Отложенная жизнь
3 января 1992
Мама, а можно мне конфету из коробки? Одну всего! Ну пожалуйста! я снова вертюсь возле буфета, куда мама, будто клад, спрятала закупленные к празднику сладости.
Нет, Оля! Это к Новому году, устало вздыхает мама, запихивая коробку повыше. А то съешь сейчас всё на праздник останемся без вкусного.
На губах кисло. Какая, собственно, разница, когда конфету съесть? Всё равно одну прошу, а не всю коробку! Почему мама всегда так? Если что-то хорошее на особый случай, если новое платье только в гости. А так ведь хочется скорее надеть обновку, что отец из командировки в Москву привёз, и похвастаться у Наташки во дворе. Ей, кстати, мама никогда носить новое не запрещает. Правда, Наташка сама рассказывала у неё всё мама шьёт. Но зато всегда самая нарядная на утреннике. А я вот в этом полосатом уже второй год…
То, что мама с отцом вечно выкруживают для меня эти конфеты или ботиночки, я тогда не понимала. Мама работала библиотекарем, папа инженер на заводе. Бюджет у нас что луковый суп: всё на счёт. Часто я слышала слово «достать» оно означало, что появилась у нас какая-то редкая в то время вещь, не из магазина. Так и были у меня лаковые туфельки, у мамы сапоги из краснодарской кожи. Правда, каждый раз за это расплачивались тем, что почти месяц сидели на гречке да картошке, зато мама свои сапоги первое время даже не носила любовалась только, словно картиной. До сих пор, уже взрослой, помню каждую царапинку на этих сапогах.
Время быстро изменило всё вокруг. На прилавках стало всего вдоволь, и теперь уже не вещь была роскошью, а деньги. Я училась в девятом классе, когда папу взяли на новое предприятие совместное с немцами. Будто новая жизнь началась у всей семьи. Папа расцвёл, занятия его увлекли, стал больше шутить, меньше волноваться по пустякам. И зарплату ему платили приличную.
Легче стало и нам с мамой. Уже не надо было ночами вертеть в руках копеечки, урезая расходы. Мои мечты о работе после школы уступили место вполне реальному поступлению в университет. Родители меня поддержали, и я, изо всех сил учась, добилась поступила без блата, сама. Потом снова цель за целью: красный диплом, должность, которую помог найти уже отец благодаря своим связям. Казалось, всё вот и настал момент, когда можно подумать и о себе, и о семье. Но я тогда решила сначала карьера, чтобы уж никогда больше не переживать по поводу грошей на платье или квартиру. Получилось. Окно в мир распахнулось работа, машина, своя квартира, поездки за границу…
Только одна. Но меня это тогда не тревожило. Пойду на свидания, если захочу, а семья потом, еще успеется. Подумаешь!
Серьёзные отношения появились только к тридцати пяти. Мы с Витей Виктор Николаевич, коллеги, годами сидели в соседних кабинетах, общались ровно, по-деловому. Я никогда даже не задумывалась, что могу ему нравиться, а тут корпоратив, пару танцев, и вот он вдруг решается:
Оля, выходи за меня. Нам пора, возраст уже обязывает… Я тебя люблю!
Я засмеялась, даже не поверив:
Вить, какие наши годы! Ещё успеем.
Ноутром, глядя в его глаза, вдруг заметила либо мне показалось, либо он был совершенно серьёзен. Неожиданно для самой себя я прошептала: «Я согласна».
Была шумная русская свадьба: слёзы радости у мамы, и счастье, что у папы наконец внуки будут. Но три года спустя я поняла: никак не получается у меня стать матерью. Анализы, клиники и приговоры Всё тянула, всё откладывала.
Нет, мам, у меня больше нет будущего я рыдала в руки, не в силах даже толком заплакать.
Дочка, не сдавайся, мама гладила по волосам, одна клиника ещё ничего не значит. Медицина развивается.
Когда? руки опускались.
Квартира родителей оставалась всё такой же, как и в моём детстве. Те же простые деревянные стулья, та же старая «стенка», на полках сувениры из советского прошлого. Деньги в дом приносила только я, родители принимать их не хотели стеснялись. Хотя отец уже болел, а мама не работала. Помогала как могла: продукты привозила, мебель реставрировала, ремонт затеяла, когда удалось.
Мы долго с мамой молчали, забыв про телефон, и только к вечеру я сумела выдавить:
Спасибо, мам.
За что, Олечка?
За то, что выслушала. К тебе могу с этим прийти. А к кому еще?
Глупенькая Ты ещё нужна и папе, и мне, и Вите!
Вите уже нет.
Почему?
Потому что не дам ему шанса. Он ведь сможет ещё кого-то встретить, создать семью и стать отцом, а со мной этого не будет. Лучше честно сейчас, чем потом мучиться обоим.
Я слегка обняла маму и пошла не давая ей возражать, поехала домой. Душа тяжёлая, ехать домой не хочется, я сворачиваю на набережную Днепра. Там совсем безлюдно, лишь пара обладателей собак и пожилая пара, вцепившиеся друг в друга. Мне вдруг захотелось плакать от всей души. Когда-то я тоже мечтала вот так до старости вместе
Я ясно поняла, что все годы любила Витю, просто боялась себе в этом признаться, как и всегда откладывала на потом даже чувства. А жизнь штука быстрая, бывает сложно угнаться.
Смотрю на реку, вспоминаю, как гуляла тут с родителями, тянула момент, чтобы до конца не съесть заветную вафлю или мороженое, купленное в любую погоду за пару купюр. Как умудрялась не заболеть от этого мороженого, даже зимой.
Но теперь своим детям я таких прогулок не устрою
Вдруг вижу возле своей машины несколько мальчишек. Я напряглась. Присматриваюсь. Не хулиганы шумные, но не агрессивные. Захожу:
А что случилось?
Там, под капотом котёнок! наперебой кричат они. Мы видели, как он залез греются так часто.
Я открываю капот и тут же взвизгиваю: парень ловко вытаскивает чёрного, сильно испуганного малыша.
Вам, держите! и резко мне в руки.
Я растерялась:
А что я с ним делать буду? Я ведь и не держала никогда
Разберётесь! смеются ребята.
Я порылась в сумке, нашла десятку украинских гривен пусть будет на корм малышке.
Спасибо! парни откланялись.
Кот самоуверенно устроился у меня на коленях и замурлыкал. Ну вот, думаю, одинока, взрослая женщина, и кот прилагается.
Дома ковырялась с котёнком весь вечер. Виктор заходит:
Что за чудо?
Вот, улица подарила. Грязный, блохи
Странно, улыбается, а не боится сидит смирно, мурчит.
После ужина, когда котёнок уже спал, Виктор спросил:
Какие новости?
Я молчу, потом севшим голосом:
Витя Мы разводимся.
Ты что?
Дело во мне, у меня детей не будет… а у тебя ещё жизнь впереди. Ты найдёшь того, с кем сможешь построить семью.
Значит, вот так, сказал он тихо. Ты решила за меня. А я люблю тебя не за детей, а просто так. Но если так решила я не уйду. Просто предупреждаю.
Он ушёл ночевать в кабинет. Я тихо заплакала сомнения точили меня всю ночь.
Утро встретила запиской: “Люблю. Даже не думай, что уйдёшь от меня!”
Неожиданно стало чуть легче. Что-то щёлкнуло внутри, будто кусок жизни вернулся. Потом взяла выходной, пошла в салон подстричься, привести себя в порядок. В очереди подняла журнал, открыла а там крупная зелёная фотография мальчика глаза точь-в-точь как у Виктора. Имя Ярик, четыре года. Захотелось рассказать Вите.
Забрала журнал и понеслась к мужу:
Вить, смотри!
Он пожал плечами, посмотрел на фото, в зеркало и замер. Копия.
Ты уверена? был первый вопрос.
Нет! почти крикнула я. Не уверена. Может, всё уже решено, мальчика забрали. Но я больше ничего откладывать не хочу
Через полгода Ярослав стал нашим сыном. А затем в похожем журнале нашла фото маленькой девочки Марина, год с небольшим. Теперь у нас было двое.
Через пять лет жизнь сама подсунула мне сюрприз: доктор объявил, что я беременна. Не поверила чудо! Дочка Юля родилась аккуратно к осени, удивив всю большую новую семью.
Мама дожила до рождения внучки, год ещё была с нами, радовалась внукам, оберегающим дом.
Вы моя радость, шептала она, обнимая малышей.
Когда её не стало, пришлось разбирать квартиру, собирать для папы вещи. В углу шкафа нашлась та самая коробка с мамиными старыми сапогами, лавандовыми мешочками, простынями на преданое. Я разрыдалась, держа в руках мамины сокровища. Дочки окружили меня, Марина заглядывает в глаза «Мама?» и вдруг обе обнимают меня.
Виктор только и смог сказать:
Ольга, вещи это важно. Но не настолько, чтобы не жить сейчас.
Юлька тянет руки ко мне, глазёнки как у отца и брата, зелёные.
Мама! первый раз сказала.
Саша и Маринка хлопают в ладоши:
Пап, проиграл! Теперь в зоопарк!
А когда? спрашивает Марина.
Зачем ждать до выходных? смеюсь я. Поехали прямо сейчас. Не будем больше откладывать.
Жизнь нельзя откладывать на потом. Её надо проживать сейчас вдруг “потом” сдвинется или вовсе не наступит…
Мороженого хотите?
Сейчас?! изумляется Саша. Мы ведь не ели ещё толком!
Всё успеем. Кто за мороженое в любое время?
Да!!!
Дети хлопают в ладоши, Виктор улыбается. А мне вдруг кажется: вот оно, счастье. Сейчас.
