Тамара Ивановна узнала, что её муж ходит к соседке по даче, когда зашла попросить соли для засолки огурцов.
Дверь открыл Виктор. Её Виктор. В семейных трусах и майке.
Витя? только и смогла сказать она.
Он побледнел, потом покраснел, снова побледнел.
Тамарочка сейчас всё объясню
За его спиной показалась соседка Валентина, вдова уже много лет. На ней был халат, накинутый на голое тело.
Виктор, кто там? спросила она и увидела Тамару. Ой
Трое замерли, уставившись друг на друга. Потом Тамара развернулась и поспешила к калитке. Быстро, почти бегом.
Тамара! Постой! Виктор кинулся за ней, напрочь забыв о майке и трусах.
Вся улица двенадцать дачных участков под Санкт-Петербургом высыпала смотреть.
Виктор Павлович, уважаемый человек, председатель дачного кооператива, несётся по улице за женой без штанов.
Представление началось, прокомментировал сосед, Михаил.
Тамара вбежала в дом, захлопнула дверь изнутри. Виктор стучал кулаком.
Тамара, открой! Позволь объяснить!
Сколько лет? крикнула она из-за двери.
Что?
Сколько вы уже встречаетесь?
Виктор замолчал. Потом глухо сказал:
Восемнадцать.
Тамара осела по двери на пол. Восемнадцать лет. Их младшему сыну Сергею как раз восемнадцать.
Послышалось скрипенье калитки: на участок вошла Валентина уже одетая и причёсанная.
Тамара, выйди. Давай поговорим.
Иди прочь, змеюка!
Тамара, мы взрослые люди. Не надо истерик.
Тамара взяла себя в руки и вышла. Села на крыльцо, Валентина рядом. Виктор стоял в стороне.
Восемнадцать лет, еле выдохнула Тамара. Как это вообще случилось?
Помнишь, у тебя со спиной проблемы были? Ты в больнице долго лежала
Тамара кивнула. Операция, восстановление… Тогда Виктор все огурцы пересушил, помидоры пошли прахом. Она тогда удивлялась, как он справляется без неё.
Я тогда ему помогала, продолжила Валентина. На огороде, по хозяйству Ну, и
Закрутилось, буркнул Виктор.
Восемнадцать лет! Тамара встала. Вы что, правда все это время меня за дуру держали?
Никто так не думал, Валентина тоже поднялась. Ты своей жизнью жила, а у нас была своя.
Своя? Да он мой муж! Отец моих детей!
Всё так. Но мужем он и не перестал быть. Дети накормлены, огород ухожен, всё в порядке.
Тамара замахнулась, но Виктор поймал её за руку.
Тамара, не надо.
Не трогай меня!
Она вырвалась и ушла в дом. На улице уже собралась толпа: дачные новости быстро разлетаются.
Расходитесь! гаркнул Виктор. Всё кончено!
Но никто не расходился. Люди обсуждали. Людмила с третьего участка громко сказала:
Я всегда знала! Видела их вместе!
Врёшь, отозвался её муж. Ты и без очков слепая.
Слепой тут не я! А я всё вижу!
Вечером Тамара сидела на веранде. Виктор ходил по двору.
Тамара, ну скажи что-нибудь.
Что сказать? Развод?!
Развод в шестьдесят?! Смешно ведь!
После шестидесяти люди тоже разводятся.
Не говори глупостей, Тамара. Мы вместе сорок лет живём!
Только половину из них ты с Валей.
Я с тобой жил! Но иногда заходил к ней.
Иногда?
Ну два раза в неделю.
Два раза в неделю восемнадцать лет это уже закономерность, Виктор, не «иногда».
Он сел напротив.
Тамара, пойми меня. Я тебя люблю. Только Валя другая.
Лучше?
Не лучше. Просто другая. С тобой дом, дети, быт. С ней отдых. Без забот.
Отдыхает он А я всё солю и выращиваю.
Ты всегда занята. Огурцы, варенье, клубника! А мне иногда просто поговорить хочется, посидеть, выпить.
Со мной не поговоришь?
С тобой о детях, о картошке, о консервации. А с ней о жизни, о книгах
Она что, книги читает? удивилась Тамара.
Валя считалась среди всех самой простой из женщин.
Читает, представляешь? И Пушкина знает, и Лермонтова.
Тамара чуть не рассмеялась: Виктор и классика!
И что теперь?
Я не знаю. Как ты решишь.
А ты?
А я Тамара, мне шестьдесят два. Какие тут уже решения? Главное спокойно дожить.
С кем? Со мной или с ней?
Виктор помолчал. Наконец сказал:
А можно с обеими?
Тамара схватила банку с огурцами и метнула в него. Промахнулась. Банка разбилась о стену.
Проваливай!
Виктор ушёл. К Валентине, разумеется.
Ночью Тамара не спала. Сорок лет бок о бок. Двое детей, внуки. Дом строили вместе, огород, сад.
И восемнадцать лет лжи
А может, это не ложь? Он ведь не обещал ей верности. Не клялся. Просто жил и с ней, и с Валей.
Утром пришла Зинаида с пятого участка, пирог принесла.
Тамара, держись.
Спасибо.
Надо будет мой муж Витьке морду набьёт.
Не надо. Мы уже не дети.
И что решать будешь?
Пока ничего.
Я бы выгнала. Изменщик он!
Зина, а твой к Людмиле с третьего не ходит?
Зина залилась краской.
Почему ты так решила?
Видела их вместе в малиннике.
Это ерунда!
Какая?
Про грядки разговаривали.
Обнявшись?
Зина хлопнула дверью и ушла.
До обеда пришёл Михаил.
Тамара Ивановна, может, землю вскопать? Помочь чем?
Спасибо, не надо.
Так Виктор Павлович через меня просил передать вечером придёт за вещами.
Какие там вещи? Семейные трусы?
Не знаю, просто просил
Передали. Спасибо.
Михаил потоптался и ушёл.
Вечером Виктор действительно пришёл, с виноватой головой.
Заберу вещи.
Забирай.
Он пошёл в дом, Тамара следом.
Вить, скажи, почему именно Валя? Чем она лучше всех других?
Он остановился.
Не лучше. Просто с ней легко.
Со мной тяжело?
Нет. Но ты всегда знаешь, «как правильно». Как огурцы солить, когда картошку садить, сколько внукам дарить. А она не знает, советуется.
Ты себя умным чувствуешь?
Скорее нужным.
Тамара опустилась на кровать.
Вить, я тоже не всё знаю. Не знаю, как жить дальше, когда муж восемнадцать лет встречается с соседкой.
Тамара
Не знаю, как смотреть людям в глаза, что сказать детям и внукам.
Не надо ничего объяснять!
Надо, Вить. Саша завтра с женой и ребёнком приедет. Что им скажу?
Скажи, что поругались.
Виктор сел рядом.
Тамара, давай попробуем всё забыть?
Как?
Ну… сделаем вид, что ничего не было.
Валя через забор, ты её каждый день видишь и всё будто по-старому?
А что ты предлагаешь?
Тамара подошла к окну: по ту сторону забора Валя поливала огурцы в том же халате.
Знаешь что? Живи где хочешь. Но внукам объяснишь сам.
Тамара!
И огурцы этим летом солишь сам.
Я не умею!
Валя поможет. Она же у нас образованная, справится.
Виктор ушёл с узелком. Вся улица опять столпилась у забора.
Ночью Тамара услышала шорох. Кто-то бродил по огороду, ругался. Вышла.
Виктор у теплицы.
Ты чего?
Помидоры проверяю. Завтра жара. Надо проветрить.
Вить, ты же ушёл.
Ушёл. Но помидоры мои! Я выращивал.
Ну и что?
Так! Не могу их бросить.
Он открыл теплицу и ушёл через забор.
Утром приехал Саша с семьёй.
Мама, где папа?
У соседки.
В гостях?
Живёт там.
Саша сел.
В смысле?
Тамара объяснила коротко, без лишнего.
Восемнадцать лет?! Мама, это
Что?
То есть, когда Серёжа народился, они уже?..
Получается, да.
Саша ушёл к Валентине. Тамара слышала крики, хлопнула калитка. Сын вернулся.
Папа говорит, обеих любит.
Вот это счастье.
Мама, может, действительно любит?
Саша, ты бы смог? Двух женщин любить?
Я? Нет. Но я не папа. Он у нас такой особый.
Вот-вот.
Внук выбежал во двор.
Бабушка, а почему дедушка у тёти Вали живёт?
Потому что дедушка помогает ей с огородом, сказала Тамара.
Саша рассмеялся.
Мама, ну ты даёшь
Ночью снова шум. Вышла Виктор поливает грядки.
Вить, ты что, спятил?
Засуха! Всё сгорит!
Семья новая тебя ждёт, там и поливай.
У Вали свой огород!
Вот им и занимайся!
А этот жалко
Тамара взяла шланг.
Давай помогу. А то весь день тут простоишь.
Поливали вдвоём. Молча. Потом сели на лавочку.
Вить, честно: кого ты любишь больше?
Тамара, ну что за вопрос
Нормальный вопрос. Кого?
Виктор задумался.
Обеих. Но по-разному.
Как?
Ты как правая рука. Родная, привычная. Без тебя никак. Валя как праздник. Редко, но приятно.
А если меня не станет?
Фу, не надо!
А если? Женился бы на ней?
Не думаю.
Почему?
С ней бы уже был не праздник, а правая рука. И праздника бы не стало.
Значит, тебе нужны обе?
Выходит, так.
Они сидели, молчали, смотрели на звёзды.
Вить, может, и мне праздник устроить? Михаил помощь предлагал.
Виктор вздрогнул.
Что? Какой Михаил?
Мужчина предложил помощь.
Михаил? Да я
Да что ты ему сделаешь? Ты у Вали живёшь.
Это другое!
Чем?
Тамара, ты же не такая!
Откуда знаешь? Может, я с завтрашнего дня читать Пушкина начну.
Ты не читаешь.
А начну.
Виктор встал.
Тамара, серьёзно: чего ты хочешь?
А чего хотела? Вернуть, как было? Но как раньше уже не будет. Никогда.
Хочу спокойно жить. Огороды, консервация, внуки.
И?
И всё. Живи где хочешь.
Это как?
Хочешь к Вале, хочешь домой. Только больше не ври.
А если Михаил к тебе придёт?
Не придёт. У него Наташа с девятого участка.
Ты откуда знаешь?
Вить, я ж не слепая. Просто молчала как многие.
Утром Виктор вернулся с вещами:
Тамара, точно можно домой?
Кровать в сарае. Накачай матрас место найдёшь.
Он бросил узелок и пошёл за матрасом.
Соседи переглядывались, перешёптывались. Валентина поливала огурцы, словно ничего не происходит.
Сын вышел на крыльцо.
Мама, папа вернулся?
Матрас надувает в сарае.
Ты святая? Простила его?
Дура, а не святая. Да и меняться уже поздно.
Через неделю Виктор перебрался из сарая домой. Через месяц Тамара почти перестала замечать, что он два раза в неделю к соседке ходит. Через год об этой истории никто не вспоминал: появились новые рассказы Людмила с третьей ушла к Петру с пятого, а Зинка к мужу Людмилы.
Тамара солила огурцы. Виктор строил новую теплицу. Валентина за забором читала Пушкина.
В конце концов, что такое любовь? Прожить вместе десятки лет, вырастить детей, построить дом, посадить сад
И принять, что идеала не бывает. Даже в любви.
Особенно в любви.
