаклёвку. Овощи угольки.
Мы смотрели на наш провал молча.
Знаешь, протянула Варя, всегда можно
Заказать китайскую еду?
Заказываем китайскую!
Мы ели лапшу прямо из коробок, ухахатывались с провала и, признаться, это был самый тёплый Сочельник за долгие месяцы.
Знаешь что? заметил я. Пусть это будет новой традицией.
Пытаемся готовить что-то крутое, обламываемся и едим китайскую еду. По-русски звучит отлично.
После ужина Варя протянула мне маленькую коробочку.
Вот. Твой подарок.
Внутри был ключ с кривым, но милым брелком-рукоделием «Дом».
Это твоя копия ключа. Всё, теперь я тут официально живу, улыбнулась она. Не суди строго, делала сама.
Я обнял дочь.
Самый лучший ключ.
Эй, ты меня задушишь!
Потерпи, дай насладиться моментом.
Она рассмеялась и прижалась ко мне в ответ.
Спасибо тебе за всё, папа. За все эти восемнадцать лет. За то, что не уходил. За то, что ты это ты.
Спасибо, что осталась.
Всегда.
В ту ночь я долго держал новый ключ в руках.
Катя ушла и это больно.
Но Варя осталась.
А это это и есть счастье.
