Лавочка у подъезда
Виктор Степанович появился во дворе в начале второго. Голова гудела вчера доел последние салаты, а сегодня всю первую половину дня возился с ёлкой, упаковывал стеклянные игрушки. Квартира стояла в непривычной тишине. Он натянул вязаную шапку, убрал в карман мобильный телефон и, осторожно держась за холодные перила, спустился вниз.
Январское солнце едва пробивалось сквозь тучи, и двор казался ненастоящим: тропинки расчищены, сугробы нетронуты, ни одного человека. Виктор Степанович аккуратно стряхнул снег с лавочки возле второго подъезда, доски заскрипели. Тут всегда хорошо думалось особенно в безлюдье можно спокойно просидеть несколько минут и вернуться к себе.
Можно присесть? услышал он мужской голос.
Повернувшись, Виктор Степанович увидел мужчину лет пятидесяти пяти, высокого, в тёмно-синей куртке. Лицо смутно знакомое, то ли встречались где-то, то ли сосед новый.
Конечно, садитесь, кивнул он и подвинулся. Вы из какой квартиры будете?
Со второго этажа, сорок третья. Недавно заехал, три недели как. Михаил меня зовут.
Виктор Степанович, представился он, пожимая руку. Рад знакомству. Добро пожаловать в наш уголок.
Михаил вынул из кармана пачку сигарет:
Не помешаю, если закурю?
Да на здоровье, махнул рукой Виктор Степанович.
Сам он уже лет десять как бросил, но запах сигарет внезапно напомнил ему редакцию районной газеты, где он проработал целую жизнь. Даже захотелось вдохнуть дым, но тут же мысленно отдёрнул себя.
А вы давно здесь живёте? поинтересовался Михаил.
С восемьдесят седьмого года. Тогда наш квартал только сдали.
А я тут недалеко работал раньше в Доме культуры Металлистов, звукорежиссёром был.
У Виктора Степановича екнуло сердце:
У Валерия Захаровича?
Да-да! А вы откуда его знаете?
Очерк про него писал. В восемьдесят девятом, когда юбилей был, концерт делали. Помните ещё группа «Август» выступала тогда?
Конечно, я ж этот концерт как сейчас помню! Михаил заулыбался. Колонку тогда мы огромную притащили, питающий блок всюду искрил
Потекла беседа легко и будто сама собой. Вспоминались знакомые фамилии, истории то забавные, то с грустинкой. Виктор Степанович краем сознания ловил мысль пора бы домой, да никак не уйти: разговор всё не заканчивался музыканты, аппаратура, закулисные проказы
Он уже разучился долго говорить. Последние годы работал только на срочных статьях, после пенсии и вовсе замкнулся, старался ни с кем не сближаться, думал: так спокойнее ни к чему не привязываешься, ни от кого не зависишь. А сейчас что-то внутри будто начало оттаивать.
Знаете, Михаил потушил третью сигарету, у меня дома весь архив лежит. Афиши, фото, даже кассеты концертные, сам писал. Посмотреть бы вам
«К чему мне это?» мелькнула мысль у Виктора Степановича. Потом ведь придется ходить, общаться, кто знает вдруг подружиться вздумает, привычный уклад нарушит Да и что я там не видел?
Можно и глянуть, ответил он, как ни в чём не бывало. Когда вам удобно?
Да хоть завтра. К пяти подойдёт? Я как раз с работы возвращаюсь.
Договорились, Виктор Степанович достал телефон, набирая номер. Давайте запишу, если что наберёте, договоримся.
Вечером долго не мог уснуть вспоминал разговор, перебирал в памяти старые детали, знакомые лица. Несколько раз тянулся к телефону отменить встречу, сослаться на срочные дела. Не стал.
Утром раздался звонок. На экране: «Михаил, сосед».
Не передумали? прозвучал в трубке неуверенный голос.
Нет, ответил Виктор Степанович. К пяти буду.
