— Никто их не гнал, — говорили и моей, и твоей маме, — просто они сами почему-то не захотели остаться! Пусть приезжают! Мы будем только рады! — Сиди тихо, нас нет дома! — спокойно сказал Пётр. — Но ведь опять звонят! — Валя замерла, поднявшись с дивана. — Пусть, — ответил Пётр. — А если это кто-то важный? — спросила Валя. — Или по делу? — Суббота, двенадцать часов дня, — произнёс Пётр. — Ты никого не звала, я никого не жду. И? Вывод? — Я только в глазок посмотрю! — прошептала Валя. — Сядь! — в голосе прозвучала сталь. — Нас нет дома! Кто бы там ни был — пусть топает обратно! — А ты что, знаешь, кто там? — спросила Валя. — Догадываюсь, поэтому и прошу не мелькать перед окнами! — Если это те, о ком я думаю, так просто не уйдут! — сказала Валя, пожимая плечами. — Всё зависит от того, сколько мы не будем открывать дверь, — спокойно ответил Пётр. — Рано или поздно они уйдут. В любом случае, ночевать в подъезде они не станут. А нам-то с тобой выходить некуда. Так что сядь, включи наушники, телефон, и смотри фильм. — Пётр, мне мама звонит, — сказала Валя, показывая экран. — Значит, за дверью твоя тётка с её незадачливым сыночком, — сделал вывод Пётр. — Откуда ты знаешь? — удивилась Валя. — Если бы там был мой двоюродный брат, — Пётр мягко произнёс “е” в слове “брат”, получилось почти противно, — мне бы мама позвонила. — А других вариантов не рассматриваешь? — спросила Валя. — Если соседи — не хочу общаться. Если наши друзья — постучали бы пару раз и давно ушли. Люди приличные заранее позвонили бы, спросили, можно ли прийти. А так настойчиво дверь дергают только наши надоедливые родственники! — Пётр, это моя тётя Наташа, — страдальчески сказала Валя. — Мама прислала сообщение. Спрашивает, где нас черти носят. Тётя Наташа остановится у нас на пару дней, у неё дела в городе! — Напиши, в городе полно гостиниц, — улыбнулся Пётр. — Пётр! — укоризненно произнесла Валя. — Я ж не могу такое написать! — Знаю, — задумался Пётр. — Напиши, что нас нет дома, что живём в гостинице — тараканов травили дома! — Точно! — Валя отправила сообщение. — Пётр, она пишет, чтобы мы сняли для тёти два номера — для неё и Кости, — ошарашенно сказала Валя. — Напиши, денег нет. И ещё добавь: мы сами сняли два койко-места в хостеле, с нами в комнате пятнадцать иностранцев, — Пётр с улыбкой похвалил свою находчивость. — Мама спрашивает, когда вернёмся, — Валя посмотрела на мужа. — Напиши: через неделю, — махнул рукой Пётр. Звонить в дверь перестали. Чета облегчённо вздохнула. — Пётр, мама говорит, тётя приедет через неделю, — устало сказала Валя. — А нас снова не будет дома, — сказал Пётр. — Пётр, ты же понимаешь, что бегать от них — не решение? Не можем же мы вечно прятаться! А если в будний день нагрянут? Если после работы под дверью подстерегут? Тётя моя, твой брат — они на всё способны! — Ну да, — вздохнул Пётр. — И кто нас дернул покупать трёхкомнатную? — А мы же для будущей большой семьи брали, — сказала Валя. — Надо нам ребёнка! — серьёзно сказал Пётр. — Даже сразу двух! — А я что — против? — возмутилась Валя. — Сама знаешь, что обследование нужно! Не выходит! — Нервотрёпку убрать — и всё получится, — уверенно сказал Пётр. — Нас ведь нервируют по очереди: то твои, то мои! Всех бы выгнать туда, откуда пришли! А то из-за них — ничего и не получается! Валя не спорила. Она знала: Пётр прав. Когда собирались жениться, прошли дорогое обследование на совместимость и наследственные болезни. Фертильность тоже проверяли — тогда всё было отлично. После свадьбы вопрос детей отложили — надо было на квартиру заработать. На наследство рассчитывать было смешно: до свадьбы и Пётр, и Валя жили с мамами в однушках. Надеяться можно только на себя. Пять лет — тяжёлый труд и жёсткая экономия, чтобы купить просторную квартиру. Вторичный фонд, дом не новый, в ремонт вложились, мебель — почти всё с нуля. Но сколько было счастья! Отметить новоселье не успели, как на пороге — Валяина тётя с сыном и сопровождающая тёща. — Ну, вас тут не стеснили, места полно! Не то что мы с Валькой мучились в одной комнате! — Удобно, — одобрила тётя Наташа. — Мне комната, Косте — отдельно! — В зале у нас не спят! — отрезал Пётр. — Это комната для отдыха! — Работать тут и не собираюсь! — рассмеялась тётя Наташа. — Валя, объясни мужу: с сыном неудобно, он храпит! Гости в доме, а вы даже стол не накрыли! — Мы ж вас не ждали… — смутилась Валя. — И холодильник пустой, — поддержал Пётр. — Ладно, так быть, — милостиво сказала тётя Наташа. — Пётр, бегом в магазин! Валька — на кухню! — Чего стоим! — буркнула тёща. — Это у вас так гостей принимают? — Да вы, похоже, совсем… — взорвался Пётр, но Валя утащила его в другую комнату. Пётр, освободив руку от Валиной ладони, спросил: — Валя, никто тут ничего не перепутал? Сейчас выкину их к твоей матери — вместе! Раз уж в гости приехали — пусть ведут себя, как гости! А это что вообще?! — Пётр, ну… Простая женщина, из деревни. У них так принято… — Я сельских знаю: хамство нигде не принято! А это — оно и есть! — Любимый, давай не будем ссориться с мамой и тётей — потом же все нервы вымотают! А ты вообще им врагом станешь — тебе это нужно? — Мне всё равно, кем я для них стану! Если со мной так — проще забыть и не видеть никогда! Хоть бы исчезли — не пожалею! — Пётр, милый, пожалей меня! Если выгоним тётю Наташу — мама меня проклянёт! А у меня, кроме неё — никого… Этот аргумент сработал. Пётр стиснул зубы и ушёл в магазин. Тётя Наташа гостила вместо трёх дней целых две недели. К концу второго дня Пётр сел на валерьянку. Отъезд тёти Наташи и сына отмечали радостно — с веником и шваброй. Три дня квартиру отмывали. Потом всё повторилось, но уже с Петровской стороны. — Братан, я к тебе ненадолго, дела порешать! Потом назад! — Дмитрий обнял брата до треска. — Один не можешь решить? — спросил Пётр. — У меня семья! Как их одних оставить? Подумай, вдруг я приключения найду, а жена — контролировать будет. — рассмеялся Дмитрий. — Детей тоже привёз! — А с кем их оставить? — хлопнул по спине. — Им в городе развлекаться можно! Давай, как в юности — “порвём” город! — Дмитрий! — взвизгнула Светлана. — Я тебя так “потрясу”, что трясти будет нечего! Через полтора часа после приезда братской семьи у Вали началась мигрень. Дети носились, не уставая громко кричать. Светлана говорила только криком. Дмитрий рвался “зажечь ночь”, Светлана кричала сильнее. — Пётр, ты же один сын у мамы, — спряталась в подушку Валя. — Это двоюродный по материнской линии, — буркнул Пётр. — Всё равно — можно его попросить уехать? — Я бы с удовольствием, — положив руку на сердце, — но тут так же, как с твоей тётей. Потом мама чайной ложкой мозг вынет! Не отходили от одних гостей — уже новые на пороге. Тётя Наташа с сыном постоянно находили дела в городе. Кузен Дмитрий с семьёй периодически “наезжал” — свои вопросы решать. А ещё мамы — как же без детей? Тёща — мозг зятю, свекровь — невестке. Постоянное напряжение подрывало душевное здоровье семьи. О каких тут детях вообще может идти речь? И здоровье не то, и просто — как? — Давай квартиру поменяем? — предложила Валя. — На смирительную палату? — улыбнулся Пётр. — Скоро и так дадут! — Нет, — чуть улыбнулась Валя. — На такую же! Ведь есть те, кто хочет жить в другом районе! Мы переедем, а никому не скажем — куда! — Всё равно найдут — соседи расскажут. Тогда нас просто распнут! — А может, времени хватит — ребёнка завести? — с надеждой спросила Валя. — Надо не только завести — ещё и родить. Это хоть какая-то причина будет, — покачал головой Пётр. — Хоть из квартиры уезжай, — грустно сказала Валя. — Может, к друзьям попросимся? Хоть спрячемся! — Ты про Валеру с Катей? — уточнил Пётр. — Ага, — кивнула Валя. — У них есть комната! — Там Тера живёт, — улыбнулся Пётр. — Забыла? — Лучше с овчаркой, чем с нашими родственниками! — опустила голову Валя. — Стой! — крикнул Пётр и схватил телефон. — Валерка, дай собаку! — О, друг! Вечный должник! Мы с Катей хотим на курорт, оставить дочку не с кем! Она чужих не любит, а вас знает и уважает! — радостно ответил Валера. — Привезу корм, подстилку, игрушки, миски — даже заплачу! — Привози! — радостно сказал Пётр. Вернулся к жене, сияя, как утреннее солнце: — Звони маме, пусть тётя завтра приезжает! А я брату — чтобы на неделе приезжал! — Ты уверен? — спросила Валя. — Мы им рады! — проникновенно отвечал Пётр. — Кто виноват, что им наш “житель” не по вкусу? Кузену Дмитрию с семьёй хватило одного “гав”, чтобы выбрать гостиницу. А тётя Наташа решила побороться: — Уберите этого зверя куда-нибудь! — спряталась за сына. — Тётя Наташа, вы шутите? — улыбнулся Пётр. — 45 кг чистых мышц! Это не болонка, а немецкая овчарка! Любую дверь вынесет! — А чего она на меня скалится? — голос у тёти дрогнул. — Сторонних не любит, — пожала плечами Валя. — Уберите! Я не могу жить с этим зверем! — Как это убрать? — возмутился Пётр. — Этот чудесный пёс теперь наш! У нас нет детей — надо же кого-то любить! Мы её очень любим! — И ни за что не бросим! — добавила Валя. Потом обе мамы звонили, спрашивали: почему отказали родным? — Никто их не выгонял, — отвечали обеим, — они сами почему-то не захотели остаться! Пусть приезжают! Мы всегда рады! — А собака? — Мама, мы же никому не отказываем! Да и мамы в гости чего-то больше не рвались. Через месяц Тера вернулась к хозяевам, но ждать — готова была по первому зову. Да и не понадобилось: Валя ждала двойню.