А ты сама салат резала или опять этими пластиковыми коробками из магазина моего сына кормишь? спросила Галина Петровна, брезгливо ковыряя вилкой тарталетку с творожным сыром и семгой.
Ирина тяжело вздохнула, поправила складку на праздничном платье. Сегодня ей исполнилось тридцать пять. Юбилей. День, когда хочется быть на пьедестале, слышать поздравления и ощущать себя счастливой. Но вместо этого она, казалось, вновь стала той самой девочкой в классе: вместо аплодисментов насмешливые взгляды, вместо поддержки намёки.
Галина Петровна, это из хорошего ресторана на Арбате, где шеф итальянец. Я подбирала качественные блюда, сдержанно улыбнулась Ирина. Вы ведь знаете, я работаю до восьми. У меня нет ни сил, ни времени стоять у плиты, особенно если гостей пятнадцать.
Ну конечно, работа… свекровь закатила глаза и посмотрела на портрет сына, словно надеялась получить от него безмолвное одобрение. В наше-то время не то что в офисах сидели: и в поле работали, и детей воспитывали, а потом всю семью сами накрывали к празднику. А сейчас готовая еда, магазины, сервис какой-то… Олег, гляди, измучился совсем. Бедняга, мешки под глазами…
В этот момент Олег, «бедняга» тридцать восьми лет от роду, внушительного сложения и с добрым румянцем, вошёл в комнату, потирая руки.
Мама, Ирочка! Какой стол, а запахи! Ир, это опять твои баклажанные рулетики? Я их обожаю!
Галина Петровна одарила сына взглядом скорби, но промолчала. Гости вот-вот нагрянут. Ирина поспешила на кухню, чувствуя, как раздражение сжимает её изнутри. Такое происходило не первый год: война за желудок сына длилась все пять лет их брака. Каждый приезд свекровь передавала судочки с котлетами, холодцом и пирожками, приговаривая: «Хоть мужу поесть дай настоящей еды». А ещё робкие намёки на то, что её работа значит меньше пельменей, слепленных вручную.
Ирина старалась не реагировать: она руководила отделом логистики в московском холдинге, зарабатывала больше мужа. Услуги клининга и еды на заказ были для неё способом выкроить время для чтения, спорта или общения с Олегом.
Но для Галины Петровны женщина, не делающая всё сама, считалась неженой и недостойной.
Звонок в дверь возвестил о начале праздника. Квартира наполнилась смехом, ароматом цветов, духами и радостью. Друзья, коллеги, родные, поздравления, конверты с рублями и сертификаты в элитные салоны. Ирина расслабилась и решила не обращать внимания на кислые взгляды свекрови.
Десерт только-только вынесли, едва утих бурный смех, как Галина Петровна, с важным видом, постучала вилкой по бокалу, требуя внимания:
Дорогие, начала она торжественно, как на комсомольском собрании, хочу тоже поздравить нашу Ирину. Всё-таки 35 серьёзная дата! Женщина к этому возрасту должна не только быть мудрой и терпеливой, но и дома уют держать, семью сберегать.
Тут она вынула из сумки толстый сверток в блестящей обёртке:
Деньги приходят и уходят, а вот хорошая хозяйка это опора семьи. Я долго думала, что подарить тебе, Ирочка, и выбрала то, что тебе нужнее всего знания!
Она положила перед невесткой «Великую книгу русского домашнего быта». На обложке сияющая домохозяйка в фартуке.
Это больше, чем книга, со сладкой ядовитостью произнесла свекровь. Я отметила закладками всё важное. Вот борщ, чтобы был красный, как любит Олежек; вот как рубашки правильно гладить, чтобы мужчина был солиден. Пользуйся! Учиться быть хорошей женой никогда не поздно.
В зале повисла невесёлая тишина. Олег покашлял. Мать Ирины вспыхнула, но дочь мягко сжала ей ладонь: не сейчас и не перед всеми.
Спасибо, Галина Петровна, ровно сказала Ирина, очень… солидный подарок. Обязательно просмотрю.
Остаток вечера прошёл как в тумане. Ирина улыбалась и, казалось, шутит, но внутри клокотало унижение: этот подарок был явной пощёчиной.
Когда все ушли, а посудомойка жужжала, Ирина взяла заветную книгу. Олег осторожно подсел рядом:
Ир, не обижайся на маму. Она с добром… Ну, может, чуть переборщила. Никто не идеален.
Ирина раскрыла книгу: на форзаце размашисто «С надеждой на то, что мой сын наконец-то поест настоящей домашней еды, а не магазинку!»
На рецепте котлет красным: «Фарш крутить самой! Магазинный только для ленивых!»
В уборке: «Пыль под кроватью лицо хозяйки. Вот где у вас картошку можно сажать!»
Ирина покачала головой: здесь был не кулинарный сборник, а манифест упрёков. Свекровь явно готовилась к «уроку».
Мамина забота, пробормотал Олег но уши его покраснели.
Прятать эту книгу не стоит, Ирина захлопнула том с такой силой, что звон пошёл по стеклу.
Пару дней она работала, заказывала ужин, иногда листала проклятую книгу. В субботу, в день традиционного визита к свекрови, оделась особенно аккуратно.
Мы к маме? удивился Олег.
Конечно! Надо же сказать спасибо за праздник. И подарок отвезти.
Ир, только не затевай скандал…
Не беспокойся, я всё решу по-русски с душой и честно.
В квартире у свекрови запах жареного лука, стерильная чистота. Пирожки, холодец, кислое одобрение в глазах. За столом образцовая сноха. Комплименты пирожкам, вопросы о здоровье Галина Петровна сияет.
Во время чая Ирина вынула «энциклопедию»:
Галина Петровна, ваш подарок настоящее сокровище. Всё перечитала. Здесь целый мир ваш опыт, ваше мировоззрение.
Ну так! довольна свекровь.
Вот поэтому, Ирина передвинула книгу к ней, я не вправе держать у себя такую реликвию. Она должна быть у женщины, которая воплощает этот идеал. Вы хранительница традиций. А я… другая. Я ценю труд головой, а не руками; мои три часа работы приносят больше, чем неделя готовки. Если посвятить жизнь только борщу, семья потеряет возможность увидеть мир.
Олег с затаённой улыбкой наблюдал.
Ваша книга это не про любовь, а про претензии. Счастливый человек не будет упрёки писать в подарок. Вот вы всё отдали быту, забыли о себе. А я хочу жить для себя и для любимого, а не только для кухни.
Она достала конверт:
Я возвращаю вам книгу, а от себя дарю вот что: абонемент на курс танго в лучшей студии и сертификат к массажисту вы ведь часто жалуетесь на спину.
В зале повисла тишина. Галина Петровна побледнела, перешла от гнева к растерянности.
Танцы в моём возрасте?
Самое время! Ирина встала. Жизнь ведь не только из кастрюль состоит.
Олег тоже поднялся:
Мам, пирожки твои пальчики оближешь. Но я люблю Иру не за кулинарию. И за стиркой я не тоскую.
Они ушли, а свекровь подолгу смотрела на конверт и на «Великую энциклопедию».
В машине Олег выдохнул:
Ты как-то по-настоящему всё расставила. Не думал, что так можно просто сказать прямо.
Не нужно страдать ради чужих ожиданий, Олег. Все мы заложники своих привычек, но менять свою жизнь может каждый.
Неделя прошла тихо. Галина Петровна не звонила. Но через месяц в субботу, когда Ирина и Олег ждали встречи, мама сама позвонила.
Я не смогу вас принять: у нас репетиция танго, а через неделю отчётный концерт! У меня партнёр Пётр Сергеевич, бывший военный, строгий, но ведёт превосходно. Так что кормить своим пирогами вас не буду, придётся заказать пиццу.
Ирина рассмеялась:
Вот и прекрасно! Пускай учит Петра Сергеевича, какой должен быть порядочный мужчина.
Главное мама отпустила контроль.
Ир, закажем суши? улыбнулся Олег.
Обязательно! Самый большой сет!
В тот момент Ирина с удивлением почувствовала свободу. Оказалось, что иногда достаточно вернуть чужие ожидания их владельцу и подарить шанс открыть себя для нового. Книга с упрёками осталась у прошлого, а впереди были субботние утра, любимый муж и счастье, не зависящее от того, насколько румяная получится корочка у пирога. Настоящее семейное счастье рождается там, где есть любовь, уважение и место для мечты, а не только для домашних обязанностей.
